Страница 16 из 19
Одни из самых захватывающих моментов моих мотопутешествий – это движение по автомобильным мостам через широкие водные просторы Сибири и Дальнего Востока. Пересекаемая нами одна из крупнейших рек в мире открывает великолепный обзор в обе стороны от моста, позволяя сполна насладиться величественной диорамой волнующейся полноводной реки, заросших густыми хвойными лесами крутых отрогов обрывающихся у самой кромки воды сопок правого берега и затянутых травяным покрывалом, ежегодно затапливаемых необозримых пространств левого берега, где чуть ниже по течению и раскинулся конечный пункт нашего маршрута – город Юности и Славы. Не торопясь, выдерживая приличную дистанцию до идущих впереди автомобилей, впитываю в себя прохладный влажный речной воздух, во все глаза разглядываю окружающий пейзаж, стараясь запомнить самые незначительные детали. Внизу бурлит вода, разбиваясь о железобетонные устои, вспениваясь в бессильной злобе и тугими переплетенными струями продолжая свой путь к низовьям. Мост гудит от ухающих в трещины на стыках деформационных швов колес проезжающих автомобилей, металлические колонны раскосных решеток арочных пролетов с безнадежной для несчастных эпилептиков ритмичностью мелькают по обе стороны, загораживая такие захватывающие виды.
Рэйдер послушен самым незначительным пульсациям пальцев, чутко реагируя на мое настроение. Двигатель работает ровно и четко, спидометр колеблется чуть ниже риски 40 км/час, и мы спускаемся по проложенной на железнодорожной насыпи с левой стороны реки автодороге к одиноко стоящему на развилке дорог посту ДПС. Каким-то образом вычислив по буковкам и циферкам переднего номерного знака, что Бигхорн прописан и проживает совсем в другом городе, толстенькие румяные гиббоны весело запрыгали в его сторону, размахивая полосатыми палочками и совершенно не обращая внимания на двигающийся за ним вплотную очень даже симпатичный одинокий мотоцикл. Отъехав метров на 500 во избежание никому не нужных расспросов, я притормаживаю на пыльной обочине и терпеливо дожидаюсь, пока доблестные представители исполнительной ветви российской власти проверят документы на водителя и автомобиль, и убедятся, что среди огромной кучи мусора в багажнике жыпа нет ядерного фугаса или контейнера с бациллами сибирской язвы. Различив в левом боковом зеркале Рэйдера моргающий вдали поворотник отъезжающего от поста Саниного авто, с облегчением понимаю, что проверка не выявила признаков алкогольного или наркотического опьянения так и едущего в мотошлеме великовозрастного придурка, и мы можем двигать дальше.
Смеркалось. Солнце почти закатилось за горизонт, однако видимость оставалась вполне приличной, даже не требовалось освещать дорожное покрытие светом фар.
Дружной колонной из одного джипа и одного байка мы степенно и размеренно вплываем на оранжево-желтую топливную заправку Роснефти, которая вот уже многие годы украшает собой въезд в славный город-герой Комсомольск. Подкатив к бензоколонке, я с чувством собственного достоинства останавливаюсь напротив свисающих с нее шлангов и грамотно, с соблюдением всех рекомендаций инструкции по эксплуатации, припарковываю Рэйдера, выставляя его на боковую подножку. Выключив зажигание, ключом отпираю горловину бензобака и аккуратно вставляю в нее дуло топливораздаточного пистолета. Курок взводить не будем, это не автомобиль: если пистолет под воздействием реактивной силы от бьющего мощной струей топлива выскочит из горловины, то бензин зальет весь мотоцикл до самых потаенных уголков, и потом его придется долго промывать, оттирать и сушить во избежание возгорания.
