Страница 43 из 61
– Но как? – взмолился Альберто, – если они следовали за мной всю дорогу, они наверняка знают, что я что-то утаил! Но если бы я остался в городе до вечера, они бы нашли меня еще раньше! Если «они» действительно существуют…
– Сомневаться не приходится, – отрезал Юрген-Бракс, – издревле группы непорядочных дракончиков жаждали овладеть секретами черной магии, но их останавливало лишь одно!
Альберто затаил дыхание.
– Полное незнание запретных рун! – провозгласил Юрген-Бракс, и Альберто изумленно открыл рот.
– Все учебники черной грамматики сокрыты в библиотеке Академии под наблюдением самых надежных и твердых из колдунов, – продолжил профессор, – но одна книга была передана на личное хранение мне – то был знак высочайшего доверия и строжайший секрет. Никто кроме директора Академии и меня самого не знал о такой договоренности. Потом у меня появился ученик – то есть ты.
Альберто понурил взор.
– Скажу честно, я и не думал в тебе сомневаться, – признался волшебник, – и не подумаю впредь. Я верю в твое простодушие и убежден, что на предательство тебя подвигло одно лишь наивное любопытство. Однако предательство не перестает быть таковым, каковы бы ни были твои мотивы. Я понимаю тебя. Но понять и сочувствовать – разные вещи.
Альберто снова стало не по себе.
– Здесь, – Юрген-Бракс потряс пергаментом, – содержится зловещее и могущественное заклинание. Из всех ныне живущих драконов только лишь трое смогут истолковать его верно: это я, директор Академии и, как я подозреваю, ты, Альберто.
Да, Альберто определенно сделалось дурно.
– Мало кто талантлив настолько, чтобы полностью изучить Черную грамматику. И далеко не у каждого из этих талантов есть способности к черной магии. И вышло так, что из всех дракончиков в мире именно ты оказался владельцем заклинания, воспользоваться которым можешь едва ли не ты один. В высшей степени странно!
– Ну и почему этот злосчастный пергамент попал именно ко мне? – всхлипнул Альберто.
Юрген-Бракс пожал плечами.
– Может статься, он выбрал тебя сам…
Профессор задумчиво почесал подбородок и пошевелил усами.
Альберто схватился за голову. Никуда не убежать от этого проклятия, нигде не скрыться! Кому он нужен такой… недотепа!
– Но не отчаивайся. Не время унывать. Вот как мы поступим! – оживился профессор. – Свиток должен быть доставлен в академию. А вместе с ним и книга – если мое убежище рассекретили, слишком опасно оставлять ее здесь. Возьми книгу, мой ученик, и положи ее… – Юрген-Бракс огляделся по сторонам, – вот в этот рундук! Давай вытащим из него всю одежду. Заверни свиток в полотенце! Книжку положим туда же. Так, хорошо! Поставь рундук на тележку, что стоит под навесом за хижиной, около поленницы. Погоди, дай я договорю! Бери тележку и отправляйся в таверну «Синеглазый филин». Ты помнишь, как пройти? Отлично! Когда мы распрощаемся у крыльца, я кое-что тебе скажу. Ничего не отвечай, просто кивни и продолжай шагать. Ясно? Ты точно все уяснил? Вот и славно, тогда – вперед!
Альберто прилежно закивал, но почувствовал, что ноги сделались ватными и никак не хотели нести его к выходу.
Когда он вышел на улицу, лучики солнца, пробившиеся сквозь густые ветви, ослепили его, и дракончик прищурился, не попал по ступеньке и чуть было не улетел вместе с тележкой вниз. Опомнившись, Альберто сделал несколько шагов в сторону чащи и оглянулся на своего наставника. Юрген-Бракс ободряюще кивнул ему и сказал, звонко и так, чтобы всем было слышно, но в то же время естественно и уверенно:
– Аккуратнее с моими вещами, Рихард! Старайся объезжать корни – в рундуке сложено много хрупких вещиц. Я догоню тебя позже, когда ноша будет надежно упакована, а пока поспеши! Прощай.
Альберто на мгновение обомлел, потом сообразил, что Рихард – это он, и несколько раз подчеркнуто кивнул. Юрген-Бракс скрылся в дверях.
