Страница 5 из 20
Бэрг с небольшой грустью посмотрел на Эрика:
– Мне трудно судить о своих создателях, – начал он, – это длинная история. Всего не расскажешь, всего не оценишь. Но главной задачей была битва с ложью. Она настолько очернила все, въевшееся в жизнь, что просто так преодолеть ее не представлялось ни малейшей возможности. Тут надо было действовать хитро.
– А хитрость – это своего рода не ложь? – спросил Эрик.
– Хитрость – это талант, – продолжил Бэрг, – «сметлив и хитер, десятерым нос утер», говорит народная поговорка. Ложь, лоб в лоб, никак не взять. Такова ее природа. А хитрость в данном случае – оружие против лжи. Своеобразная гомеопатия. Ложь уничтожается хитростью. Я не говорю, что хитер, просто построен на основе многоуровневой логики как внешней, так и внутренней. В цепь моей ДНК внедрено единое информационное ядро, основой которого и является вся эта логика. А все это основано на теории ограничений, так же первого и второго порядков. А также естественных и искусственных ограничениях. Кто бы мог подумать, что через все это будет возможность консолидации с пространством. И это пространство станет эфиром, из которого можно будет черпать энергию. Но и это все ерунда по сравнению с перемещениями в пространстве, имеется в виду во времени. Испытываешь весьма и весьма странные ощущения передвигаясь в прошлое, или заглядывая в будущее. Правда, со временем я к этому привык. Впоследствии видел даже себя со стороны, именно малышом. А детки, как известно, растут медленно, и очень быстро. «Какую огромную жизнь я прожил, и как быстро она закончилась», говорит старик-бродяга, находясь на смертном одре. «Вся наша жизнь – ошибка и позор» – говорит Мартин Иден в своей повести «Позор Солнца». И это неважно, что через своего героя глаголет писатель Джек Лондон. Идея одна – что такое жизнь человека? Земной прах и тлен впереди. Смерть – от слова «смердящий». Плохо пахнущий? Нет! Именно смердящий! Смердящий труп предстает вашим глазам! Тело, которое при жизни кичилось собой с возгласом: «Живи! Гуляй! Пока молод! Принимай аплодисменты-ладушки! Добивайся уважения! И плевать, что в дни рождения тебе врут в глаза, желая долгих лет жизни!» Все заканчивается гробом, и это в лучшем случае. В худшем – колумбарием для сожженного праха. Человека, которого родила мать, питала своим молоком, нежно прижимая к груди и даря ему свою ласку и любовь…
Бэрг замолчал. Вздохнув, он глотнул пива и продолжил:
– Все люди одинаковы, если не брать в счет их телосложение. Я имею в виду типы людей. Пикнитического телосложения, атлетического, астенического. Наконец, есть диспластики. Все живут на планете Земля. Питаются фактически одинаково. Я не имею в виду вегетарианство. Это на любителя. А так, в общем, кормовая база одна и та же. Плоть тоже одинакова. Ничего нового не обнаружено. Однако, если два индивидуума будут поглощать одинаковые кулинарные блюда, то это совершенно не значит, что у них при этом будут одинаковые мысли. Единственное, что их будет объединять – так это одинаковая пища. Да и то, на данный конкретный промежуток времени. Я специально говорю не о коротком промежутке времени. В конце-концов, пускай наслаждаются пищей. Так вот тут и стоит конкретная задача личности. Вроде все одинаковые, а вот личности разные. Как бы то ни было, а каждый по-своему воспринимает окружающий его мир. Каждый по-своему решает те или иные задачи. Значит каждый выполняет свою роль в эволюции Вселенной. А если не так, то зачем такое разнообразие вкусов при одинаковых телах?
– Бэрг, Вы не правы, – Эрик вежливо остановил рассуждения Бэрга, – мне кажется, Вы забыли о генетическом коде индивидуума. Ведь Вы сами сказали, что тела у всех одинаковы. Но лица-то у всех разные. Не так ли?
– Да, – молвил Бэрг, с мягкой иронией в голосе, – вы правы, дорогой друг. Может, у меня и впрямь склероз начинается? И египетские пирамиды при таком раскладе вряд ли помогут. Как раз генетическая структура любого организма и подчеркивает его индивидуальность. И именно тела, вне зависимости от его жизненных потребностей. В частности, если речь идет о еде. Десяток индивидуумов, сидя в ресторане и одновременно поедая жареную курицу, в то же время генетически являются абсолютно разными. Заметьте, они разные, а поедают одно и тоже! А почему? Да потому, что все они являются людьми. А вот вкус они могут почувствовать один и тот же. А вот нравится или нет – тут уже вопрос.
