В общем, в стелс-режиме яхта могла лишь красться на скорости пешехода. Для следования за группой Охотников этого, впрочем, хватало — как и для преследования обнаруженного Эшки четвёртого члена неопознанной группы агрессоров.
Сейчас на борту, помимо Мийола, находились его «долгоиграющий» магоклон, заранее экипированный и вооружённый для серьёзной — вплоть до самоубийственной — схватки, а также Санхан, настоявшая на участии во всём этом сомнительном предприятии с наймом убийц. Больше того: ради доказательства своей полезности она перегравировала обычный набор заклинаний и прямо сейчас имела хороший шанс разнести Цепким Вихрем Марнока всё и вся внутри круга диаметром четыре десятка локтей.
Но только один раз: боевые подмастерские заклинания весьма прожорливы.
А в качестве точечного, так сказать, средства воздействия в серьёзных переговорах смуглянка выбрала Молнию Сильга.
Призыватель отлично помнил, как этими чарами его неоднократно приласкал Каремитул во время дуэли, и потому выбор одобрил. Малый откат, высокая (и регулируемая) мощность, никакой особой специфики применения — наводись да бей. Причём с тридцати шагов Молния Сильга, да на полной мощности, надолго вышибет сознание из любого подмастерья — ну, кроме таскающих специфическую защиту; а от удара с шагов двенадцати или пятнадцати даже Мастер Боя выйдет из строя. Если специфической стойкости не имеет, конечно… или нужного талисмана.
Чем вообще хороша боевая магия — можно не морщить лоб, как бы её половчее применить. Достаточно иметь нужный уровень для гравирования желаемых чар, а уж использовать их может, пожалуй, даже полудурок какой.
Основной же минус боевой магии малых уровней — как раз до четвёртого включительно — в необходимости бить ею с малых, желательно вообще кинжальных дистанций. И вот тут уже возникают сложности для неопытных и склонных к панике адептов. Да и вообще маг-боевик — вроде той же Гимеко — это скорее диагноз. Нормальные маги, стремящиеся к долгой и комфортной жизни, выбирают другие специализации. Любые, кроме этой.
Однако Санхан здраво рассудила, что она-то (если до такого вообще дойдёт) станет кидать Молнии Сильга из невидимости — и с высоты палубы яхты. А уж Цепкий Вихрь Марнока и вовсе может запустить шагов за полста, а то и с полной сотни, из заведомой безопасности. Собственно, если бы не мобильное невидимое средство передвижения (и отступления, при необходимости) — в жизни бы Мийол не отпустил беременную подругу в диколесье. Да и без сопровождения своей команды не отпустил бы. А вот с сопровождением… раз всё равно нужна подстраховка…
— Долго ей ещё?
— Не знаю, милая, — повёл плечами призыватель. — Эшки впервые работает с разумной… м-м, добычей. Осторожничает. И правильно делает.
— Ну хоть примерно?
— Минут десять. Может, пятнадцать. Не очень долго.
Тот самый случай, подумал он, когда приходится сперва догонять… медленно… а потом ещё и ждать. Открывшиеся у Эшки способности — если быть совсем уж точным, новые грани уже имеющихся способностей — давали жутковатый в своей эффективности результат, но…
Но.
Поистине, магические звери, не в пример людям — любимые дети Планетерры. То, что сам Мийол открыл не без труда и только с помощью Малого Оптимизатора Нимаротуфа, фамильяр скомпоновала просто так. На чистом упорстве… и фантазии. Не факт, что неразумный зверь смог бы достичь аналогичных успехов, ой не факт!
Четыре свойства: скрытность, связанность, испуг, жизнь. Первое и последнее работали сугубо на саму атрибутницу, третье — сугубо на её жертв, связанность изначально обладала некой амбивалентностью и вообще-то, если бы не первое свойство, была бы так же заметна, как прямой контакт аур. Особой синергии между всеми этими свойствами (особенно искусственно привитой жизнью) не наблюдалось.
Изначально — так.
Но как Мийол научился обращать эффект (у/вы/на)правления не только на магию, но и на собственное тело, более тонко и точно контролируя нервную систему и прану, так Эшки добилась того, что связанность объединяла её жизнь и жизнь другого существа. То самое одновременное использование одного свойства внутри и вовне. А затем пошла ещё дальше, инвертировав своё свойство скрытности, превращая его скорее в сокрытие. Не себя, нет — в сокрытие тех эффектов, которые распространяла на добычу. Точнее, одного-единственного эффекта: испуга. При этом обращённое вовне свойство жизнь давало возможность фокусировать связанность сверх обычных и привычных пределов.
Сложно? Ещё бы! Чтобы вывернуть наизнанку сразу половину свойств своего Атрибута, фамильяру приходилось концентрироваться в такой степени, какую обычный магический зверь не осилил бы точно. Даже воля Эшки, закалённая возвращением и расширением возможности летать (что потребовало от атрибутницы освоения не свойственного ей контроля праны — считай, этакого аналога Усиления долгого), едва удерживала полученную комбинацию от развала, когда от неё требовалось ещё что-то — например, перелететь следом за жертвой с ветки на ветку.
Вдобавок вывернутая скрытность переставала прикрывать её саму; к счастью, тут на помощь приходил предоставленный Мийолом — и сработанный Васькой — браслет с Невидимостью Среднего Круга. Ну а полёт облегчал парный браслет, облегчающий вес.
А ещё комбинированный эффект от скрытного связывания живого страхом не работал как следует во время открытого боя.
Почему? Тут следует пояснить механику работы магии со стороны физиологической.
Что происходит, когда Эшки бьёт по цели испугом? Если коротко, то возбуждается нервная система и выбрасывается в кровь большая порция адреналина. Да, причина внешняя, но чисто внутренние гормональные механики совершенно те же, что при обычном испуге. Но что, если от цели наведённый страх сокрыт? Все признаки стресса налицо: сокращение периферических сосудов, резкое учащение сердцебиения, напряжение скелетной мускулатуры, сухость слизистых, влажность кожных покровов и так далее, и тому подобное… но противника рядом нет. Никого опасного не видно и не слышно.