Страница 36 из 426
Его «щедрый» жест нашёл «благодарный» отклик у проклятий, которые с огромным удовольствием приняли в себя всю его злобу, ненависть, гнев, ярость, тем самым усилившись на порядок.
«Хех… Вот теперь они достойны того, чтобы познакомиться лично с дрянью, что посмела причинить вред моей крестнице».
Выпустив из себя весь негатив, Гюнтеру стало намного легче дышать, а разум перестали стягивать оковы окклюментных щитов, которые он всё недавнее время, на пределе собственной мощи, поддерживал у себя и тем самым оберегая ментальное тело от беспорядочных эмоций, опрометчивых поступков и позволяя себе действовать по запланированному сценарию, игнорируя эмоциональный раздрай в душе.
Клубок проклятий, где каждое в отдельности, получив заряд «бодрости» и «сил», шагнули на новую ступень своих коррозийных свойств, отчего стали видимыми даже в обычном спектре зрения, а по находящимся здесь в ритуальном зале, расположенных на максимально доступном в данном помещении удалении от концептуальной порчи, ненависти и желанию пожрать всё и вся проклятий, семейной чете Тонкс, ударило пробирающими до самых потаённых глубин души эманациями первобытного Ужаса!!! Андромеда и Эдвард ощутил давление такой жути, что после пережитого у них явно прибавится седых волос.
Гюнтер же пребывал чуть ли не в состоянии оргазмического счастья, глядя на творение своих рук, а так как он мог похвастаться очень живым, подвижным и творческим воображением, ему не составило труда представить конечный результат своих действий, когда находящаяся перед ним «посылка» и которую он собирается сейчас отправить, доберётся до адреса.
Но и этим он решил не ограничиваться в своём стремлении причинить максимум боли и страданий Вальбурге, а так как после редкого перепада своего эмоционального состояния из одной крайности в другую, от жесточайшего негатива к безграничной радости и счастью (ведь его крестница теперь была практически полностью здорова и избавлена от проклятий, а его самого впереди ждала сладкая месть), Гюнтер поймал наивысшую степень вдохновения, то самое состояние, когда истинный мастер творит свой эпический шедевр.
Его разум витал где-то в высших сферах, а чувства взмыли в высь эйфории и на этой волне, Гюнтер подхватив своей волей созданный им только что ответный подарок для Леди Блэк, отправил его в полёт, минуя магическое тело и душу Доры, прямиком по её связи с родовым камнем Блэков, а вместе с этим действием стал читать мантру на древнем диалекте тибетского — «Кармическое Воздаяние».
Клубок распаленных невиданной силой негатива Гюнтера проклятий пролетел сквозь алтарь Блэков не получив в ответ никакого сопротивления, которое в обычной ситуации просто обязано быть, ведь это одна из основных функций этого сложного артефакта, отфильтровывать магию рода от вредоносных элементов. Но конкретно в данном случае, она этого не сделала. Тут и мантра, которую прочёл Гюнтер, имела своё влияние, и сама магия рода желала покарать «сухую ветвь», которая сама не имея больше возможности к продолжению рода, покусилась на святое, на ребёнка. И если у самой родовой магии не было возможности покарать идиотку лично, то не мешать в этом кому бы то ни было, имеющему право, она не стала и даже помогла донести все проклятья в целости до адресата.
А если бы Гюнтер мог бы зреть сквозь пространство, сквозь чары сокрытия и щиты дома на Гриммо-плэйс 12, он бы увидел как сейчас валяясь на полу перед кроватью, с которой только что скатилась Вальбурга, в приступе непереносимой боли, раздирая горлом в душераздирающем крике, испускало последний вздох разлагающееся тело твари, что в своём безумии решила выместить на невинной Нимфадоре свою бессильную злобу.
В числе проклятий, которые оказались для бывшей Леди Блэк фатальными, присутствовали такие, как вызывающее остеопороз, из-за которого у Вальбурги вдруг неожиданно для неё, стали разом ломкими всё её кости, что начали крошиться от груза веса собственной плоти, довлеющей на них. Это и послужило причиной того, что она скатилась со своей кровати, а при падении окончательно и полностью раздробила в мелкое крошево весь свой скелет. Вальбурга должна была уже сдохнуть, ведь с наличием такого количества обильных травм и внутреннего кровоизлияния не живут, но сами проклятья поддерживали жизнь в Леди Блэк. Они ведь были щедро приправлены желанием мести Гюнтера, отчего не собирались допустить скоропостижной смерти своей жертвы, пока она не вкусит всю «прелесть впечатлений» от обладания ими, которыми проклятья готовы щедро поделиться с Вальбургой.
К слову об этом проклятье остеопороза, оно было пожалуй самым «безобидным», ведь помимо него, в чреве и матке Вальбурги зародились и сейчас копошились мириады магических паразиты, которые с превеликим удовольствие пожирали её нутро и были следствием уже другого проклятья. Но это так, «цветочки», а ягодками в той грозди отправленных Гюнтером проклятий оказались те, которые ударили по самому чувствительному, по магическому и астральному телу суки, из-за чего разум и без того сумасшедшей дуры оказался под воздействием нестерпимой агонии, которая смела последние остатки личности Вальбурги и свои последние секунды доживала уже не Лежи Блэк, а обезличенный кусок гниющего мяса от которого в течении нескольких минут не осталось даже пепла.
Карма, она такая, а уж если к её механизму работы и осуществления заслуженного воздаяния приложил руку целый магистр ритуалистики, помогая мирозданию обратить свой пристальный взор к конкретной личности, на которой клейма ставить негде, то шансов остаться безнаказанной у Вальбурги не было никаких.
— Можете быть спокойны. Угроза устранена. Девочке сегодня остается ночевать у меня. Нужно будет провести повторную диагностику её магического тела и прочих оболочек, но уже после того, как её дух успокоится и Дора проснётся. А ещё нужно будет утром избавить её от слабой интоксикации зельем Сна без сновидений, — Гюнтер говорил слегка рвано, при этом даже не собираясь спрашивать какого бы то ни было дозволения по поводу своего требования оставить Нимфадору с ночёвкой у нас. Он тупо ставил перед фактом родителей своей крестнице.