Страница 34 из 48
После длительного секса засыпаем без задних ног, давно уже не вырубался так быстро. Звонок среди ночи на мобильный не предвещает ничего хорошего. Тяну с тумбочки телефон — Костя.
— Алло!
— Влад, я не в городе, Марине плохо. Отвези в больницу, срочно!
Вскакиваю, натягиваю одежду.
— Пусть одевается, выезжаю.
Алина проснулась и тоже поспешно одевается.
— Я с тобой.
Летим на всех парах, хорошо, что в три часа ночи город пустой. Забираем Марину, несу сумку, которую она уже приготовила с собой. Она плачет.
— Что произошло? — спрашивает Алина.
— С вечера живот начал тянуть, а потом боли усилились, боюсь, чтобы кровотечение не открылось.
Привозим её в частную клинику, где она стоит на учёте. Её обследуют, говорят нам, что она останется в стационаре под капельницами. Что должно быть всё хорошо, вовремя привезли.
Выдыхаем, по дороге назад отзваниваюсь Косте. Еду уже медленнее, начинает светать.
— Влад, поехали на озеро.
— Зачем тебе ночью на озеро?
— Встретим рассвет, всё равно, уже не уснём.
Пожалуй, она права, не уснем. Но я бы провел это время гораздо занимательнее в постели. Смотрит на меня вопрошающим взглядом, не могу ей отказать. Сворачиваю и везу на озеро. В горах ночами стало прохладно, и хоть озеро расположено не слишком высоко, от смены температуры за окном, в машине начинают запотевать стёкла. Включаю обдув.
— Нужно было купить кофе, — кутается в джинсовку.
— Где, в автомате? В такое время только двое ненормальных не спят, а едут в горы встречать рассвет.
— Посмотри, как здесь красиво. Деревья поменяли цвет, жаль, что кувшинки отцвели.
Смотрю на неё и улыбаюсь, наверное, это того стоило, притащиться сюда под утро, чтобы увидеть эти счастливые светящиеся глаза. Подъезжая к водоему, вижу за деревьями какое-то движение. Оп, неужели ещё нашлись такие? Не успеваю заглушить машину и слышу выстрел, а потом замечаю за кустом серебристый джип, узнаю. Алина с ужасом смотрит вперед, потом на меня. В тени деревьев метрах в сорока три мужские фигуры. Снова выстрел. Мы оба чётко видим, как падает человек, один из оставшихся подбегает к нему, а второй выбегает и смотрит на нас. И его я тоже узнаю. Всё это происходит секунд за двадцать. Я молниеносно оцениваю обстановку, разворачиваю машину и сваливаю оттуда на максимальной скорости. Сейчас главное, чтобы они не увидели Алину. Ужас, застывший в её глазах сводит мне скулы от злости. Зачем я только согласился сюда ехать?
— Влад, это убийство?
— Все вопросы потом.
Жму на газ, но узкая горная дорога не даёт возможности разогнаться, чтобы оторваться наверняка. Можно сорваться вниз, стараюсь маневрировать на поворотах.
Но минут через семь они догоняют. Едут сзади, уже впритык, испуганная в смерть Алина постоянно поворачивается, заламывает руки, спасибо, что не истерит. Вопросов больше не задаёт, понимает серьёзность ситуации. На более широком участке они подрезают нас, боюсь, что ещё одна такая подрезка и точно будет авария. Останавливаюсь. Бл*дь! Уроды!
Троицкий, начальник службы охраны отца, подходит к нам. Открываю стекло.
— День добрый, Владислав Викторович, — переводит взгляд на Алю, внимательно изучает.
— Не сказал бы, что добрый. Зачем погоню устроили?
— Увидели, что вы не один. Мы обязаны доложить боссу.
— Мы вас не видели. Нас здесь не было! — с нажимом на последнюю фразу пытаюсь донести главное.
— Этот вопрос решайте с Виктором Петровичем.
Он отходит, садится в машину, и они уезжают по направлению назад. Да, гнались, чтобы увидеть кто со мной.
— С*ка! — ударяю по рулю, готов убить его сейчас.
— Влад, кто это был? — прорывается дрожащий голос.
Она чуть не плачет. Нутро раздирает злость, мне хочется проснуться в другой жизни, чтобы всё осталось на своих местах, а несчастье под названием мой отец навсегда исчезло из неё. Ненавижу!
В кармане куртки взрывается мой телефон. Достаю — ну, конечно.
