Страница 33 из 192
Но как только я отвел душу, изувечив драконью морду до неузнаваемости, здравый смысл взял верх. Допустим, Лейт действительно застрянет — шея у него останется подвижной. Для успешного обезглавливания дракона придется зайти сбоку и оказаться в пределах его досягаемости. И пусть на текущем уровне паралич от рева мне не грозил, движения все же замедлялись заметно. Покров над Гинкмарскими лесами никто поставить не догадался. Поэтому как бы мне ни хотелось оказаться победителем легендарного чудовища и получить сразу уйму ништяков от системы, — а она их за убийство Лейта обязана отсыпать не меньше, чем за Хонора, — стоит удовольствоваться тем, что успел поиметь за сегодняшний день. И спасением собственной шкуры только что. Где, кстати, мое достижение «Ускользнувший от дракона»? Ах да, я же отключил системные уведомления. Оно, возможно, уже в таблице.
Я ласково шлепнул Лейта по окровавленному носу мечом плашмя, развернул костомеха и направился поглубже в чащу, напевая: «От барона я ушел, от дракона я ушел». Наблюдая во время полета за местностью сверху, я довольно хорошо представлял, где оказался, в какой стороне от меня Каритек и где проходит Ревский тракт. Озеро уже отображается в доступных мне картах. Надо лишь получше запоминать дорогу от него, и не заблужусь. Экстрим на сегодня, будем надеяться, позади — самое время заняться мелкими насущными делами и привести себя в порядок. Обсушиться как минимум. И наконец прикончить Креппера, чтоб не мучился. Хватит с него. Но проделывать дополнительные дырки в его — теперь моих — доспехах я не собирался.
Метрах в трехстах от озера нашлась небольшая полянка. Сбросив сотника с вил, я усадил костомеха на корточки, вынул ноги из зажимов, вытащил из креплений щит и слез на землю. Долго возился с ремешками доспехов Креппера, а он мне мешал как мог, ворочаясь с боку на бок и пытаясь поддать то одним коленом, то другим. Успокоился пациент лишь тогда, когда я пообещал переломать ему вдобавок к рукам и ноги. Но напоследок еще захотел в меня плюнуть. Вот ведь неугомонный! Я взял первую попавшуюся железку из уже снятых, — кажется, это был левый наруч, — и шарахнул плеваку по губам. После чего без помех завершил раздоспешивание своего бывшего командира и заставил костомеха отдать мне меч.
— Ну, прощай, Креппер! — сказал я. — Ты погибнешь от оружия, которым недостойно владел. Считай, что оно тебе отомстило.
— Проклинаю тебя! — прохрипел Креппер. — Проклинаю тебя, вонючий выползок из сточной канавы!..
Я не стал слушать, какими прозвищами сотник еще меня наградит, — воткнул меч ему в сердце, повернул, вытащил. Креппер вздрогнул, выдохнул и умер.
— Ты опоздал, — сказал я трупу. — Я уже проклят — иначе не попал бы в ваш долбанутый мир. Наш мир, конечно, тоже долбанутый; но вы-то, через тысячелетия после нас, совсем в других условиях, неужели не могли придумать ничего лучше, чем жить так, как живете? С баронами, с драконами, с вендиго? С войнами, которые идут десятилетиями? С такими мудаками, как ты, Креппер? С прочей вашей хренотой? Скажешь, все это Демиурги придумали, не вы? Верно; однако под кого они это придумывали? Под инопланетян разве? Под вас ведь. И кто мешал вам менять порядки позже? Да никто. Демиурги давно на Игроверсум забили. Нужен он им, когда они реальные миры научились творить, и технологию эту до мелочей отработали…
Доспехи Креппера требовали ремонта. Зато на шее у него обнаружился необычный оберег, усиливающий характеристики шлема владельца и защищающий голову от случайных легких ударов холодным оружием, когда шлема нет. Замечательная штука! Тем более ценная, что не привязана ни к владельцу, ни к шлему… Еще я снял с трупа широкий кожаный пояс с множеством кармашков, в которых лежали снадобья, миниатюрные свитки с одноразовыми заклинаниями и кошелек с девятнадцатью золотыми и восемью серебряными монетами, не считая медяков.
