Дурное начало

Глава 15 - "Шаг в неизвестность"

Значительную часть ночи Морргиан провела в бдении. И уставшее сознание встретило забвение только ближе к рассвету, на пару жалких часов, зато без сновидений. Во время бодрствования девушка не давала себе отдыха, перебирая факты из уже изученных книг и подгоняя те друг к другу то так, то эдак.

Сбросив пелену забытья как раз к моменту, когда света уже хватало для чтения, чародейка провела короткую разминку и взяла в руки отложенный том с обложкой из черной кожи. Проведя по поверхности книги ладонью, Морриган крепко зажмурилась, чтобы затем одним движением открыть солидный том и приступить к чтению. В сравнении с предшествующими книгами, здесь мысль автора не блуждала от одного редкого факта к другому, умело прячась за густыми зарослями из пустых слов и, нередко, эвфемизмов. Суть казалась изложенной лаконично, даже скупо, напоминая больше справочник, чем исследовательский труд. Страница за страницей факты накапливались быстрее, чем те удавалось обдумать. Но вот тому, какой путь преодолел автор, чтобы получить подобный результат, уделялась едва ли пара строк. Поэтому качество материала отличалось кардинально, но итог выходил схожим с другими книгами. С одной стороны, пустословие, с другой, голословные заявления. Тем не менее Морргиан вгрызалась в текст, не позволяя себе слабости обдумывать вариант сдачи перед «противником». К середине книги у чародейки возникло тонкое чувство узнавания редких вкраплений с личными мыслями автора. Будто в этих кратких язвительных замечаниях, пренебрежительно отзывающихся или о только что описанном результате, или о способности читателя усвоить описанное, присутствовало нечто знакомое.

Нахмурившись, Морриган остановилась, быстро перелистала двадцать станиц назад, затем ещё, потом снова вперед. Одна морщина между бровями сменилась тремя, и девушка медленно облизнула губы, упорно продолжая чтение. До этого момента текст не предлагал той ничего нового, кроме неприятного осадка, из-за пренебрежительной позиции автора в отношении способностей читателя. В конечном счете большинство фактов относилось к разделам магического искусства, которые чародейка знала с... Морриган замерла, вглядываясь в немного расплывающиеся буквы, плотным слоем покрывающие страницу. Сконцентрировавшись на мимолетном ощущении, девушка вернулась на пару мгновений назад. Та знала подавляющую часть того, что относилось к магии в уже прочтенной части книги. Снова перелистнув с десяток страниц назад, та нашла нужный фрагмент, где вскользь говорилось о некоторых проблемах контроля над областью воздействия заклинания, решаемых в числе прочего через размещение ряда рун в отдельных слоях относительно друг друга. В памяти Морриган немедленно ожили слова Алима и Бетани, а также удивление обоих при первом прикосновении к концепции представления рунической формулы заклинания в объемной форме. Вывод лежал на поверхности — этой книги не должно быть в Круге. Или та мало кому доступна, а одного намека для талантливой интерпретации недостаточно. Вернувшись к обложке, Морриган внимательно осмотрела ту изнутри, но вместо имени автора труда, нашла только миниатюрный оттиск в форме стилизованной головы дракона.

