Страница 60 из 72
Тарелка собралась из осколков, пирожки сами собой уложились в горку и водрузились на прежнее место. Словно плёнку перемотали задом наперёд.
— Значит, вы колдунья.
Это было очевидно ещё тогда, когда она левитировала бокал к моим губам. А ещё эти мраморные статуи, которых она зовёт "мальчиками"…
— Из клана Шторм, — она чуть наклонила седую голову. — Я леди Шторм. Старшая в клане.
— Очень приятно. А я…
— Я знаю, кто ты, мальчуган. Не утруждайся.
— Ладно, не буду. Но можно задать вопрос, госпожа… Леди Шторм?
— Зови меня бабушкой.
— Спасибо, так вот… ЧТО? — я во все глаза вылупился на ст… на другой конец стола. — БАБУШКА?
— А что тебя удивляет? У каждого человека есть бабушка, — несколько ядовито парировала собеседница. — Почему ты должен быть исключением?
— Но у меня уже есть бабушка! Точнее, была. Она уже умерла, и…
— Княгиня Златка была достойной соперницей, — кивнула старая леди. — Для меня было честью сражаться с ней.
— СОПЕРНИЦЕЙ? — я почувствовал, как меня начинает трясти. — СРАЖАТЬСЯ?
— Долгая история.
— А я никуда не тороплюсь.
Старуха вздохнула. Опустила взгляд, словно в тарелке у неё под носом вдруг появилось что-то, страшно интересное.
И всё ещё не глядя на меня, сказала:
— Когда ты родился, возник спор о том, кто будет воспитывать будущего наследника.
Положив себе на тарелку крошечную порцию салата, она наколола на вилку горошину и отправила в рот.
Подавив ярость, я потянулся за цыплёнком. Оторвал ему ногу, и откусив солидный кус, принялся жевать.
Сейчас, в данный момент, мне было совершенно наплевать на манеры. Нужно было поскорее заткнуть себе рот, чтобы не ляпнуть ничего такого, из-за чего мой мозг превратят в желе.
— Ваша дочь, моя мать, вышла замуж за короля Заковии, — проглотив цыплёнка и промокнув губы салфеткой, а потом медленно и осторожно подбирая слова, сказал я. — Разве ребёнок не должен находиться рядом с матерью?
— Это случилось уже после того, как её убили.
— Мой брат Золтан не виноват, — быстро сказал я. — Он не убивал Владиславу, и никогда не покушался на меня.
— А никто и не говорит, что это был Золтан.
Слова прозвучали так резко, что я понял: спрашивать, кто был убийцей на самом деле — совершенно бессмысленно. Не скажет.
Поэтому я промолчал.
Леди Шторм кивнула.
— Ты быстро учишься, мальчуган.
— Все так говорят.
— Так вот: о твоём наследии… — продолжила старуха. — Брак между Зиновием и моей дочерью был морганатическим.
Я порылся в памяти.
— В смысле, что король Заковии был гораздо выше по происхож…
— Наоборот! — рявкнула старуха. — Это моя дочь СНИЗОШЛА до брака с королём Заковии. И сделала это с одной-единственной целью: родить ребёнка. Привнести в клан Штормов новую кровь, и Зиновий идеально для этого подходил: благодаря прилитию драконьей крови, его генотип представлял для нас огромный интерес. Владислава ДОЛЖНА была родить дочь.
— Странно, — я опять нервно поёрзал. — Никогда не замечал за собой тяги к розовым ленточкам и куклам.
— Она ослушалась! — рявкнула старуха. — У нас был ПЛАН. Была программа. Родить колдунью с новыми, недоступными на Лимбе способностями. НАШУ колдунью. Новую леди Шторм. Но Владислава ВЛЮБИЛАСЬ в твоего отца, а тот, в свою очередь, хотел сына! Она пошла на поводу у своих чувств. Сделала неправильный выбор, в результате чего умерла.
Крепко сжав губы, старуха замолчала. Но было видно, как дрожит её подбородок, а глаза становятся предательски влажными.
Я не знал, что сказать.
Извините, что я не родился девочкой. Но в конце концов, всё легко исправить: тяп-ляп, и вот меня уже зовут Максин, или как-то так. Даже на Земле умеют менять пол, а для вас, могущественной колдуньи, это вообще пара пустяков…
Я негромко хихикнул. Что ни говори, а это всё нервы.
Становится кем-либо, кроме самого себя, в мои планы не входило…
— Ах, если бы она родила девочку! — я вздрогнул. Признаться, надеялся, что эту тему мы уже замяли. — Девочка не была бы угрозой для других наследников трона Заковии, и я бы спокойно забрала ребёнка на Лимб. И моя дочь была бы жива…
Лицо старухи исказилось, сморщилось, голова затряслась.
Вероятно, эту боль она хранила много лет. И вот теперь, когда появился я — не смогла сдержать.
Поднявшись, я обошел стол, и придвинув другой стул, сел рядом со ста… с бабушкой.
Взял её за руку — она оказалась холодной, как лягушачья лапка, и такой безвольной, что мне стало страшно.
Когда я прикоснулся к коже леди Шторм, та вздрогнула и устремила на меня удивлённый взор. Веки её покраснели, и теперь выделялись на бледном лице, делая её похожей на расстроенного лемура.
— Всё хорошо, бабуль, — сказал я так тепло, как только мог. — Всё случилось очень давно, и мы с тобой не в праве что-то изменить. Но у нас всё ещё остаётся будущее. Главное, расскажи мне всё. А я придумаю, что делать.
Но леди Шторм уже подавила минутную слабость. Отняв свою руку, она позвонила в крохотный хрустальный колокольчик.
— В своё время ты всё узнаешь, мальчуган. Разумеется, если сделаешь тот выбор, на который я рассчитываю. А пока, — она развернулась от стола вместе с креслом. — Мне нужно отдохнуть. Слишком много сил было потрачено на то, чтобы сохранить тебя живым.
— Но…
Старая леди поплыла в своём кресле к двери. На нём не было колёс, или ещё чего, оно просто двигалось в нескольких сантиметрах от пола.
Двери бесшумно открылись. И в первый миг я думал, что это дело рук старухи — очевидно, она мастерски владеет телекинезом. Да, именно в этом всё и дело…
Но когда в проёме показалась знакомая фигура, я чуть не упал со стула.
— На нас напали, мадам, — сказала она. — Големы держат оборону, но скоро их совсем не останется.