— Слушаю, — сердце неприятно подрагивает, как обычно, при контакте с ним.
— Выкидывай тёлку в городе, и приезжай, — отключается.
Завожу машину, еду в сторону города. В голове месиво из злости, ненависти и страха за неё.
— Влад, пожалуйста, ты можешь хоть что-то объяснить? — хнычет Алина.
— Пока нет. Я сейчас отвезу тебя ко мне, мне нужно съездить в одно место. Я вернусь и мы поговорим. Хорошо?
— Я боюсь, куда ты едешь?
— Со мной ничего не случится, не переживай. Главное, сама сиди тихо. Никому не звони, никому не открывай. Просто дождись меня. Договорились?
Она кивает, но я вижу страх и панику, мне её жаль, но мне нечего ей сказать сейчас. Бедная моя девочка.
Провожу её прямо до квартиры, ещё раз напоминаю не высовываться, закрываю на ключ.
Заезжаю на территорию отцовского двора, сегодня меня просто воротит от этого дома. Прохожу в гостиную, вижу открытую дверь в кабинет. Захожу. Он в халате, вид уставший, но точно не спал.
— Привет.
— Привет, присаживайся. Оказывается, романтика опасная вещь…Что ты делал на озере?
— Уже неважно.
— Это правда. Ты понял в кого стреляли?
— Нет.
— Это брат главы администрации. Он мне участки под строительство выделил в парковой зоне. А потом случился скандал, местные вышли на митинг и он включил заднюю. Слышал, наверное? — киваю — Отдал меньше половины бабок, остальные отказался даже обговаривать, пошёл по беспределу.
— Зачем ты мне это рассказываешь?
— Чтобы ты понял, что всё серьёзно. Мои отлично сработали, просчитали все камеры, увезли его чисто, никто бы не узнал. И там, на озере его хотели только припугнуть, но он услышал звук подъезжающей машины и дернулся бежать, Троицкий выстрелил, и получилось то, что получилось. Не в тему ты там появился.
— Это я понял, что дальше?
Дальше он исчезнет. Ты проверенный, знаю, что не выйдет ничего, и не такое знаешь обо мне, а тёлку придется убрать.
Меня прошивает током, захлестывает ледяной волной, этого больше всего и боялся, вскакиваю.
— Ты соображаешь, что говоришь? — мой рык раздается громким эхом по комнате.
— Она свидетель! Мне не нужны неприятности.
Несколько раз мне приходилось видеть, как он поступал со свидетелями, одного утопили прямо в садовом бассейне, в котором он спокойно, плавает до сих пор.
— Нет! Ты её не тронешь!
Глаза застилает пелена, сердце бешено бахает навылет.
— Влад, ты взрослый мальчик, найдешь себе другую игрушку. Я не могу допустить, чтобы по городу ходил свидетель. Это слишком громкое дело, рыть сейчас начнут и под землёй. Ты тоже свидетель, если она брякнет кому-то, тебя также не обойдет. Так что, выключай джентльмена, подумай о безопасности.
Встречаемся взглядами, знаю, что он не шутит. В глазах напротив горит безжалостная решимость. Меня выворачивает от этой жестокости, я киплю, хочется вкатить ему, чтобы залился кровью, свалить с ног и бить, бить, пока не здохнет. Понимаю, что если хочу спасти Альку, нужно держать себя в руках. Но как это сложно, чёрт возьми. Встаю, подхожу вплотную, он тоже поднимается из-за стола.
— Если тронешь её, я тебя убью.
— Ого! Что там за краля такая, что ты готов против меня пойти? Даже любопытно стало.
— Ну, ты же идёшь против меня.
— Ты е*анулся, что ли? Я тебе говорю, она опасна для нас!
— Она будет молчать, я могу за неё поручиться.
— Поручиться ты можешь только за себя. Она посторонний человек.
— Она моя девушка!
— Но не жена же. У тебя таких девушек в каждом ночном клубе пачками.
— Значит, женюсь на ней! Сможешь убить мою жену?!
Под ребрами горит, между лопаток пробегает судорога. Сжимаю до хруста кулаки, готов вцепиться ему в глотку, если он не оставит мне вариантов.
Умолкает. Смотрит на меня пристально, во взгляде такая тяжесть, что мне не хватает воздуха.
— Ты хоть понимаешь, что ты сейчас выбираешь бабу, подставляя себя, меня, весь мой бизнес. Свой тоже, кстати. Ты как ей рот собираешься заткнуть? Откуда такое доверие?