Выпускник

Они были быстры, лишь немногим уступая мне и передвигаясь с той же скоростью, что и моя половинка. Но они действовали разрозненно, а мы были единым организмом. Айви атаковала свою соплеменницу, заставив ее отступить на полшага, я бросил в нее оба серпа, заставляя сделать шаг в сторону. А когда оружие вернулось, мы одновременно атаковали человека. Выверенная до миллиметра атака, в которой совместились точки удара, привела к тому, что защита не выдержала, и меч эльварки ударил противника в плечо. Его напарница налетела на нас, отвлекая от парня, чтобы мы его не добили. Спустя несколько секунд мы повторили атаку, но в этот раз против девушки. И первым номером работал я, а Айвинэль из-за моей спины нанесла свои удары. Правый серп прошел сквозь защиту, и рука девушки повисла. Одновременно разойдясь в стороны, мы уже магией атаковали парня. Его щит не смог справиться с одновременной атакой с двух сторон, и тот выбыл из боя. На то, чтобы «добить» двух раненых противников, ушло совсем немного времени.

— У вас есть какой-то скрытый артефакт, — зло процедила девушка, выбывшая последней. — Вы не могли постоянно атаковать с такой точностью!

Ну, да — осеннезакатная сражалась очень неплохо, и если бы знала наши возможности, то действовала бы, наверняка, по-другому. У нее основным факультетом был боевой, дополнительным — природной магии, а у ее подружки с точностью до наоборот. Естественно, мы отвечать им не стали, зато подошедший преподаватель сказал:

— У них отсутствуют амулеты и артефакты, кроме специального турнирного.

Инцидент был исчерпан, зато мы стали замечать ее пристальное внимание к нам, особенно на практике. Иоэль, когда видела, делала донельзя заговорщицкое лицо и демонстративно что-то шептала. А когда та в гневе отворачивалась, начинала смеяться так, что мы тоже не выдерживали, присоединяясь к ней.

Время до нового года пролетело незаметно. Мы учились, постигались новые возможности магии, тренировались. Как-то так произошло, что мы втянулись в этот сумасшедший ритм и уже не чувствовали той усталости, которая присутствовала в самом начале учебного года. Постепенно у меня начали вырисовываться схемы построения плетений этого мира. Именно об этом и говорили нам преподаватели, что стоит понять суть конструкций, и запоминать заклинания станет намного легче. А уж пытаться создавать новые без этого нюанса не имеет смысла. Я объяснил это Айвинэль, и мы решили, что после Нового года займемся изобретением выпускных экзаменационных плетений.

Придумывать каждому новогодние маскарадные костюмы мы не стали, решив, что у всей нашей компании будет один и тот же. За основу взяли боевую форму демонов и демонесс моего родного мира.

Иоэль и Александр уже уехали, поэтому в зал вошел один демон и три демонессы. Хотя девушки выглядели одинаково, но все быстро различили, кто из них есть кто. Организаторы, как и в прошлом году, придумали много интересного, наверное, пытаясь как-то загладить вину за произошедшее год назад. Я даже поучаствовал в одном представлении — благо, мой костюм подходил практически идеально. А в конце, как всегда, начался непосредственно бал.

— Раэш, пригласи на первый танец Милу, — попросила меня моя половинка.

— За что же ты так ее не любишь, что желаешь, чтобы я оттоптал ей ноги? — с напускной укоризной спросил я, но все же исполнил просьбу.

Начали танцевать, а я почувствовал, что цесаревна пребывает в каком-то напряжении, что ли. А уж бурю ее эмоций вообще понять не смог. Они менялись с такой скоростью, что сливались, если так можно сказать, в один разноцветный поток. Передвигался я лучше, по сравнению с прошлым годом, но наша пара все равно выглядела комичной. И тут меня кто-то толкнул так, что пришлось подхватить партнершу и прижать к себе, чтобы не сбить других. Я хотел уже развернуться и высказаться, но Мила вцепилась в меня и прошептала:

— Не надо.

А ее эмоции в этот миг вообще накрыли меня с головой, но я по-прежнему не понимал их. Так и протанцевали мы молча, и только в конце я спросил девушку, что с ней. На что она опустила голову, буркнув что-то вроде «Ничего». После второго танца с Айвинэль мы направились домой, поскольку завтра с самого утра мы вылетаем в Москву.

Граф Вяземский просматривал последние донесения агентов и непроизвольно покачивал головой. Где-то на территории страны успешно действуют поклонники индейского бога Супайче. А подобная деятельность невозможна без жрецов. Поначалу, когда впервые поползли идеи о дружбе с ними, можно было предположить подкупленных людей — возможно, даже аристократов. Золота у жрецов столько, что хватило бы купить не один дворянский род, но то, что обнаружили агенты его службы, могло быть создано только жрецами при помощи энергии жертвоприношений.

Специальные амулеты, в которых соединилась обыкновенная магия и жреческая, использовались проповедниками, которые превозносили этого бога, обещая людям все блага. Будучи настоящими фанатиками, они свято верили в то, что говорили, а амулет дополнительно воздействовал на людей, вызывая большее доверие. Артефакторы службы почти разобрались с плетениями, но именно что только «почти». Человеческая составляющая не вызывала никаких сомнений: она служила для прикрытия кровавой магии жрецов, чтобы никто не мог почувствовать ее. А вот полностью разобраться в последней не удалось. Установили лишь то, что амулет воздействовал на носителя, защищая его от ментальной магии, придавал ему нечто, напоминающее харизму, вследствие чего люди верили такому человеку в большей степени. Оставалась непонятной та часть, где оба плетения пересекались и имели общие узлы. По заключению экспертов, уровень мага-артефактора был не ниже мастера, что уже само по себе являлось странным — ведь такие люди жили небедно.

Его подчиненные перебирал всю информацию, связанную с теми, кто занимался магическим конструированием, выискивая малейшие упоминания о чьем-то негодовании или жалобах. Несколько недовольных человек найдены, за ними установлена слежка, но это пустышки. Они работают и ни в каких подозрительных контактах не уличены. Да и не думал он, что некто, работающий на жрецов, будет сидеть на виду. Радовало то, что амулет не имел ярко выраженной ментальной составляющей, иначе тяжело даже представить, что мог натворить проповедник с таким подспорьем.