Страница 53 из 58
Его смерть на кресте неотделимо принадлежат к этому образу. Это иной образ, чем таковой же у Адама в его райской славе. Это образ Того, Кто поставил Себя посреди мира греха и смерти, Кто принимает на Себя тяготы человеческой плоти, Кто смиренно покоряется гневу и суду Божию, учиняемому над грешниками, Кто остается послушным Божьей воле в смерти и страданиях; рожденный в бедности, грешников и мытарей друг и сотрапезник, на кресте отвергнутый и брошенный Богом и людьми, — это Бог в человеческом образе, это Человек как новое подобие Божье!
Мы безусловно знаем, что знаки страдания — раны, полученные на Кресте, стали теперь благодатными знаками на теле Воскресшего и Преображенного Христа, что отныне образ Распятого пребывает в славе вечного Первосвященника, молящего Бога за нас. Из рабского положения Иисуса возродилось новое тело в небесном обличье и небесной просветленности. Но кто по Божьему обетованию может сподобиться просветленности и славы Иисуса, тот прежде должен уподобиться образу послушного, страждущего Раба Божия на Кресте. Кто хочет нести просветленный образ Иисуса, тот должен перенести в мире образ опозоренного Распятого. Никто сам не обретет заново утраченного подобия Божия, а только снискав облик Вочеловечившегося и Распятого Иисуса Христа. Только на этом образе покоится Божье, благоволение. Лишь тот, кто стремится обрести себя, равняя себя по этому образу, живет в благоволении Божьем.
Уподобиться облику Иисуса Христа — это не предложенный нам идеал осуществления какого-либо сходства со Христом. Не мы делаемся подобием, но само подобие Божие, сам облик Христа желает изобразиться в нас (Гал.4:19;). Его собственный облик стремится выявиться в нас. Христос, производя в нас работу, не успокоится, пока мы не изобразимся в Нем. Это — весь облик Вочеловечившегося, Распятого и Просиявшего, с которым мы должны уравняться.
Христос принял этот человеческий облик. Он стал человек, как и мы. В Его человечности и Его низком положении мы признаем наш собственный облик. Он стал равен людям, чтобы они стали равны Ему. В вочеловечивании Христа все человечество заново удостаивается чести богоподобия. Кто сейчас согрешает против малейшего из людей, тот грешит против Христа, принявшего человеческий облик и воссоздавшего в Себе подобие Божие во всем, что несет в себе лик человеческий. В единении с Вочеловечившимся нам вновь даровано наше собственное человеческое бытие. Тем самым мы вырваны из греховного отъединения и заново одарены человечностью. Если мы причастники Христа, Вочеловечившегося, то мы становимся причастниками и человечества, несомого Им. Поскольку в Иисусе мы были приняты и несомы вместе со всем человечеством, то новая наша человечность состоит отныне в том, что мы переносим лишения и вину других. Вочеловечившийся делает Своих учеников братьями всех людей. «Человеколюбие» (Тит.3:4;) Божье, явленное в принятии Христом человеческого облика, кладет основание братской любви христиан ко всем, зовущимся на земле людьми. Облик Вочеловечившегося зовет общину стать телом Христовым, на которое падают грехи и лишения всего человечества, с тем чтобы нести человечество.
Облик Христа на земле есть смертный облик Распятого. Подобие Божие — это образ Иисуса Христа на Кресте. Жизнь ученика должна быть преобразована в этот образ. Это жизнь в подобии смерти Христовой (Флп.3:10; Рим.6:4; и след.). Это жизнь в сораспятии Христу (Галл.2:19;). В крещении Христос запечатлевает на жизни Своих облик смерти. Христос отмечает жизнь Своих ежедневной смертью в борьбе духа против плоти, ежедневным страданием от смертельной боли, которой дьявол разит христианина. Это страдание Самого Иисуса Христа, и на земле его должны пройти все Его ученики. Только жизнь некоторых последовавших Христос удостаивает теснейшим приобщением к Своим страданиям, мученичеству. Здесь жизнь ученика обнаруживает глубочайшее уподобление с обликом умершего Иисуса Христа. В явном позоре, в страдании и в смерти ради Христа, Христос обретает зримый облик в Своей общине. Но это — от крещения до мученичества — то же самое страдание, та же самая смерть. Это новосотворение подобия Божия в Распятом.
