Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 60 из 61

– Почему бы тебе было просто не оставить свиток себе, раз он такой важный? – скептически спросил Зигфрид, который совершенно перестал стесняться.

– По двум причинам, – улыбнулась Пушинка. – Во-первых, я и так знакома с этим заклинанием, а вот Альберто при должной подготовке мог бы употребить его с толком. К сожалению, во время недавних событий в замке свиток снова был утрачен, на сей раз навсегда, что не так уж и плохо, с другой стороны, – ведь теперь он точно не попадет в неправильные руки. Или лапы. А во-вторых… Во-вторых, у меня на платьице не было карманов – куда бы я его положила? – рассмеялась Пушинка.

Зигфриду вторая причина показалась совсем неубедительной, но он промолчал.

– В любом случае, – продолжила волшебница, – я бежала из Хныкельбурга и намеревалась дождаться тебя и, как потом выяснилось, Альберто, в замке Черноделе. За судьбу Альберто я больше не переживала и, как выяснилось, зря. Погони за ним не было, и он выбрал единственно верное решение: он отправился к старому другу. Увы, в дело снова вмешалось коварство наших врагов – с профессором, обучавшим Альберто, произошло несчастье, и в то самое время, когда вы путешествовали в направлении столицы в компании единорога Анри, я спешила вам вдогонку от лесной хижины. Я до сих пор виню себя в этой трагедии – сам факт отсутствия погони должен был насторожить меня! Они явно нашли какой-то подлый и незаметный способ проследить за Альберто; кто-то следовал за ним, ускользнув от внимания зверей и птиц, моих верных шпионов. Но я подумала, что пропажа свитка не была обнаружена; я подумала, что мою хитрость будет сложно изобличить. Увы, из-за моего недосмотра пострадал невинный профессор.

– А что случилось с профессором? – испугался дракончик.

– Он, хм, немного не в себе… Надеюсь, временно. Как бы там ни было, враги наши не дремали, а в самом Черноделе стали шевелиться такие силы, о которых лишний раз лучше даже не вспоминать. Все пошло наперекосяк.

– Это изначально было не самое удачное время для встречи, – укорила сестру Аврора.

– Но всяко безопаснее любой гостиницы, – возразила Пушинка, на что Тень понимающе вздохнула.

– Я просигналила Анри отправляться, не дожидаясь меня. Тогда мы совершили вторую ошибку. По понятным причинам Анри не мог отправиться с вами в город, и на безопасном расстоянии вы распрощались. Я уже начала догадываться, что твой таинственный компаньон с рундуком есть не кто иной, как Альберто, однако в своей спешке я не сумела назначить вам нового провожатого. За пределами леса у меня не так много знакомых, Зигфрид. Я была уверена в твоем здравомыслии, но недооценила твое доброе сердце, что сжалилось над Альберто и поддалось на его уговоры переночевать в гостинице. Когда тебя схватили, я думала, что все пропало. Но Альберто оставался на свободе. Я была слишком зла на него, а время поджимало, и я бросила все усилия на твое вызволение. В темнице мне самой пришлось несладко, я потратила очень много сил на то, чтобы… убедить стражников тебя отпустить. Я не могла продолжать путешествие без отдыха, а потому, не дожидаясь твоего освобождения, но запустив для того все необходимые шестеренки, я бежала и схоронилась на время в своем убежище. Перед решающим отрезком путешествия мне нужно было собраться с силами. Мне очень жаль, что твое присутствие в Хныкельбурге продлилось на еще один бесполезный день… Мы должны были встретиться с тобой в замке, потому что иногда самое очевидное место для встречи лучше всего подходит для того, чтобы смутить преследователей. Тебя искали бы по улицам и тавернам, но никак не в самом сердце королевской резиденции. А если принять во внимание то, что в это самое время инквизиторы должны были гоняться за Альберто где-то в окрестных лесах, более подходящего момента и придумать было нельзя. Как выяснилось, Альберто сам несознательно избрал нашу тактику и сам устремился в столицу. Что было дальше, ты знаешь.

– А повар Густаво, который на самом деле лакей?