Когда Альберто доковылял наконец до таверны, сражаясь с тележкой на каждой коряге и содрогаясь от любой тени (а теней в лесу много), он был абсолютно уверен, что профессор его опередил. Но в таверне не было ни одной знакомой морды. Альберто втащил тележку за собой и расположился за столиком в самом дальнем и неприметном углу. На нем была его любимая широкополая шляпа, которую он старательно надвинул себе на брови, а тело свое он укутал в черный плащ. Началось ожидание. После трех стаканов чая дракончик заметно разволновался, а еще через пятнадцать минут его сердце забило тревогу. Не стряслось ли чего?
Вечер мягко спустился на лес, и длинные тени пробежали по Мохнатому тракту.
Альберто судорожно размышлял. За годы послушничества он изучил множество книг об Академии и знал о ней все – внутреннее устройство и управляющий совет, биографии всех директоров за последнюю тысячу лет, а также то, какой именно архитектор изваял каменных горгулий на фасаде здания. Но, вот незадача, ни в одной из этих книг не упоминалось местонахождение Академии белых магов, ибо они предназначались исключительно для внутреннего пользования, и авторы сих трудов сочли подобные уточнения избыточными. Никому бы и в голову не пришло, что кто-то вздумает искать Академию, находясь в ее библиотеке.
Как бы то ни было, Альберто знал об убежище магов лишь один географический факт – оно располагалось далеко-далеко, за холмами и еще дальше. Вряд ли это помогло бы ему при поисках. И если Юрген-Бракс не придет…
Близилась ночь, толпы праздно гуляющих дровосеков подтягивались в главный зал, а волшебника все не было и не было. Альберто отчаялся.
Маневрируя между столиками, он преодолел мучительное расстояние до двери и скользнул в ночь, волоча за собою тележку со страшным грузом. Путь обратно к хижине прошел словно в бреду; всюду ему мерещились неведомые и враждебные создания, а отсветы Луны, пробивавшейся сквозь ветки, казались ему факелами пришедших за ним приспешников Тьмы. Но почему, почему Юрген-Бракс решил, что за Альберто была погоня? Он же никого, ровным счетом никого не повстречал всю дорогу от Хныкельбурга.
Память не подвела его, и даже в темноте он отыскал жилище профессора. В окнах горел свет.
У Юргена-Бракса была привычка: усаживаясь работать днем, при свете Солнца, он всегда зажигал свечу и ставил ее на подоконник у стола – чтобы не приходилось беспокоиться потом, если волшебнику вздумается засидеться затемно. Сейчас его жилище озарялось изнутри. У того окна, где стоял его рабочий стол, свет был поярче, а соседние окна светились тускло и неровно.
Не выпуская тележку из лап, Альберто осторожно пробрался меж деревьев и остановился у двери. Почему-то меньше всего на свете ему хотелось узнавать, что было там, внутри. Он положил лапу на ручку и немного потянул ее на себя. В щелочку нырнул свет, и Альберто тут же толкнул дверь обратно, немного постоял, вглядываясь в ночь и снова приоткрыл дверь. Раздался слабый скрип, а потом вновь воцарилась тишина. Альберто ступил на порог, развернулся и задом пробрался в комнату, втаскивая рундук за собой. Тележка перекатилась по ступенькам и заехала вслед за ним. Не оборачиваясь, он выровнял рундук и поправил удерживавшие его лески. Почему-то в ту секунду это казалось ему самым важным. Пора.
Он зажмурился и обернулся. Глаза открылись и… ничего не увидели!
Свеча одиноко горела на подоконнике, а комната была пуста; только вот что было странно – это Юрген-Бракс так разбросал свои одежды, когда высвобождал сундук, или же кто-то другой побывал здесь?.. Книги! Книги лежали на полу, униженные, раскрытые на произвольных страницах, измятые, разорванные. Стол лежал рядом, все четыре ножки кверху. А это что такое? Мантия волшебника! И волшебный колпак! Но почему они здесь, рядом с окном, а не в общей куче. Альберто сделалось дурно. Эту мантию волшебник носил сегодня! Но где же сам профессор? Отбросил свои одежды второпях, переодеваясь в дорожную куртку?
Кто-то квакнул.
В центре комнаты сидела лягушка. Альберто сделал шаг навстречу и нагнулся к ней, чтобы рассмотреть ее поближе. Два густых уса ниспадали с ее щек.