Страница 64 из 90
Глава 21
— Воевать мою мать… — протянул Батя тоном приговорённого страдальца, которому предстоит перенести тысячу ударов плетью.
Вместе с рассветом, атаман наёмников, а теперь ещё и командующий обороной острова, поднял вверенный ему личный состав. Морозное утро началось со строевого смотра.
Надо сказать, что даже у неопытного Макса в голове возникло многоэтажное выражение, превращающее ополченцев в одну большую семью и способное описать их родословную.
Остальные члены отряда вели себя сдержанно. Кеншин с Даджоем хранили на лицах свои дежурные физиономии, выражающие спокойствие. Лайонел довольно улыбался. А Венге, кажется, вообще было всё равно. Она стянула варежки и ковырялась под ногтями.
Разномастно снаряжённый строй напоминал скорее толпу дезертиров после разгромной зимней битвы. У всех поголовно — неполные комплекты доспехов. Те части что есть, застёгнуты на один-два ремня и болтаются. Горе вояки не имели понятия, как правильно держать оружие во время построения. Большая их часть так и норовила задеть соседа мечом или топором. Особо проворные умудрились расположить копья вдоль строя.
Заметив пару таких ловкачей, Лай предложил пошутить:
— Папаш, прикажи «кругом»! Ну прикажи, пожалуйста!
— Цыц! Сам будешь лорду объяснять, как это мы потери понесли ещё до начала боевых действий! — переведя взгляд обратно на воинство, Батя заговорил на тон громче, — Значит так! Лорд Колдролл нанял меня, чтобы подготовить вас к боестолкновению! Вот документ! — он поднял руку с контрактом. — Говорю сразу — легко не будет! Поэтому, кто прибыл пожрать казённые харчи, можете сразу подходить к нашему эксперту по юриспруденции. Он запишет вас в протокол как дезертира и отпустит. Позже, вас вызовут в трибунал!
Уловка подействовала. Масса незнакомых сложных слов напугала островитян. Над строем повисла тишина. Кажется, даже стало слышно, как падают снежинки.
Далее провели пересчёт оружия, снаряжения и тёплой одежды.
Проблем не было только с последним. Но остальное… Большая часть крестьян предпочли мечам топоры и дубины. А вилы стояли на вооружении в одном ряду с копьями.
Единственный полный комплект брони оказался личным и принадлежал горожанину. Он же был обладателем единственного ружья. Мужчина объяснил, что его прадед служил капитаном городской стражи и збруя — фамильная ценность.
Защита остальных ограничивалась разномастными шлемами, реже с панцирями. У некоторых были только наручи, напяленные поверх тулупов. Имелся и почти десяток щитов. Похоже, что их наспех сколотили ремесленники. Все однотипные, древесина свежая, ручки — просто верёвки. Не самая удобная конструкция, но доски вроде толстые. Таких на долго хватит.
Батя отметил необходимость и самим обзавестись щитами. Но только более тонкой работы!
Наконец, дело дошло до самого главного. Луки и арбалеты! Два десятка первых и всего три штуки вторых. Стрелы и болты тоже свежие. Все с металлическими наконечниками!
Не соврал Колдролл! Знатно потратился!
Следующей «жертвой» проверки, стало укрепление.
— Думаю, они свиней с коровами в таких загонах держат. — прокомментировал увиденное Лайонел.
К неудовольствию наёмников, высота оказалась единственным плюсом стены. Ни бойниц, ни зубцов для укрытия не было. Да и вся конструкция выглядела не шибко устойчивой.
По итогу, было решено выдолбить узкие вертикальные щели между брёвнами, подпереть частокол изнутри и построить на парапете зубцы.
«Форт» имел всего две башни, обе — на концах стен. Ворота тоже были самыми обыкновенными двустворчатыми. Таким, самое место висеть где-нибудь на амбаре, а не варваров встречать. Если последние додумаются притащить на штурм бревно — преграда не продержится и десятка сильных ударов.
В чём, в чём, а в силе наступающей стороны сомневаться не приходилось. По слухам, дикари всегда превосходили своих цивилизованных соседей и в росте, и в весе.
Батя рассудил, что в первую очередь следует уделить внимание именно укреплению фортификации. Нарезав фронты работ остальным наёмникам, сам он занялся обустройством стрельбища для лучников.
Самое простое досталось Максу, он руководил проделыванием бойниц в частоколе. Остальные же возводили дополнительные укрытия на стене. К сожалению, сразу всплыли подробности условий службы в островной милиции. Выяснилось, что лорд требовал от мобилизовавшихся только готовности махать оружием. Про необходимость таскать и обтёсывать брёвна, им никто ничего не сказал.
— С чего вдруг я должен это делать?! — возмущался один из бойцов, чуть ли не размахивая руками перед Венгой. — Я не батрак! Я ополченец!
На выручку подруге пришёл Лайонел:
— Ты — опочленец! Где там наш нотариус? Кен! Записывай этого дуралея в чёрную книгу!
Кеншин неизменно таскал с собой дневник и без лишних вопросов понял игру товарища. Записную книжку он распахнул нарочито размашистым движением. В воцарившейся тишине, ополченцы смотрели на сослуживца, как на приговорённого к смерти. Никто и не подумал, что степняк не может знать имени упёртого бойца.
Эффект оказался сверх любых ожиданий. Даже просто на глаз — работа ускорилась. Каждый показывал своему куратору, что старается и не отлынивает. А наиболее усердным стал именно нарушитель дисциплины.
В общем-то, самой работы было не сказать, что много. А таким количеством народу — так и вообще ерунда. К обеду, большая часть нарезанных задач была выполнена. Даже подняли на башню самострел. Правда, пока что, он смотрел внутрь острова. Орудие предстояло пристрелять.
С едой лорд Колдролл тоже не подкачал. Перед полуднем прибыл обещанный обоз. Одна телега была нагружена свиными окороками.
Наваристый жирный суп со свининой готовили сразу в пяти котлах на единственном костре. Его развели в яме с прокопанным дымоходом. Такая заморочка позволяла сильно экономить дрова.
На время еды, Венга сняла шлем, отдав свои локоны во власть холодному ветру. Внимание жующих мужиков тут же перешло с похлёбки на барышню. Таких взглядов не удостаивался даже Кеншин. Кстати, к великому удивлению отряда, на степняка вообще особо не смотрели. Такое впечатление, что островитяне не видели в нём ни угрозы, ни диковинки.
— Ух! Горячая баланда! — пробубнил кто-то с набитым ртом.
Венгу передёрнуло. В поисках наглеца, она развернулась так резко, что чуть не выронила свою миску. На благо говорившего, старший наёмник урезонил девушку прежде, чем она схватилась за меч:
— Венга, спокойно! Баланда — это суп.