СКЛ

Конечно, Клавдия в плане шефства была у меня не первой. Любого нового человека в проектной группе приходится обучать и направлять, но как правило он интересуется процессом и задает массу вопросов. Поэтому совместная работа размазывается во времени и не доставляет столько дискомфорта. Но Клава работала только в рамках Сашиных проектов, и первоначально настраивать это пианино без струн должен был Александр.

У Клавдии этот проект был в работе чуть меньше года, и за все это время она не задала мне ни единого вопроса. Среди проектировщиков есть одно железобетонное правило: «Если разработчик не задает вопросов - значит он не работает над проектом». К концу года все мыслимые и немыслимые сроки прошли, и Мейер прижала Клавдию к стенке. Сначала Клава врала, что во всем виноват Храпунов, потому как он периодически уходит в запой и ее проект висит, но после того, как она слепила и отправила мне свою мульку, задерживать проект стала я. Первоначально ее проект и подход к работе меня взбесил. Но потом я успокоилась и подумала о том, что Клава ничего не понимает в горных работах, и нанимали ее совсем для другого направления. Ее сразу надо было вовлекать в рабочий процесс, но Саша предпочел молча переделывать ее разделы, безо всяких объяснений.

Глупо было искать здравый смысл в ее проекте, он был неверен от корки до корки. Заказчик уже вопил как сирена оповещения населения о чрезвычайных ситуациях, и заставлять Клаву разрабатывать проект заново не было времени. Чтобы хоть как-то задействовать ее в процессе, и извлечь педагогический профит, в ее пояснительной записке после каждого раздела я вкратце описала почему такие решения и расчеты применять нельзя, и потом привела примеры как должно быть. Клаве я объяснила, что она должна прочитать все свои материалы и мои замечания, подставить в примеры расчетов свои значения и снова отдать мне на проверку.

Второй вариант был намного лучше первого, но я заметила, что у Клавы начисто отсутствует потенциал. Ткнешь ей пальцем в то, что нужно исправить - она исправит, но сделать дальнейшие исправления по аналогии она не в состоянии.

- Клава, у тебя расстояние транспортировки породы на отвал принято по прямой, получается всего 1 км. Посмотри на план, неужели есть возможность возить породу строго по прямой?

- Ну, эээ…

- Ты же видишь, что там здания, трубопроводы, коммуникации! У тебя самосвалы прям сквозь здания ездят? Измерь расстояние по дорогам, пожалуйста.

- А, да-да, хорошо.

После исправлений смотрю проект заново.

- А отсев у тебя почему перевозится по прямой? Я же сказала измерить расстояния по дорогам!

- Ну ты же про породу сказала! А отсев тоже надо исправлять? - лупает глазами Клава.

- А ты полагаешь, породу сквозь стены перевозить нельзя, а отсев можно?

- Нет, ну я же не знаю, как у них там…

- Как бы у них там ни было, законы физики никто не отменял! Поправь абсолютно все расстояния транспортировки строго по дорогам!

- Ну сразу бы сказала. Я же думала только с породой так, - бурчала Клава.

У меня не было слов, только поза «рука-лицо».

Мы с Валерой выехали на последнее в этом году обследование производства. За все время работы мы много километров проехали вместе и отношения у нас сложились весьма своеобразные. Иногда мы жаловались друг другу на жизнь, а иногда очень эмоционально ругались, как настоящие итальянцы. Самое удобное было то, что мы могли друг на друга психануть, но совершенно не обидеться, так сказать, выпустить пар и работать дальше.

Валера был вхож во множество важных и нужных дверей, но нормативку читать ленился, поэтому мне до сих пор приходилось подготавливать его для встреч и объяснять суть проблемы. Но зато, решая таким образом вопросы, я оставалась в тени, не несла никакой ответственности и была никому не обязана, а вот Валере приходилось за мои слова отвечать, а также ходить на всяческие мероприятия и иногда веселиться по принуждению.

- Какие у тебя планы на следующий год? - поинтересовался Валера.

- Тебя мое трудоустройство интересует?

- Ну не только, но и трудоустройство, конечно, тоже.

- Меня приглашают в проектный институт при головном офисе.

- Ого! И чем ты там займешься?

- Хотят создать отдел технологический, проще говоря, сделать что-то наподобие нашего отдела.

- Хм, - нахмурился Валера. - Хотят сами заняться этим вопросом? Не хотят работать с подрядчиками?

- Я не знаю, я ведь еще к ним не ездила, - пожала я плечами.

- А тебе это интересно?

- Интересно ли мне начинать все это с нуля с новыми людьми? Нет, не особо. Слишком много геморроя.

- Но ты к ним поедешь?

- Надо ехать, пока приглашают. Но я уже третий раз откладываю поездку из-за Артура.

- Ты еще общаешься с этим мудаком? Он хоть что-нибудь сделал по твоему вопросу?

- Да, нервы мне все вытрепал. А по делу фиг знает. Он же постоянно врет. Честно говоря, я уже отчаялась.

- Я вообще не понимаю зачем ты с ним связалась!

- Валера, а у тебя есть толковый юрист? Который будет всерьез бороться за мое имущество?

- Нет.

- Вот и у меня нет! Так что не надо мне риторические вопросы задавать! Будь у меня вариант получше, уж, наверное, я бы им воспользовалась! - разозлилась я.

- А что ты сразу психуешь?

- Что мне еще делать? Уже трижды прокляла тот день, когда к нему обратилась! И ведь в своей работе, я всегда знала, если проектировщик бьет себя пяткой в грудь и говорит, что задача для него ерундовская и там нехер делать, что он привык к серьезным работам, а не к такому детскому саду, то этот исполнитель 100 % облажается! Нормальный исполнитель всегда будет оговаривать условия и оценивать риски. А с Артуром у меня какое-то затмение, чтоб его разорвало!

- Знаешь почему Толмачев «попросил» его из своей компании?

- Почему?

- Совсем не потому, что Артур влез в его семью. А потому, что этот шнырь был всегда и нашим, и вашим. Его вообще собирались уволить по статье, и выгнали бы, да дочка забеременела.

- Что ж, спасибо успокоил! - кисло улыбнулась я.

- Так что ничего этот говнюк тебе не решит!

- Давай сменим тему. Расскажи, как тебе живется в новой семье.

- С переменным успехом.

- Неужели глава семьи тебя еще не принял?

- С Толмачевым все ровно, но вот Артур дергает абсолютно за все рычаги, чтобы отравить нам жизнь.

- Вполне ожидаемо.

- Мало того, что у нас живет полная его копия в миниатюре, причем, я не преувеличиваю, совершенно такой же лживый истеричный ребенок! Так еще и папаша каждый день выносит сынуле мозг настолько, что парень уже два раза заваливался перед нами в истерике.

- То есть заваливался?

- Падал и бился в конвульсиях! Первый раз мы вообще сильно перепугались.

- Да уж…

- А думаешь легко ребенку выслушивать каждый день до двух ночи, что мамаша его шлюха, а я его, вообще, могу избить до полусмерти? Пацану на тренировку в 6 утра вставать, он хнычет спать просится, а папаша ему в трубку нудит: «Ну вооот сынок, не хочешь со мной говорить, папка тебе уже и не нужен!» И это в два часа ночи!

- То, что Артур психически болен, ясно как день.

- Вчера Артур выдал своей бывшей жене, что готов все простить, вернуться в семью, и воспитывать дочь как родную! - ухмыльнулся Валера.

«И этот моралист, говорил мне недавно о чувстве собственного достоинства! Это до какой степени себя надо не уважать, чтобы после всех этих слов вернуться!» - вспомнила я слова Артура.