Саня тормознул где-то на самом въезде и начал за какой-то надобностью возиться в салоне. Не обращая на него внимания, уверенно направляюсь к окошку кассира, оплачиваю дорогостоящий продукт переработки черного золота и возвращаюсь обратно к мотаку. Саня совсем скрылся в недрах жыпа и за пыльным грязным лобовым стеклом вообще ничего не видно, поэтому я преспокойно заправляюсь, завожу мотоцикл и отгоняю его от колонки. Заглушив мотор, слышу со стороны Бигхорна грязные матерные ругательства, которые почему-то наводят меня на мысль, что еще не все приключения этой поездки закончились. Вот уж воистину!
Водительская дверь жыпа громко распахнулась, и из клубов вывалившегося изнутри непрозрачного тумана возникла совершенно белая гротескная фигура, точно соответствующая картинкам в моем учебнике истории за 5-й класс, изображающим туго запелёнатую и забальзамированную мумию ебибетского фараона. В сгущающейся вокруг места действия тьме кошмарное видение вполне могло вызвать панику и массовые помешательства среди местного населения, если бы так сильно не ругалось на отечественном великом и могучем. Распознав знакомые интонации Саниного голоса, я несколько успокоился и решил подойти поближе и поинтересоваться, что произошло, куда эта древняя мумия подевала моего друга и как его оттуда вытаскивать.
Мумия, не стесняясь в выражениях, поведала мне печальную историю своего преображения из обычного, ничем не примечательного среднестатистического человека в жуткое порождение тьмы и хаоса. Оказывается, небрежно кинутая беспечным ездоком поверх разнообразного хлама канистра с бензином всю дорогу от места крушения Хонды Золотокрылой угрожающе нависала над здоровенным оранжевым порошковым огнетушителем, конструкция которого была рассчитана заводом-изготовителем на очень внушительные и серьезные нагрузки. Однако, за исключением одного НО! Корпус – да, мог выдержать давление в пару десятков атмосфер от распирающих его изнутри огнетушащих газов. А вот предохранительная чека, заботливо вставленная опытной рукой заводского мастера в специально для этого предназначенные пазы, по замыслу разработчиков была предназначена для вытаскивания хрупкой женской ручкой, кабы в том возникла бы практическая необходимость. Где-то на бескрайних просторах автомобильной трассы от места последней остановки машину хорошо так тряхнуло на дорожной колдоёбине, из-за чего зацепившаяся за что-то чека вышла из своих пазов. Ну а при въезде на заправку злополучная канистра свалилась с расположенного под ней домкрата и всей своей тушей грохнулась на курок огнетушителя, вызвав бурную химическую реакцию и мгновенный выброс пламегасящего газового облака полезной (естественно, исключительно при тушении пожаров, а в другое время балластной и занимающей много места) массой 5,0 кг внутрь герметично закупоренного салона автомобиля.
Толстым белым слоем порошка было покрыто абсолютно всё. Абсолютно. Всё. Совсем всё. Потолок. Обивка стен. Пол. Все стекла изнутри, отчего мне снаружи ничего и не было видно. Чехлы сидений и сами сиденья. Приборная панель с каждой маленькой щелочкой на ней, теперь не различимой под белым покрывалом. Руль. Педали и органы управления. Весь лежащий в багажнике хлам. Водитель с ног до своей глупой головы, из которой темными пятнами выделялись только распахнутые глаза и матерящийся рот. Вообще всё.
Тем временем полностью стемнело. Живописную картину ярко освещали густо установленные по всей территории заправки светодиодные прожекторы, отчего она приобретала еще более сюрреалистичный вид.
Если кто этого не знает, то могу Вас уверить, что отмыть вещество из порошкового огнетушителя крайне сложно. Практически невозможно без проведения полноценной химчистки. На то, чтобы привести моего друга и его транспортное средство в более-менее приличный вид, ушло около часа. Сначала мы стащили с него верхнюю одежду и как смогли оттряхнули ее. Купив на заправке полуторку с минералкой, отмыли ему лицо, руки и волосы. Пригоршнями собирая белый порошок, слегка очистили приборную панель и все стекла. Ну а убирать порошок с сидений и хлама в багажнике я милостиво предоставил моему другу самостоятельно после возвращения в родной город.