– Как говорится, что на вкус и цвет товарища нет! – констатировал Эрик.
– Очень даже верно, Эрик, – вздохнул Бэрг, – очень даже. Зачем люди создали нас? Иммуников. Если скажу, что знаю, то ошибусь, скажу, что не знаю, тоже вранье будет. Люди – это хитрые, порою совершенно безответственные существа. Но, слава Вселенной, не все. Они-то и создали нас. А вот зачем? Человечество всегда стремилось управлять Вселенной. Но ему это оказалось не под силу. А вот управлять себе подобными, в принципе, вполне возможный вариант. Здесь не имеются в виду политические лидеры, вовсе нет. Ибо вертикаль власти совсем неплохая штука. Речь идет о другом. Индивидуум всегда хотел обладать личностью другого. Обладать себе подобным организмом. Управлять его мозгом, мыслями. Фактически подчинить его себе, своей воле. И вот тут вперед выступила энергия Каута. Она известна с древнейших времен. А тогда, далеко не сейчас! В те времена телепатия или левитация, ха! Да за нечего делать! А теперь можешь себе представить обыкновенного гражданина, вот с этаким букетиком способностей! Я не оговорился, именно способностей, а не способов как алгоритмов. Создавая нас, Система стала защищаться от незаконного вторжения в Ее пределы. Нас наделили как раз способами, то есть алгоритмами, дабы противостоять насилию со стороны безответственных мозгов. По сути нас создала сама Система. Но где наша сила – там и слабость. Откровения Вселенной приходят исключительно людям, но не иммунологическим андроидам. Перемещаться в пространстве или во времени, для нас не составляет труда, а вот находиться в настоящем времени, ну, скажем так, мягко говоря, жестковато. Бумаги Остерна были нам очень нужны. Меня избрали посланником в мир существующий. И вовремя, ибо эти бумаги чуть не попали в другие руки, имеется в виду – лапы! К счастью, все обошлось. Многие принимают то светящиеся точки, то «летающие тарелки» за инопланетян. Какая наивность! Все это проявление Системы и темных сил. А Система – есть Система. Короче, мы, иммунологические андроиды, прямое противопоставление силам тьмы, но только на нашем уровне. Имеется в виду, логический уровень. То есть многоуровневой логики системы ограничений.
А тем временем, несчастной Нэе, лежа в постели с температурой тридцать восемь и пять, хочешь того или нет, приходилось выслушивать речи родной матери. А мама – то не бабушка. Хотя отоспавшаяся в своей комнате, она тоже приковыляла на помощь маме, которая вовсю уговаривала дочь принять хоть какие-то лекарства. «Нет, не от температур люди дохнут, в лучшем случае просто сходят с ума», думала про себя Нэя, выслушивая мамины и бабушкины речи. А те только руками разводили, глядя на упрямство дочери.
– Нэя, ты понимаешь, что температура у тебя очень высокая?! – говорила мама, сидя на стуле перед постелью, на которой мучилась от всех этих речей дочь. – Да ты понимаешь, в конце-то концов, чем это может закончиться? Или не понимаешь? Нет! Не понимаешь! Ты сейчас свой организм изнуришь.
– А если у нее пневмония? – прокашляла бабушка.
– Так, а я про что и говорю! – мать с укоризной смотрела на дочь. – Да ты понимаешь в конце-то концов, что нужно лечиться?
– Мама, да успокойся ты в конце концов, – вздохнула Нэя, – в конце концов я знаю, что делаю.
– Знаешь? – ругалась мать, – Знай край, да не падай! Все бы вот так, а однако же врачей вызывают. И лекарства пьют!
– И антибиотики колят, – произнесла Нэя, глядя на мать.
– И антибиотики тоже, они тоже помогают! – констатировала мать. – Вон, скольким людям они жизни спасли! Антибиотики нужны! А воспаление легких только ими и лечат. А вот если запустить болезнь, вовремя не обратиться к врачу, то только хужей будет! Пневмококки появятся, а их только лекарствами лечат. А то глядишь еще, и черви в легких заведутся. А регрессы заболеваний, ты такое знаешь? И вообще хватит! Слышишь, хватит! Вон, бабушка тоже вся извелась, глядя на тебя. Хоть бы ее пожалела.