Кто пребывает в единении с Вочеловечившимся и Распятым, в Котором он обрел облик, тот станет подобен также и Воссиявшему и Воскресшему. Мы «будем носить и образ небесного» (1Kop.15:49;). Мы «будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть» (1Ин.3:2;). Как ныне образ Распятого, так потом и образ Воскресшего будет преобразовывать видящих его. Кто видит Христа, тот вовлечется в Его образ, уподобится Его облику, став зеркалом образа Божия. Уже на этой земле отражается в нас слава Христова. Из смертного облика Распятого, в котором мы живем в лишениях, под крестом, уже сияет жизнь Воскресшего; и все глубже преображение в подобие Божие, все яснее образ Христа в нас; так вершится преуспеяние от узнавания к узнаванию, от сияния к сиянию, к совершенному подобию образу Сына Божия. «Мы же все, открытым лицем, как в зеркале, взирая на славу Господню, преображаемся в тот же образ от славы в славу, как от Господня Духа» (2Кор.3:18;).
Это — вселение Иисуса Христа в наши сердца. Жизнь Иисуса Христа не подошла к концу на этой земле. Христос ведет ее в жизни Своих последователей. И отныне речь идет не о нашей христианской жизни, но о жизни Иисуса Христа в нас. «…и уже не я живу, но живет во мне Христос» (Галл.2:20;). Вочеловечившийся, Распятый, Воссиявший вошел в меня и живет мою жизнь, «…для меня жизнь -
Христос» (Флп.1:21;). Со Христом же живет во мне Отец, и Отец и Сын Духом Святым. Это Сама Святая Троица, устроившая Себе жилище в христианине, преисполняя его и ведя к Своему подобию. Вочеловечившийся, распятый и воссиявший Христос принимает обличье отдельных людей, поскольку они — члены Его Тела, Церковь. Церковь несет облик человека, облик смерти и облик воскресения Иисуса Христа. Она прежде всего подобие Его (Еф.4:24; Кол.3:10;), и в этих обликах они все — члены ее. В теле Христовом мы становимся «как Христос».
Теперь становится понятно, почему в Новом Завете всегда говорится о том, чтобы мы стали «как Христос» (καθως Χριστος). Поскольку мы сделаны подобием Христа, то мы должны быть как Христос. Поскольку мы уже несем образ Христа, то только поэтому Христос может быть «образцом» («примером»), которому мы следуем. Поскольку Он Сам ведет Свою истинную жизнь в нас, мы можем «поступать так, как Он поступал» (1Ин.2:6;); делать «то же, что Я сделал» (Ин.13:15;); жить «в любви, как и Христос возлюбил» (Еф.5:2; Ин.13:34; 15:12;); чтобы «как Христос простил вас, так и вы» (Кол.3:13;); чтобы были «те же чувствования, какие и во Христе» (Флп.2:5;) — и тогда мы можем следовать примеру, который Он нам оставил (1Петр.2:21;), — нашу жизнь (душу) полагать за наших братьев, как Он положил ее за них (1Ин.3:16;). И только тогда мы можем быть как Он был, поскольку Он был как мы есть. Только тогда мы можем быть «как Христос», поскольку мы суть уподоблены ему. Отныне, будучи соделаны по образу Христову, мы можем жить по Его примеру. Здесь действительно творятся дела, здесь в простодушии следования ведется жизнь, подобная Христу. Здесь осуществляется просто послушание Слову. Взгляд больше не падает на мою собственную жизнь, на новый образ, который я несу. Я тотчас ее потеряю, если возжажду узреть ее. Теперь это только зеркало для образа Иисуса Христа, на который сам я смотрю со стороны. Воспоследовавший смотрит только на Того, Кому он следует. О нем же, несущем в следовании образ вочеловечившегося, распятого и воскресшего Иисуса Христа, о нем, ставшем подобием Божьим, надо сказать, заключая, что он призван «подражать Богу». Последовавший Христу есть подражатель Божий. «Итак, подражайте Христу, как чада возлюбленные» (Еф.5:1;).
Послесловие
I
На экземпляре книги «Следуя Христу», подаренном мне Дитрихом Бонхёффером сразу по выходе ее из типографии, стоит такой автограф: