Страница 8 из 70
— Хорошо, — кивнул начальник. — Занимайся.
— Но с одним условием, товарищ подполковник.
— Каким?
— Фигурант живет один в квартире. У него полуторка. У вас ведь связи в исполкоме? Как получит срок, пускай Коровку выпишут. Его государство другой жилплощадью обеспечит — на зоне. Я хочу, чтоб квартиру осужденного отдали мне.
— А не жирно будет, капитан? — сморщился Шимко. — Да отдельное жилье ждут лет десять! Ты здесь сколько служишь?
— Что ж… — Пинчук встал и отодвинул папку. — Придется возбуждать уголовное дело в отношении Григоровича.
Это было наглостью, что Пинчук прекрасно понимал. Рисковал, но был уверен, что никто другой в райотделе на такое не подпишется. Одно дело — отмазать от тюрьмы, а другое — состряпать обвинение. За такое живенько впаяют треху в плечи как с куста. Ну, а он… Кто не рискует, тот не пьет шампанского. Квартира того стоит.
— Успокойся, капитан, — сбавил обороты подполковник. — Ты должен понимать: вопрос жилья в отделе очень острый. Дашь тебе квартиру — обидишь очень многих. Станут жалобы писать.
— Так выделение проходит через исполком, — напомнил Пинчук, примостившись вновь на стуле. — Вы напишете туда письмо, о котором посторонним знать не обязательно. Ходатайство. А коллегам я скажу, что квартиру получил через жену.
— Хм! Пожалуй, можно, — согласился Шимко. — Вот что, позвоню я Григоровичу. Мы послушаем, чего он скажет.
Начальник райотдела снял трубку с аппарата…
Спустя пять минут Пинчук вышел из приемной, счастливо улыбаясь. Получилось! Григорович согласился. Капитан его прекрасно понимал. Никому не хочется, чтобы сын сидел в тюрьме. Исключили бы из комсомола, а затем — и из университета.
Конечно, секретарь горкома проблему бы решил — через прокуратуру или суд. Все же не убийство и не изнасилование. Так — мелкая шалость. Но политическая окраска налицо, и нельзя, чтобы Григорович, занимающий столь ответственную должность в горкоме, был замаран тем, что не уследил за единственным сыном. Партию нельзя компрометировать!
Только в этом случае ни Шимко, ни Пинчук не дождутся благодарности.
Ну, а так обстоятельства складывались лучшим образом. Скоро можно будет подбирать шторы для своей квартиры. Ленка это дело очень любит. Холостяцкая берлога глупого Коровки превратится в их уютное семейное гнездышко.
А ее пока еще хозяин сам же виноват — нужно было подписать бумагу. Пусть теперь пеняет на себя…