Соорудив из плаща мешок, я сложил доспехи туда. Прислонил к получившемуся объемистому узлу меч сотника, присел рядом, включил системные уведомления и просмотрел те, что получил с момента изменения настроек. Никаких неожиданностей. Разве что система записала на мой счет несколько убитых Лейтом стражников и рыцарей, как организатору его побега, и знатно отсыпала плюшек за них. Ничего не имею против. В городе на меня повесят все сегодняшние трупы и сделают козлом отпущения за срыв праздника, который и без того, может, не состоялся бы по вине Креппера. Плюшки же только пообещают — кому-то еще, за мой скальп.
«Ваш побег из Каритека внесен в анналы Вселенной Дагора. Награда за подвиг: +7 к репутации, 150 свободных очков характеристик и 1500 очков Дарований».
Подвиг, вот как? Ладно, подвиг так подвиг.
«За вашу поимку назначена награда в триста золотых».
Ну вот, что я говорил? Трупы уже повесили, грехи на козла возложили. А награду, должно быть, назначал скряга типа Герхарда. Интересно, что следовало сотворить для назначения приличной награды, ну хоть в тысячу желтых? Сравнять город с землей?
«Будьте осторожны: найдется немало желающих взять вас живым или мертвым».
Да уж не беспокойтесь, осторожность теперь — мое все. Насчет желающих не сомневаюсь. Не важно, сколько за меня пообещали. Вместо трехсот золотых могли три медяка посулить — и один хрен едва ли не все охотники за головами в королевстве попытались бы меня найти только ради попадания в какие-нибудь анналы.
«Виконт Гуго фон Грюнберг назначил за вас награду в сто золотых с условием захвата живьем».
Это тот, что поймал мою стрелу хавальником? Так он виконт? И чего он хочет — пытать меня в подземелье своего замка пока не надоест или перепродать в Каритек с разницей в двести монет?
«Вы были похищены драконом…»
Надо же — а я и не заметил!
«…и успешно освободились, избежав съедения. Вероятность гибели при нападениях опасных хищников снижается на 5 %».
Странно, что и Лейт не назначил за меня награду. Зато с ним все ясно: если он меня сцапает, виконту не продаст. Да что там — и в Каритек не продаст, хотя в городе расценки втрое выше.
«Вы сражались с драконом и нанесли ему ранения. Вероятность встреч с легендарными чудовищами и битв с ними увеличивается на 3 %.».
Вот этого мне бы не надо. У меня после Хонора и так уже повысились шансы на столкновения с потусторонними существами. Правда, благополучный исход таких столкновений также стал более вероятен, но на практике это грозит чем? Что я буду чаще вляпываться в неприятные ситуации. Выпутываться из них. Набирать проценты для еще более частого вляпывания и успешного выпутывания. И так до бесконечности — точнее, пока не выйдет системный лимит на рост числа встреч и счастливых спасений. Если не сдохну раньше. А не перекачал ли я удачу, постоянно вливая в нее свободные очки? Может, в этом дело? Не пытается ли система компенсировать мою чрезмерно возросшую везучесть? Или действует из лучших побуждений, чтоб я скорее уровни набирал? Надо потом посидеть, подумать, разобраться. А сейчас подведем итог.
Мой уровень подрос до тридцатого. Хорошо укрепился навык стрельбы из лука. Навык управления трудовым костомехом не улучшился, поскольку давно уперся в потолок развития. Зато сразу после нападения на Креппера появилась способность управлять боевыми техномагическими приспособлениями, и далее она укреплялась в хорошем темпе. Правда, способность эта числилась потенциальной, но если удастся сесть на боевого некрокиборга, прогресс поначалу меня ждет просто обалденный.
Наградных уровней за побег из Каритека я не получил, хотя в остальном система оценила его выше, чем победу над Хонором. Наверно, наградные уровни полагаются не просто за подвиги, а когда их совершают совсем начинающие.
Осталось раскидать свободные очки характеристик, но я решил повременить. Надо думать, что с удачей делать, продолжать подкармливать ее или нет, а самое главное — раздеться и высушить одежду и снаряжение. Иначе мокрая подкольчужница так натрет тело — даже сквозь рубаху — что носить ее станет сущим мучением. И с самой подкольчужницей, кстати, нельзя ошибиться. Она из кожи посредственной выделки — задубеет ведь, когда высохнет. Надо бы просушивать ее осторожно, разминая, желательно с натиранием жиром.