– Густаво отправил мне весточку, Зигфрид, и утверждает, что не встречался с тобой. Нам предстоит выяснить, кто же именно проводил тебя к королю, и зачем ему это понадобилось. Могу лишь сказать, что мне об этом ничего неизвестно, но этот дракончик сумел подделать королевскую грамоту, а это наводит на тревожные мысли.

– Нежели он хотел подстроить все так, чтобы я разоблачил себя, и меня схватили?

– Тогда почему он просто не сдал тебя страже? Да, тебя непременно бы схватили на самой аудиенции, поспей инквизиторы хотя бы часом ранее. Но зачем было так рисковать? Нет, его мотивы сложны. Всему свое время. Мы обязательно разоблачим его.

– Хорошо, если так. А что все это время делала Аврора? – немного дерзко спросил Зигфрид.





Камилла смутилась и не нашлась, что ответить. Тем неожиданнее прозвучал уверенный ответ ее сестры:

– Я искала членов отряда в других местах. И не нашла. И сейчас прошу тебя о помощи.

– И что я должен делать? – спросил Зигфрид, который чувствовал себя обманутым и вознамерился отказать, но почему-то никак не мог прекратить задавать все новые и новые вопросы, один за другим.

– Отдыхать. И ждать нашего сигнала, – покачала головой Аврора, смотря ему прямо в глаза.

– Я не знаю, как вам доверять, – признался дракончик. – Все получилось таким сложным, хотя всего-то навсего нужно было меня попросить.

– И ты бы согласился? – спросила Пушинка. – Ты бы поверил? Ты пришел бы сюда по своей воле?

– Да! – заявил Зигфрид, не веря в то, что говорит.

– Иногда так бывает, что чем меньше ты знаешь, тем безопаснее твой путь, – сказала Камилла. – Я понадеялась на это, но провидение рассудило иначе. Увы, твой арест спутал нам все карты, Зигфрид. Тебе нужно восстановить свое доброе имя, а пока верховный инквизитор заправляет всеми тайнами Хныкельбурга, это вряд ли возможно. Тебе не будет спокойной жизни даже в родном Плаксингтоне, пока не преуспеем мы. Пока инквизиция и все ее решения не будут очернены так же, как сейчас очерняется имя Альберто. И твое имя тоже. На каждом углу вас провозгласят опасными преступниками, ворами, колдунами, практикующим запрещенные чары. За вашу поимку назначат вознаграждение, вас будут искать целыми светом.

– Чепуха, – чуть не заплакал Зигфрид, – меня арестовали по ошибке. Я все смогу объяснить!

– Ты ничего не сможешь объяснить им. Это инквизиторы. У них свои доводы, и твои их вряд ли заинтересуют. Я быстро путешествую, Зигфрид. Мой верный конь за один день отнесет меня туда, куда дракончикам не добраться и за несколько суток. Дай мне неделю. Позволь мне навестить нескольких старых друзей, а потом мы снова встретимся здесь, и ты сообщишь мне о своем решении. Надумаешь уйти, я не стану тебя удерживать. Захочешь остаться… Я скажу тебе прямо: да, мы собираемся отправиться в опасное путешествие. Мы подозреваем, что разоблачили корень всех бед, нашли того, кто хочет устроить шторм. Призывающий Бурю, мы прозвали его.

Зигфрид поневоле стал слушать еще внимательнее. Его так увлекло объяснение недавно приключившихся с ним чудес, что он совсем позабыл о Цели и Причинах. Пушинка продолжала.

– Нам стало известно, что кое-кто задумал устроить переворот. Наше маленькое затмение показало, что в общем и целом драконий люд настолько увлечен своими делам, что иные важные события они и вовсе предпочитают не замечать. Поразительно, как одним коллективным усилием целый Плаксингтон сумел позабыть о своем позоре и визите моей сестры. Ты думаешь, это устроила Аврора? Нет, такая суровая магия нам неведома! Мы удивились не меньше твоего, когда дракончики один за другим отказывались припоминать события недавних дней. Еще более поразительно, что столичные жители волевым решением проигнорировали подмену целого светила. То, что тебе не давало покоя, для них оказалось не страшнее докучливой мухи – они отмахнулись от своих ощущений и поспешили дальше. А это означает две вещи: дракончиков очень легко обмануть, и за дракончиками нужно присматривать. Мы намерены найти тех, кто надумал вас одурачить.