Страница 68 из 72
Значит, я не ошибся. Это — стихия огня… А чем обычно тушат огонь? Огнетушителями!
Я представил себе огромный, с себя ростом, баллон. Красный, как ему и положено.
Направил сопло на колесницы и… сорвал пломбу.
Белая, как взбитые сливки, струя ударила в остриё клина и разлетелась веером, залепляя сверкающие доспехи воинов, превращая их суровые, надменные лица в клоунские маски и до смерти пугая экоев.
Наконец головной возница не выдержал. Дёрнулся, запаниковал, путая поводья, колесница потеряла управление и кувыркаясь, рухнула в смог.
Экои вырвались.
Пытаясь уклониться от пенных брызг, они сталкивались с другими экоями, и через тридцать секунд в рядах противника начались разброд и шатание.
— Эге-гей!.. — кричал я, стоя на парапете и поливая колесницы из огнетушителя. — Наддай пару!
Через пару минут пена закончилась, но это было уже не важно. Строй смешался, половина экоев улетела, другая яростно сцепилась между собой. Колесницы сталкивались, и как подстреленные куры, дождём сыпались с неба.
— Никогда не видела такого заклинания, — скептически, но вместе с тем восхищенно, произнесла Кассандра.
— Нестандартный подход к проблеме — мой конёк, — скромно поведал я, приземляясь рядом с ней. — Закурить есть?
Я вспомнил, что очень давно не курил — тоже со вчерашнего дня. Стало грустно…
Мы закурили.
Кассандра держала сигарету по-солдатски, огоньком в ладонь, и скупо пускала дым вниз. Я курил сосредоточенно.
Как в последний раз.
"Перед смертью не накуришься" — металось в голове. Меня разобрал нервный смех…
— Кэсси, а ты уверена, что в метро, кроме меня, никого не было?
— Не веришь — спроси леди Шторм.
— Да нет, я не то что бы не верю ТЕБЕ. Скорее, я не верю ей. Старухе.
— Големы доложили, что нашли тебя в вагоне. Одного. Спящего. Полагаю, Денница и его подружка почуяли, что запахло жареным и свалили.
— Она не его подружка, — я сам не заметил, как перебил Кассандру. И смутившись, кашлянул. — Патриция — вроде как… моя. В смысле — моя подружка.
Кассанда вылупилась на меня широко открытыми глазами.
— Знаешь, я раньше не понимала, почему Лола зовёт тебя Оторвой.
— А я вот до сих пор не секу.
— Связаться с нефилим — само по себе извращение. Но СПАТЬ с ними — это…
— Не с НИМИ, — строго поправил я. — Только с девушкой. Ты же меня знаешь.
— Получается, что нет… — Кассандра перегнулась через парапет и заглянула вниз. Там клубился смог, и ничего кроме смога. — Твоя магия, твои… увлечения. Выходит, я тебя совсем не знала.
— Ты же понимаешь, что они вернутся?
Разговор о себе, любимом, меня напрягал. Макс — то, Макс — это… Почему бы не поговорить о более простых и понятных вещах? Например о том, как остаться в живых.
— Что там у нас осталось? — спросил я Кассандру. — Стихия земли, стихия воздуха…
— Не все кланы владеют только одной стихией, — качнула головой Кэсси. Леди Шторм, например — всестихийница. Поэтому они хотят её уничтожить. Но она не сдастся. Она им ещё покажет…
Когда Кассандра говорила о старой колдунье, лицо её становилось таким… Как на иконе. Одухотворённым, что-ли.
И немножко овечьим — в хорошем смысле.
— Ладно, это сейчас не ва…
Стена содрогнулась.
И это было не какое-то там мимолётное содрогание — словно в ворота пнула гигантская нога. Это был полноценный мощный толчок. По камню между мной и Кассандрой побежала трещина.
— Сдаётся мне, что это не землетрясение, — глубокомысленно сказал я.
Трещина и не думала угасать. Напротив, она расширялась, следуя изгибу стены, минуя, одного за другим, каменных истуканов и исчезая за поворотом.
Подступив к краю, я заглянул внутрь.
Ничего. Как и положено для пустоты…
— Что будем делать?
— Ты у нас маг, — Кассандра пожала плечами. — Сражаться с противником, которого даже не видно, я не умею.
И вдруг стена принялась шевелиться.
Я вовсе не преувеличиваю.
Вообразите, что замок — это великан. Много лет он спал, а сейчас проснулся и решил размять косточки.
Парапет поднялся, как гигантская рука, пошел волной… И обрушился вниз.
Мы оказались на краю обрыва.
— Уходим, — скомандовала Кассандра.
Схватив меня за руку, она повернулась к стальным воротам, ведущим вглубь замка.
— Подожди, — я упёрся и вырвал запястье из её схватки. Точнее, попытался вырвать. Словно меня схватил робот, честное слово…
Кассандра бросила на меня нетерпеливый взгляд и дёрнула ещё раз. Но теперь я был готов. Рука освободилась.
— Почему мы должны уходить? — спросил я. — Ты что, сдаёшься?
— Некоторое время назад ты вообще хотел сбежать, — прищурилась Кассандра. — Что изменилось?
Я смутился. Это было трудно, на качающейся стене. Но у меня получилось.
— Слушай, тебе не кажется, что сейчас не время об этом говорить? Давай отразим нападение, а потом уже будем спорить, хоть до посинения. Слепой козе ясно, что это — стихия земли. Наверняка они там, внизу, — я махнул рукой в пропасть, на дне которой, чисто теоретически, было основание замка.
— Да в том-то и дело, Макс! — Кассандра оскалилась. — Как мы будем с ними сражаться, если они под землёй?
— Может, у тебя завалялась парочка бомб…
Я сам поразился такой кощунственной мысли.
— Нет у меня никаких бомб, — рявкнула Кассандра. — Извини. Не успела на распродажу, — мимо пролетел отколовшийся кусок сторожевой башни. — Идём, я спрячу тебя в бункере.
Я моргнул.
— Здесь есть бункер? Тогда почему мы СРАЗУ туда не пошли? Могли бы спокойно отсидеться…
— Потому что мы не ДУМАЛИ, что всё настолько плохо, — это сказала не Кассандра. Из коридора выплыла бабуля — в кресле и тёплом махровом халате. Зелёном, под цвет глаз. — Кланы объединились. Пойдёмте. Нам не выстоять против всех.
Бабуля выглядела — краше в гроб кладут. Но учитывая, что и раньше она не цвела, как роза, это было не самое страшное. Она же старая, так чему удивляться?..
Но раньше она хотя бы держалась нормально.
Сейчас у неё тряслась голова. И руки. Пальцы бегали в непрерывном нервном танце, как бледные пауки.
Спокойными оставались лишь глаза. Взгляд был твёрдым, как мшистый камень.
Развернувшись, она устремилась вниз по пандусу, как на салазках. Мы с Кассандрой переглянулись и пошли следом.
Ворота за нашими спинами с грохотом сомкнулись.
В них сразу что-то ударило с той стороны, но я не стал оглядываться.
Какая разница?
— Это всё из-за меня, да? — нагнав, спросил я бабулю. — Они думают, что вы сделаете меня наследником и не хотят этого допустить.
Старуха посмотрела на меня искоса, не поворачивая головы.