Прикусив губу, девушка вернулась к чтению, приблизительно через час обнаружив себя смотрящей на последнюю страницу. Теперь та уверилась, стиль отдельных фраз едва уловимо напоминал чародейке мать. Не полностью, но в те редкие часы, когда вместо полубезумной старухи на поверхность выходила собранная и запредельно опасная женщина. К концу тома Морриган ощущала себя одновременно глупой и обманутой. Нельзя было отрицать, в книге сотни и сотни строк посвящались емкому описанию некоторых форм взаимодействий созданий Тени с живыми и неживыми объектами. Включая каталогизацию форм одержимости, которых, как оказалось, существовало больше, чем представляла себе чародейка. Манипуляция, подобная управлению куклой без необходимости покидать Тень. Привычная одержимость. Сосуществование, когда порождение Тени не претендует на власть над телом или разумом носителя. Слияние, при котором захватчик и захваченный сплавляются в нечто новое. И замена... Морриган поморщилась из-за легкого укола головой боли. По понятным причинам чародейке особенно не нравилась последняя форма, так как та подразумевала кражу не только тела, но и памяти. И это странным образом резонировало с кошмарами девушки о противостоянии самой себе. Из этого можно было бы извлечь некоторую практическую пользу, будь цели Морриган иными. Но в положении девушки... Вновь открыв книгу, чародейка нашла один раздел в середине, посвященный концепции маны. Помимо ненужного, здесь косвенно подтверждалось то, что чародейка узнала из недавнего общения с демонами. Мана считается присущей только живым и является неотъемлемым качеством, а единственной неживой формой, содержащей ту, признается лириум. Говоря проще, выходцы из Тени жаждут заполучить ману, изначально той не обладая. Эта концепция зародила в голове Морриган прообраз идеи, пока до конца не оформившейся.

Отложив черную книгу, чародейка взялась за оставшиеся тома, твердо нацелившись заполнить пустые лакуны необходимыми частями головоломки. И в этот самый момент уютное уединение вновь оказалось нарушено открывшимся проходом в галерею. Девушка внутренне подобралась, по странной причине решив, что это мог оказаться Валинси. Та сама не знала, опасалась ли новой встречи с мужчиной, или чувствовала себя заинтригованной подобной возможностью. Но в проходе появилась Бетани, а следом в аскетично обставленное помещение проникла Нерия, несущая с собой еду. Обе девушки оказались в типичном для Круга облачении. Но если эльфийка ощущала себя в робе привычно, Бетани демонстрировала признаки неудобства. От взгляда заключенной не ускользнуло, что и черные, и каштановые локоны двух дев заплетены в длинную и короткую косы схожим образом.

Девушки в немом удивлении уставились на пол, где, скрестив ноги, устроилась Морриган. Образ дополняли разложенные с четырех сторон книги. Бетани смущенно улыбнулась и начала разговор:

— Я... Мы думали, ты здесь скучаешь, отрезанная от мира и столь драгоценной свободы. Но... Это было ошибкой?

Морриган пожала плечами, откладывая закрытую книгу в сторону и поправляя пару выбившихся из прически локонов.

— Не могу сказать, что нечем заняться. Но, позволь заметить, факт, что вдвоем пришли, не меньше книг интригует. Как...

Чародейка замолчала на полуслове, замерев с приоткрытым ртом, что немедленно сменился хищной улыбкой.

— Лелиана?

Ставя яства на скамью, и не без легкого налета стеснением в голосе ответила Нерия:

— Вы правы. Лелиана нашла меня. Хотела познакомиться лично. Как та сказала: по ряду причин. Начиная с того, что той было любопытно, кого вы спасли, и заканчивая интересом, подпитанным рассказами Алима. Даже не представляю, что тот наболтал... И не хочу представлять. После легкого и приятного разговора поступило предложение познакомить меня с ученицей «Спасительницы Круга». И... Почему бы и нет? Признаюсь, мне тоже было любопытно.

Бетани с готовностью кивнула, подтверждая слова эльфийки. Морриган же в легком неверии покачала головой, комментируя:

— Лиса... Ловко. Мотивы Лелианы чисты и искренни, думаете? Бетани?

Но первой вновь подала голос Нерия:

— Полагаю... Это далеко не так.

Хозяйка помещения удивленно выгнула бровь, ожидая продолжения. Эльфийка потупилась, но последовавший ответ та произнесла твердо:

— Если следовать шаг за шагом. Вы вступаетесь за меня. Проявив затем осторожный интерес, словно делаете акцент, это не было случайным актом милосердия. Теперь, после разговоров с Бетани, полагаю случайные поступки вообще не в вашем характере...

— Брось. «Вы», «ваше»?.. Не нужно этого. Но извини и продолжай.