Страница 80 из 96
— Ага! — оживилась при приближении пары Гимеко, этак нехорошо посверкивая глазами. — Всё-таки изловился злыдень! Чудно, чудненько! Только вот зря ты ему в пасть запихнул эту штуку — как же он будет с нею языком-то работать?
— Не зря, — мотнул головой Мийол, подставляя ногу и не столько опуская, сколько швыряя пленника на колени перед группой Охотников.
Кстати, пока он возился со своей добровольно взятой задачей, Глинорукий успел вытащить из тела посторонний предмет и даже пройти через детоксикацию (по крайней мере, «чемоданчик смерти» снова стоял в сложенном виде) — видно, яд на клинке оказался не из самых заковыристых. Но полностью залечить рану, конечно, не успел и теперь сидел, медитируя для большего эффекта от Усиления лечебного. Вот перед ним-то, собственно, призыватель и поставил на колени своего пленника.
— Почему это? — забавно надула щёки Веселуха.
Мийол объяснил свои резоны — насчёт откушенного языка и фальшивых зубов. После чего попросил Шак о проверке на сюрпризы. Та молча кивнула и спустя пару минут сказала:
— Вроде бы чист. За бинарные и более хитрые смеси не поручусь, но простеньких вещей, типа цианидов, при нём нет точно.
— А что насчёт языка?
— От него прямо-таки разит страхом… и ещё кое-чем, — раздувая ноздри и предвкушающе скалясь, сказал Точильщик. — Сомневаюсь, что в нём достанет крепости на самоубийство, да ещё таким жёстким способом. Но для надёжности можно заменить полотенце не сильно толстой верёвкой. Чёткости речи это ему не добавит, но зато и незаметно откусить язык не позволит.
— Логично, — сказал призыватель. — Сейчас поправим… кстати, давайте договоримся, кто именно станет вести допрос. Заранее, чтобы порядок был. Гимеко?
— Нет-нет, — шало ухмыляясь, открестилась Веселуха. — Я девушка несдержанная, могу по ходу… процесса сделать что-нибудь не то.
Для надёжности она даже отшагнула назад и спрятала руки за спину.
— Кто изловил, тот и развлекается, — высказался Точильщик. — А ты, глубокоуважаемый, уже хорошенько поразвлёкся с ним. До мокрых штанов.
— Я, — разлепил губы Глинорукий, — прослежу, чтобы он не соврал.
— Мастер? — нахмурилась Гимеко.
— Не бойся. Не так и тяжко я ранен, на такую мелочь меня хватит.
— Что ж, — подытожил Мийол, — быть по сему.
Ещё пара минут, и пленник получил возможность общаться.
— Ну, засранец, поведай уже: кто ты такой есть?
— Я — представитель магистрата, — малость неразборчиво пробубнил он. — Особая рота мастера Баюна, лидер отряда Илк-Ферн.
«То есть Нольвосьмой, — машинально 'перевёл» призыватель. — Хорошо ещё, что не Ноль-Ноль-Семь… но — особая рота?
Кажется, я влип.
Все мы тут влипли. И вовсе не в карамель…'