СКЛ

Воцарилось молчание. Саша сидел в кресле с лицом малинового цвета и остервенено долбил по клавиатуре. Потом, видимо решив, что бегство - это неплохой выход из конфликта, резко сорвался и покинул кабинет, буркнув короткое: «Пока!».

- Побежал пизденыш! - злобно произнес Храпунов.

- Ладно уж. Ты тоже немного перегнул. Не думаю, что Саша хотел тебя обидеть. Он просто не умеет шутить, - улыбнулась я.

- Дело тут не в шутках. Саша наш, дохуя умный стал!

- Что-то случилось?

- Да, было совещание у Мейер. Сидим за столом, и тут Саня мне выкатывает: «Храпунов, а ты уже съездил на фабрику?». Какую еще на хрен фабрику? Я вообще не понял! Сижу, глазами лупаю в непонятках, а он и говорит: «Ты Володя не сиди, надо ехать, а то время-то идет!». И Клава тут же подсирает: «Да-да, мне по отвалам тоже надо, вон уже договор закончился!».

- А ты что сказал?

- Да что! Я грю, что я не в курсе кому и куда надо. И тут Саша мне выдает: «Интересоваться надо, что на работе происходит!» Представляешь?!! И это при всем коллективе! И Мейер такая качает головой и цокает мол, да-да Храпунов, что-то ты косячишь!

- И что в итоге?

- А ничего! Храпунов же алкаш, не помнит ничерта, ага! Вернулись после совещания в кабинет, думаешь он мне сказал про какую фабрику речь? Хер там! Молчит как рыба об лед! Это что ли я должен подойти и спросить на какую подзалупинскую ОФ ему, пидарасу, надо? - выпучил глаза Храпунов.

- Не думала, что вы так быстро начнете ссориться, - вздохнула я.

- Да просто кто-то охерел! Сидит начальника включает! Женю точно также на совещании протянул. Ты же днем не приходишь.

- Днем работать невозможно. Я, считай, уже фрилансер. А Саша вероятнее всего будет начальником отдела. Впрочем, меня на это совещание даже не приглашали.

- Главное, чтобы было кем командовать этому говноначальнику! Я тут оставаться не собираюсь в таком случае! - Храпунов скрестил руки на груди.

- Ну, я явно не тот человек, который будет тебя уговаривать остаться.

Возможно боги услышали Сашины молитвы, или помог какой-то хитрый ритуальный танец, но Венера вскоре пропала, и не радовала нас своими посещениями больше недели. Были разные предположения о причине ее отсутствия, но ее появление превзошло все наши ожидания. Одним расчудесным днем, когда в городе объявили штормовое предупреждение, лихим ветром к нам в офис таки занесло Венеру. Ее всклокоченные волосы были слипшиеся от растаявшего снега, ноги обуты в огромные угги, причем на левой ноге явно угадывался гипс, на что намекали костыли, зажатые в глубине мешковатого мокрого пальто.

Когда мы увидели ее на костылях, то как-то разом все осознали, что она будет приходить до тех пор, пока мы не подпишем акты выполненных работ по этому проекту. Мы настолько растерялись, что даже не помогли ей войти в кабинет, что, впрочем, ее нисколько не смутило. Наблатыкавшись за это время ходить на трех ногах, Венера проворно проковыляла к Сане и плюхнулась на стул. На ее лице играла довольная улыбка с щедрым оттенком дебилизма, было заметно, что она очень соскучилась по Сашиному обществу. Заметив, что Саша переводит взгляд с Венеры на меня и обратно, я быстренько свалила с офиса.

Видимо на прошедшем собрании Клаве хорошенько прилетело от Мейер, потому что она, забросив свои стихи и песни, что-то ускоренно строчила, просиживая в офисе вот уже которую ночь. Вскоре, мне на почту упало ее творение. Пробежав глазами по проекту, я тяжело вздохнула. За несколько дней Клавдия, успев надергать разных разделов из наших прошлых работ, слепила такой чудовищный коллаж, который не снился в страшных снах даже самой лютой конторе-однодневке. Просматривая проектные решения, я легко узнавала откуда были взяты тексты и расчеты.

