Страница 35 из 90
Кеншин открыл забрало и наклонился над парой монет, замерших в луже крови. Остальные бойцы делали тоже самое — рассматривали раскатившиеся деньги. Безучастным остался только Макс, не понимающий, что происходит, и шокированный капитан стражи. Последний изумлённо таращился на невозможную для такой глухой деревни сумму.
Внезапно, крики на улице раздались с новой силой. Но, в отличии от конца стычки, вопило теперь на много больше глоток. Кажется, с ума сошло всё село! Из всеобщей какофонии вырвалось единственное внятное слово -«Пожар!».
В окно ничего увидеть не получилось. Так что покалеченный старик был сдан на руки заказчику, и банда полным составом поспешила наружу. Страшно даже подумать, что если паника была не преувеличенной!
Но, к сожалению, так и оказалось! Пламя обнаружилось с другой стороны села.
Как известно, беда сплачивает. Местные жители покинули свои дома, а городская стража побросала оружие и больше никого не хватала. Одни люди несли вёдра с водой, другие тащили топоры, чтобы вырубить просеку и не дать огню распространиться. Но объятых пламенем деревьев было уже слишком много. Лес полыхал! Кроны обратились факелами и трещали, к небу вздымался чёрный столб дыма, становящийся шире, чуть ли не с каждой секундой!
И капитан, и нанятые им воины уставились на старосту. Но ответил на их немой вопрос не он.
— Это всё этот ирод! Сынку своему сказал лес жечь, если городские с оружием придут! — провизжала женщина, бегущая к пожару.
Проводив селянку глазами, капитан опять уставился на старика. От обвинения, тот даже скулить перестал.
— Это правда? — выждав несколько секунд, Пабло удовлетворился отсутствием отрицаний, извлёк из нагрудной перевязи пистолет и выстрелил.
Вообще, за тяжелейшее на Архипелаге преступление, пуля в грудь — слишком легкая смерть. Да и изуверства над заложниками прибавляли в копилку грозящих старосте показательных наказаний.
Командир стражи одарил воинов мрачным взглядом и, не сказав ни слова, пошёл руководить людьми.
На этом работа наёмников была закончена.
— Куда мы так спешим?
Макс не понимал, почему Батя принял решение убираться с острова. Ведь ни оплаты за помощь, ни компенсации за порох не было.
— Порох и мечи нам оплатили. — подтверждая слова Бати, Кеншин позвенел карманом и хитро подмигнул. — А дерева, малый, нам уже не дадут. Ни щепки! Ты лесные пожары видел когда-нибудь?
— Нет.
— Ну так вот знай: к завтрашнему обеду выгорит половина острова. А учитывая сухую листву — может и быстрее.
Остаток пути команда прошла молча. В надежде, Макс то всматривался в небо, то оглядывался на дым. Но увы! Редкие маленькие облака не грозили плоскости дождём, а чёрный столб позади разросся ещё больше. Кажется, Батя не преувеличил с прогнозом.
В город старались заходить с краю, чтобы не наткнуться на любопытных горожан. Но всё равно повстречали достаточно много вопросительных взглядов. Да и на площадке перед ратушей, уже во всю кипели сборы добровольцев. Толпа с недобрым подозрением смотрела на чужаков, пока они ждали опускающийся мост.
Так или иначе, до крепости удалось добраться без недоразумений.
— Вы что там натворили?! — взволнованный вид товарищей обманул даже Лайонела.
— Ой! Да иди ты! Это не мы! — рыкнул в ответ Батя.
— Да в бездну! У нас каждый раз — «не мы»! Карательная бойня, воровство, а теперь ещё и поджоги?! Ты же знаешь, что за это…
— Лай, не ори, мать твою! Знаю! — лидер отряда снял шлем и быстрым шагом направился во внутренний двор.
— Кстати, на счёт «не ори»… — Венга бросила гневный взгляд на Даджоя и тоже направилась внутрь.
Гигант всплеснул руками:
— Ну, прости! Не вырезать же мне всю толпу было?!
Кажется, происходящее не обеспокоило только Кеншина. Хотя, по его узкоглазой физиономии вообще было трудно судить об эмоциях.
Вскоре из-за стен раздался шум крошащихся скал на краю твердыни. Крепость уходила прочь.
Разоружившись и протерев доспехи, Макс решил застирать стёганку. Рассматривая кровь на рукавах, он поймал себя на мысли, что руки не трясутся от пережитых нервов, а на душе было спокойно.
По крайней мере, пока не встретился со злым взглядом Венги.
И чего она…
Девушка сидела на камне около пруда… Голой задницей! Бёдра по бокам прикрывала только длинная льняная рубаха.
Наёмница полоскала в ведре свои стёганные брюки. А увидев приближающегося задумчивого пацана, она одними глазами смогла дать понять, что лучше бы ему убраться и ждать своей очереди.
Но её мимика была лишней. Мгновенно покраснев, Макс развернулся на сто восемьдесят градусов и засеменил прочь. Он даже представить боялся, как смотреть в глаза Венге, если бы подошёл ближе и хоть что-то увидел!
Ещё и предательский разум, воскресил свежую память о голой заложнице, распятой на полу сарая!
Перед входом в храм, обнаружился Кеншин. Он тоже ждал «своей очереди».
Чтобы прогнать дурные мысли, Макс поинтересовался причиной резкого ухудшения настроения Бати.
— С работой опять не вышло по нормальному, вот и бесится. Да ещё и монеты пустынников, снова соседствующие с нечистым на руку руководством острова. — пояснил степняк.
— Почему нечистым? Там ведь теперь капитан Пабло за старшего остался.
Из холла появился Батя с дымящей трубкой и встрял в разговор:
— Павлуха этот, похлеще старосты будет! Он всю дорогу про законы трындел, да про правосудие! А видал, как старосту завалил, когда серьёзный суд уже не за горами был? А знаешь почему? — из-под усов вырвался клуб дыма. — А чтобы старый дурак его самого с потрохами не сдал!
От внезапного осознания всей глубины, на которую проросли корни подлости, Макса как холодной водой окатило. Руки вновь начали дрожать, а пальцы сами собой сложились в кулаки.