Страница 58 из 102
Пока мой напарник направлялся туда, я подняла одну из книг, переворачивая пожелтевшие и сырые страницы дрожащими руками. Сборник стихов. Тех, которые так любил читать мне отец.
На глаза навернулись слезы, и я, быстро проморгавшись, попыталась сдержать свои рвущиеся наружу эмоции.
— Мэйлин, иди сюда.
Я подняла голову и взглянула на Лайона. Он стоял у открытого шкафа и с интересом рассматривал его скудное содержимое.
Бросив на пол книгу и вытерев со щеки мокрую дорожку от слез, я тут же поспешила к нему.
— Что там?
— Тут альбом.
Несмотря на то, что мне хотелось побыстрее схватить его, чтобы все рассмотреть, я действовала не спеша. Все было хрупким от сырости, влаги и времени.
Лайон придвинулся ближе, как и я, сгорая от предвкушения новой информации.
Но стоило мне открыть первую страницу, как я, приложив ладонь ко рту, все же расплакалась.
С первой пожелтевшей страницы на нас смотрела маленькая девочка, сидящая на огромном диване и держащая на руках маленького щенка.
И это была я.
26.1
— Мэйлин… — протянул Лайон, обняв меня за плечи.
— Это я, Лайон… Это я, — шептала, понимая, что все же прикоснулась к воспоминаниям.
— Я уже понял. Художник был хорош и отлично передал твой вздернутый нос. Мне кажется, что и в детстве ты была гордячкой и задирой.
Я усмехнулась сквозь слезы и перевернула следующую страницу.
— Это альбом мамы. Отец рассказывал мне, что она очень любила рисовать.
С каждой перевернутой страницей мне все больше и больше хотелось плакать… Я рассматривала портреты бабушки и дедушки, сидевших в гостиной, где теперь была пустота и сырость… Разглядывала картину дома, величественно раскинувшегося среди аккуратно подстриженных кустов. Моя рука прошлась по портрету красивой молодой женщины…
Мама нарисовала даже себя.
Саурон и Элли были правы — я действительно очень похожа на нее. И Лайон, увидев портрет моей матери, тихо присвистнул.
— Это магия не иначе… Такое сходство… Хотя ты выглядишь более жизнерадостной, чем твоя мать. И более волевой.
Он был прав. Моя мать выглядела очень печальной… Но почему? Что произошло?
Мы посмотрели почти все рисунки и я с грустью отметила, что сейчас в доме не ощущалось и духа того, что здесь когда-то жили эти улыбающиеся люди.
Но стоило мне дойти до последней страницы, как Лайон вырвал альбом из моих рук и нахмурился, внимательно вглядываясь в рисунок.
— Это Ви. Тут изображены ты и моя погибшая супруга, — он указал пальцем на девочку, сидящую рядом со мной у куста роз.
— Значит, Кайл не солгал. Я действительно дружила с его сестрой.
Лайон внимательно изучал рисунок и в секунду его взгляд замер на мне.
Он смотрел так, словно не верил в это.
— Чего ты так смотришь?
— Посмотри. Тебя ничего здесь не смущает? — спросил он, поворачивая ко мне рисунок.
Я вглядывалась в свою по-детски добрую улыбку и в нарядное платье с множеством оборок. Потом перевела взгляд на девочку, сидящую рядом со мной. Она улыбалась, но казалась немного серьезнее, чем я. Платье Ви, почти ничем не отличалось от моего… Она держала в руках маленького медвежонка, а я огромную куклу… А вот на шее куклы висели часы на длинной цепочке.
Я поднесла рисунок ближе к лицу.
— Господи, Лайон… Это же не артефакт времени?
— Хотелось бы верить, что нет… Но почему-то я думаю иначе…
— И что это значит?
В разбитое окно подул сильный ветер, гуляя сквозняком по дому… Где-то вдалеке послышались первые раскаты грома… Начиналась гроза. И я понимала, что скоро в доме вообще невозможно будет ничего рассмотреть.
— Это значит, что пора возвращаться в отдел. И обдумать все там. Возможно, мы еще успеем попасть туда до того, как начнется дождь.
Я кивнула, и, схватив альбом, поспешила в коридор.
Но новый порыв ветра заставил меня остановиться. Как и Лайона, который так стремительно притянул меня к себе, что я врезалась спиной в его грудь.
Мы переглянулись. В глазах моих застыл испуг. В его — решимость.
Мое сердце застучало быстрее…
Потому, что на первом этаже раздались шаги, сопровождаемые оглушающим хрустом штукатурки и мусора…