Пожалуй, самое тяжкое в работе проектировщика, это проверка чужого проекта, слепленного из говна и палок. В этой работе нет ни единого плюса, а минусы один хуже другого. На начальном этапе производится сверка технического задания с содержанием проекта. Далее анализируются исходные данные, которые мог некорректно запросить ебалай-проектировщик, или неверно предоставить такой же долбан-заказчик, но это при самом лучшем раскладе, потому что в таком случае общение между заказчиком и проектировщиком хотя бы имело место! Также исходники могут быть взяты со старых проектов, по аналогичным проектам, по окаменевшим справочникам юрского периода, найдены в интернете или вовсе придуманы самостоятельно.

Чтобы проверить исходники, необходимо перелопатить кучу документации по производству, и оценить, похожи ли эти данные на правду. Как правило, официального запроса ебалай-проектировщик не делает, а если делает, то официального ответа от долбана-заказчика не требует, что позволяет последнему извращенно фантазировать при сборе данных безо всякой ответственности. Поэтому ебалай-проектировщик подвергается терморектальному криптоанализу, с целью выяснить откуда-таки взялись заветные циферки.

После окончания эпопеи с исходниками, начинается веселье с проектными решениями. Вся беда в том, что ебалай-проектировщик, не имея многолетнего практического опыта в этом направлении, самостоятельно подобрать или придумать проектные решения не способен физически. Даже если он понял, что именно от него требуется в тех. задании, то как именно это сделать в 99 % случаев он понятия не имеет. Поэтому, он либо начисто передирает решения с похожего проекта, либо копипастит с непохожего. В самом маловероятном случае он истово бороздит нормативку и профессиональную литературу с новейшим оборудованием, и приходит к выводу что существующее производство Заказчика лучше взорвать к ебеням, закатать бульдозерами и построить новое красивое.

Далее идут расчеты и обоснования принятых решений, и тут просто тушите свет, ибо каждый ебучий коэффициент в километровых формулах надо проверять по многотомникам! И при проверке обязательно выяснится, что все коэффициенты приняты неправильно, да и формулы использованы либо не те, либо не полностью. С подбором оборудования ситуация не менее печальная, так как подбор осуществляется по принципу: «Что нашел, то и вставил в проект, другое взять негде».

«Гуманитарные» разделы проекта на тему пожарной безопасности, охраны труда, промсанитарии, ГО и ЧС и др., втыкаются ебалаем, вообще не читая. Поэтому мы подробно расписываем технику безопасности для несуществующего конвейера, или тушим эндогенные (внутренние) пожары на водоеме.

Но самым жирным минусом этой работы является оплата, ибо бюджет проекта стандартный и никаких лишних денег там нет. И несчастному проверяльщику в самом шоколадном варианте достанется 30–40 % от общего фонда заработной платы, либо обычная ставка 10 %. И за эти жалкие 10 % проверяльщик должен перелопатить весь этот бред, сделать проект заново, объяснить ебалаю, почему он не прав (научить работать), взять на себя ответственность за содержание проекта перед заказчиком и экспертизой, а также в дальнейшем ответить на замечания. По трудозатратам проверяльщику надо платить двойную ставку за разработку проекта, половина суммы которой уйдет за проектирование, и вторая половина на то, чтобы научить ебалая уму-разуму.

Поэтому, если вдруг к Вам обволакивающе-приятно подкатил начальник, с целью впарить «шефство» над новичком, то отмахивайтесь топором. Прикиньтесь неадекватным ссущимся шизофреником, выебите мозги новичку, чтобы он сам от Вас отказался, устройте истерику шефу, но не беритесь за эту работу! Любое руководство всегда настроено на минимизацию конфликта, поэтому впарит бесплатный геморрой самому ответственному и безропортному. В разрезе нашей фирмы это была я со своей гиперответственностью, и Саша со своим молчанием в тряпку. Даже при самом лютом героиновом приходе, Мейер и Валере не пришло бы в голову поручить Клавдию Храпунову или Ираиде, потому как связываться с этими людьми себе дороже.