Издатель

— Завтра заказы можно будет сделать?

Людей у прилавка стояло ещё человек тридцать, и выходившие с проходной работяги тоже все ещё подтягивались — отчего такой ажиотаж поглазеть. В принципе ничего не стоило продолжать оформлять предзаказы всем желающим. Однако Борис Дмитриевич хорошо знал одно из главных правил ведения бизнеса. Ни в коем случае нельзя перенасыщать рынок, если хочешь сохранить на должном уровне спрос.

— Завтра будет завтра, обещать ничего не могу, но вы приходите.

«Вот тебе и улов знатный», — довольно размышлял Борис Дмитриевич. — «Всего за час денег заработал в два раза больше, чем если бы месяц на заводе корячился».

На кармане у Сивого теперь лежала котлета и приятно так отягощала оный своим весом.

Покупатели разошлись, оставив Борю с опустевшей раскладушкой и с Машкой, которая крайне впечатлилась от увиденного и хлопала своими большими глазами.

— Ни фига себе, — даже присвистнула она.

— Бизнес, дело такое, — улыбнулся Сивый.

— Ты ж целое состояние заработал, Боря!

— Дела мутятся, бабки крутятся, Маш.

Достал из кармана деньги и отсчитал бондарихе четвертак пятью пятирублевыми купюрами.

— Тебе, заработала. За идею.

— Ты сейчас серьезно?

Сивый не ответил и принялся собирать раскладушку, свернул занавеску, погрузил все на тележку.

«Теперь денег бабуле ЖКХ оплатить хватит», — подметил он.

— А с этим что делать? — Машка ткнула в листок, где добрая сотня человек оставила свой заказ. — Кто ж это писать будет? В центре твоём американском?

— Ты и будешь, — Боря плечами пожал. — Видишь как у тебя хорошо получается, не хуже любого американского центра.

— Но... — было возмутилась девчонка.

— Рубль с одной твоей шпаргалки — твой, — перебил Сивый.

Любые принципы, если грамотно к вопросу подойти, отступают. Главное цену правильную назвать. И принципов — оп, и как бы уже нет.

Бондариха аж дар речи потеряла. С одной стороны у неё не укладывалось в голове — как это так, втюхивать честным советским гражданам шпаргалки по видом каких-то американских саммари. Нечестно получается. Но с другой стороны... за эти деньги, которые девка могла заработать с продаж, для неё открывались шикарные перспективы. Машка же, как и любая девчонка любила парфюм, сумки и шмотки. И тут бывший однокурсник давал ей шанс реализовать все свои хотелки. Для этого всего то навсего понадобится написать кучку шпаргалок на книжки. Что она и без того делала, только деньги не получала.

— Тебе не кажется, что это как-то не правильно, Борь? — наконец выдала она, когда мыслительный процесс подошёл к концу.

— А что по твоему правильно? У людей деньги есть, они твои писюльки приобрести на них не прочь. По кайфу им. Правильно будет людей без них оставить?

— Ну сказать хотя бы правду... тогда то они перехотят это покупать!

— Дура ты Маша, вон китайцы айфоны делают, а их пол видом американского продукта нам впаривают. И ниче.

— Кого кого — айфоны? Это ещё что такое?

— Забей, — отмахнулся Сивый, поняв, что привёл неправильный пример. — Короче, ты в деле?

Машка распылилась вся, румянцем разошлась. Боря прекрасно понимал, что не найдёт аргумента лучше, чем покажет бондарихе на что заработанные бабки можно потратить.

— А давай ка Мария я приглашу тебя в кафе? — предложил он. — Там ты решение и примешь?

— Раскладушку ты здесь что ли оставишь?

— Может и здесь, — Сивый взглянул на проходную завода, где дежурил пенсионер. — Че нет?

— Ну ладно... это только деловой обед, чтобы ты ничего не напридумывали себе, ладно? Антон убьёт меня если узнает!

— Так мы ему не скажем ничего. Кстати, где он?

Машка кивнула в сторону проходной.

— Там, вот-вот выйдет. Антоша устроился на завод, обещал денег заработать и мне новое платье купить и ещё в августе мы по путевке в санаторий поедем. Представляешь Боря! Вот я понимаю — мужчина, заботится и за такого не страшно за муж выходить.

«Посмотрим, как запоёшь, красавица, когда вместо зарплаты твой Антон принесёт тебе ящик детского питания или коробку хозяйственного мыла», — подумал Борис Дмитриевич.

Вслух не ответил ничего.