Страница 5 из 16
2 Репутация ведьмы
Вышла из хлева и остановилась, попав под жаркие лучи летнего солнца. Вот тебе и резкая смена климата. И одежда с обувью не по погоде. Обычно лишь спускаясь в метро я жалею, что не могу изменить свой выбор наряда. В сапогах и с шубкой в руках я сникла, словно меня в духовку засунули, обернув в фольгу или целлофан, чтобы наверняка пропотела.
Задрав голову, посмотрела на небо. Солнце ослепило, и я перевела взгляд на вершины деревьев, что окружали открывшиеся моему взору постройки. Если здесь всё навевало мысли о музее или реконструкции, то из-за деревьев виднелись вполне современные здания. Надежда встрепенулась — возможно, этот мир не такой дикий, как показалось мне в начале.
Духота и тёплая одежда быстро дали о себе знать: перед глазами внезапно потемнело и я качнулась, роняя голову на плечо. На чужое плечо любезного создания. Уже знакомые ладони придержали меня от падения, окутывая ароматом свежескошенной травы.
Кинула взгляд назад, подтвердив для самой себя — это ушастый молчун. Нет, он умеет говорить, но по мне пусть молчит. Ему это больше к лицу.
— Что происходит? — с дикой паникой в глазах подбежал к нам козлорогий, выскочив из-за угла деревянной постройки.
Люк ему не ответил, поэтому ответила я, скинув с плеч лапы своего надсмотрщика:
— У меня есть дела. А вы меня задерживаете. Я промолчу о том, куда и как вы меня кинули. Никого уважения к девушке. Или это всё из-за того, что я ведьма? — Зыркнула на Бергамота, вздёрнув подбородок, и напрягла губы, выражая своё недовольство не только тоном.
— Нет-нет, что вы, что вы… — заблеял старик, неожиданно сгорбившись, словно все прожитые года навалились на него всеми своими тяготами разом. — Мы просто не ожидали, что в наших краях появится ведьма, да в такой важный день. Я прошу… Нет, умоляю вас простить меня за причинённые вам неудобства.
— Простить? — Я задумалась. Видимо, ведьм здесь всё-таки побаиваются. Остается воспользоваться чужой репутацией в своих целях. — Вы бросили меня на полу в грязном стойле, — понизив голос до угрожающих ноток, я говорила сквозь сжатые зубы. Очень так спокойно, но с негодованием. И делала маленькие шажочки к источнику своих бед и гнева. А козлобородый старик отступал, не смея разогнуть спины, чтобы его рогатая голова случайно не оказалась выше моей.
— Я вся грязная, — продолжала я наступая. — Моя одежда пришла в негодность. Вы меня унизили. Вас за такое не прощать надо, а… — Я высвободила руку, потянлась ей к Бергамоту, пальчиком накрутила бородку и легонько потянула на себя, видя дикий ужас в глазах старика. — Жаль, я спешу. Но я не забуду вашей «доброты» и как закончу со своими делами, обаятельно вернусь, чтобы отблагодарить вас, — угрожающе прошептала ему в лицо, недобро прищурив глаза.
Оставила Бергамота в покое и развернулась к нему спиной, выбирая направление. Если он меня не остановит своими нижайшими извинениями, придётся чесать куда глаза глядят.
— Уважаемая Рита, простите меня! — выкрикнул старик, вцепившись в руку.
Я пронзила его холодным взглядом, и он мгновенно отстал, осторожно отряхнув рукав моей блузки.
— Позвольте загладить свою вину. К тому же сам мэр хотел бы с вами познакомиться, — опасливо проблеял Бергамот.
— Мэр?
— Да. Мэр нашего города. Он только что прибыл. Мы накрыли стол к его приезду. И он рад пригласить вас составить ему компанию.
— Если так рад, чего не приглашает сам? — играла я роль ужасной и коварной ведьмы, обливаясь потом под палящим солнцем. Ноги в сапогах начали пульсировать, требуя высвободить их из удушающего плена. Но я держалась, надменно взирая на старика и мысленно требуя Оскара.
— Простите, госпожа, — вырулил к нам из того же проулка мужчина в строгом костюме. Ткань серебристого цвета отражала солнечные лучи, заставив меня болезненно поморщиться из-за искрящей ауры, окутавшей присоединившегося к нам мужчину. За ним, топоча словно стадо слонов, бежало пятеро человек в два раза шире и выше первого. И к бабке не ходи, на мордах этой пятёрки всё написано было — охрана они. Причём личная.
— Я мэр Гарденбурга — Сэмюэл Ангорский, — представился модник с похожими на молчуна-Люка ушками. Только у него они не выглядели такими уж плюшевыми, скорее обычными. Как у кота. Обычного и идеально белого кота.
Длинная белоснежная шевелюра мэра была аккуратно уложена, закрывая шею набриолиненным панцирем. На вид ему можно было дать около сорока лет: хорошее телосложение и гладко выбритое лицо его молодили, но истинный возраст выдавали гусиные лапки, отпечатавшиеся глубоко у глаз.
— Рита Лисицина. Ведьма, — ответила я взаимностью, не выпуская из рук меховую шубу, которая привлекла косые взгляды мэра и одного из бугаев — единственного, кто не нацепил на свой приплюснутый нос тёмные очки, в отличие от коллег-соплеменников. Я для себя идентифицировала их макаками, вернее гориллами. Они могли бы сниматься в фильме «Планета обезьян» вживую и без грима.
— Ведьмы такая редкость в наших краях, — с горделивой осанкой сообщил мэр, махнув пышным хвостом. У меня аж челюсть упала: засмотрелась на пышное белоснежное опахало, вальяжно покачивающееся за ногами мэра.
«Вот бы потрогать», — промелькнула мысль и улетела куда-то вдаль, уступив место новым, точнее забытым на секунду старым: «Жарко… Пить хочу. Как же жарко. Щас-с-с сдохну…»
Не выдержала солнцепёка и обмахнулась рукой, совершенно не разбирая сути того, что бубнил мэр.
— Что же мы стоим, — сообразил котейка. — Пройдёмте в шатёр, — пригласил сэр Сэмюэл, широким жестом указав в сторону проулка за хлевом и дав рассмотреть получше свой длинный пушистый хвост.
Я замешкалась: тяжело таскаться по жаре в таком наряде, с объёмной шубкой и сумкой в руках и тёплыми сапогами на ногах, даже до предполагаемого тенька сложно было бы доковылять. Не дойду же. Схлопочу солнечный удар на фоне обезвоживания после ночной гулянки.
— Отдайте свои вещи кому-нибудь. Они присмотрят, — предложил мэр, прочитав суть моего замешательства.
Из присутствующих я выбрала козлобородого, посчитав, что тот из страха перед ведьмой и желанием заслужить прощение присмотрит за шубкой лучше, чем ушастик — никчёмный охранник. Сумку же оставила при себе, накинув ручки на плечо.
Я пошла с мэром. Его охранники шли окружив нас со всех сторон своими большими телами. Они бросали взгляды на меня и оглядывались по сторонам в поиске опасности для мэра города.