Страница 23 из 134
ИСТИНА
Хотя весь свет Изрыщешь, Прямыя истины не сыщешь. Ее на свете нет: Семь тысяч лет Живет Она высоко, В таких местах, куда не долетает око, Как быстро взор ни понеси, А именно, живет она на небеси. Так я тебе скажу об этом поученье. О чем ты сетуешь напрасно, человек, Что твой недолог век И скоро наших тел со духом разлученье? Коль свет наполнен суеты, Так ясно видишь ты, Что всё на свете сем — мечты, А наша жизнь — не жизнь, но горесть и мученье.НАДЕЖДА
Надежда нашими сердцами обладает И часто суетным весельем услаждает. Надеюся иметь я тысячу рублей; Однако столько же они в мошне моей, Как те, которые в мошне моей лежали И убежали. Что было у меня и от меня ушло, То стало не мое уж боле, А что меня еще поныне не нашло, Подобно не в моей же воле. К чему ж мечтанье плесть? Что было, То сплылó, Что может быть, так то моим еще слыло: Мое лишь только то, что есть.ПУЧОК ЛУЧИНЫ
Нельзя дивиться, что была Под игом Росская держава И долго паки не цвела, Когда ее упала слава. Ведь не было тогда Сего великого в Европе царства, И завсегда Была вражда У множества князей едина государства. Я это в притче подтвержу, Которую теперь скажу, Что Россов та была падения причина. Была пучком завязана лучина,— Колико руки ни томить, Нельзя пучка переломить; Как Россы, так она рассыпалась подобно, И стало изломать лучину всю удобно.ЗМЕЯ СОГРЕТАЯ
Змею мужик нашел: она гораздо дрябла, Озябла. Прикладывает он усердие свое И отогрел ее. Он думал, это так и сделать надлежало,— Она в него вонзила жало, И говорит она ему слова сии: «Не согревай змеи».ВОЛОСОК
В любови некогда не знаю кто горит, И никакого он взаимства в ней не зрит. Он суетно во страсти тает, Но Дух к нему какой-то прилетает И хочет участи его переменить, А именно, к нему любезную склонить, И сердцем, а не только взором, Да только лишь со договором, Чтоб он им вечно обладал. Детина на это рукописанье дал. Установилась дружба И с обоих сторон определенна служба: Детину Дух контрактом обуздал Нерасходимо жить в одной и дружно шайке; Но чтоб он перед ним любовны песни пел И музыкальный труд терпел, А Дух бы, быв при нем, играл на балалайке. Сей Дух любил Забаву И любочестен был, Являть хотел ему свою вседневно славу: Давались бы всяк день исполнити дела, Где б хитрость видима была. Коль дела тот не даст, а сей не исполняет, Преступника контракт без справок обвиняет. Доставил Дух любовницу ему, Отверз ему пути Дух хитрый ко всему. Женился молодец; богатства в доме тучи И денег кучи. Однако он не мог труда сего терпеть, Чтоб каждый день пред Духом песни петь; А Дух хлопочет И без комиссии вон выити не хочет. Богатством полон дом, покой во стороне. Сказал детина то жене: «Нельзя мне дней моих между блаженных числить; От песен не могу ни есть, ни пить, ни мыслить, И сон уже бежит, голубушка, от глаз: Что я ни прикажу, исполнит Дух тотчас». Жена ответствует: «Освободишься мною, Освободишься ты, душа моя, женою, И скажешь ты тогда, что я тебя спасла». Какой-то волосок супругу принесла, Сказала: «Я взяла сей волос тамо; Скажи, чтоб вытянул Дух этот волос прямо. Скажи ты Духу: «Сей ты волос приими; Он корчится, так ты его спрями!» И оставайся с сим ответом, Что я не ведаю об этом». Но снят ли волос тот с арапской головы? Не знаю. Знаете ль, читатели, то вы? Отколь она взяла, я это промолчу; Тому причина та: сказати не хочу. Дознайся сам, читатель! Я скромности всегда был крайний почитатель. Пошел работать Дух и думает: «Не крут Такой мне труд». Вытягивал его, мня, прям он быти станет, Однако тщетно тянет. Почувствовал он то, что этот труд высок; Другою он себя работою натужил, Мыл мылом и утюжил, Но не спрямляется нимало волосок. Взял тяжкий молоток, Молотит, Колотит И хочет из него он выжать сок. Однако волосок Остался так, как был он прежде. Дух дал поклон своей надежде, Разорвался контракт его от волоска. Подобно так и я стихи чужие правил, Потел, потел и их, помучився, оставил.