Страница 41 из 54
Делалось это неспроста. Во-первых, это наглядно и доходчиво обучало тому, что раненый сковывает маневр спецгруппы. Следовательно, планируя операцию в тылу противника, надо всегда иметь в виду, что непродуманные действия могут погубить всю спецгруппу. Во-вторых, учиться надо без послаблений. В реальной обстановке будет еще труднее. К преодолению трудностей надо быть готовыми».
На состоявшихся в 1978 году Всесоюзных показательных учениях группа офицеров КУОС в составе 14 человек блестяще осуществила десантирование, скрытно прошла весь маршрут и захватила «секретоносителя». Состоявшийся разбор учений показал, что некоторые элементы специальных мероприятий слушатели выполнили со значительным превышением аналогичных американских стандартов, разработанных для «зеленых беретов»[112].
В конце 70-х — начале 80-х годов именно из состава «куосовцев» были сформированы внеструктурные спецотряды «Зенит» и «Каскад», а впоследствии — Группа специального назначения КГБ СССР «Вымпел».
Афганские события 1979–1989 годов яркой страницей вошли в историю спецгрупп «А» и «Вымпел». О политической подоплеке событий известно достаточно много, поэтому повторяться не имеет смысла. Стоит только напомнить, что подготовка к возможному силовому воздействию на ситуацию в Афганистане начала проводиться КГБ СССР за несколько месяцев до момента захвата власти в стране И. Амином.
Итак, в июле 1979 года в Кабул прибыл объединенный спецотряд «Зенит». В том же месяце из Ферганы в Баграм, согласно официальному соглашению между Москвой и Кабулом, был переброшен батальон из состава 345-го отдельного парашютно-десантного полка. По легенде парашютисты занимались реконструкцией и охраной афганской авиабазы. Таким образом, по мнению участника боевых действий в Демократической республике Афганистан (ДРА) полковника в отставке Алексея Кукушкина, еще летом 1979 года Баграм превратился в своеобразный опорный пункт.
Между тем, основной задачей отряда «Зенит» была рекогносцировка Кабула.
Свидетельствует участник событий.
А. Мазурец, отряд «Зенит»:
«Так уж случилось, что, невзирая на то, что в Афганистане длительное время работали различные категории наших специалистов, карты Кабула не было. В связи с этим группе бойцов “Зенита” было поручено осуществить визуальную разведку ряда стратегических объектов и нанести их на созданную карту-схему. На первый взгляд это делается очень просто. Но представьте нас, европейцев, не знавших ни слова надари, не знакомых с обычаями и традициями страны пребывания, без документов, вооруженных ПМ, разгуливающих по городу в районе интересующих нас объектов. Правда, всех научили произносить единственную спасительную фразу “Сафарате шурави”, что значит — советское посольство. И вот с такими документами прикрытия, в кратчайшие сроки, совершенно не ведая, для каких целей, нами была произведена визуальная разведка заданных объектов, которые были нанесены на карту Кабула. По оценкам участников событий декабря 1979 г., “зенитовская” карта оказалась незаменимым проводником в тесных улочках Кабула»[113].
В конце сентября в Афганистан под видом гражданских специалистов вылетела группа старших офицеров воздушно-десантных войск, возглавляемая заместителем командующего ВДВ генерал-лейтенантом Н. И. Гуськовым. Цель командировки — рекогносцировка военных объектов Кабула и ознакомление с маршрутами передвижения войск в городской черте. Как и группа «Зенит», десантники поставленную задачу выполнили.
В первых числах декабря по просьбе Амина об усилении его охраны советскими военнослужащими в Кабул прибыл «мусульманский батальон» — отряд особого назначения ГРУ, сформированный летом 1979 году в 15-й отдельной бригаде специального назначения Туркестанского военного округа. В составе батальона было 520 человек. На вооружении имелась боевая техника: 50 БМП, БТР и несколько зенитно-самоходных установок — ЗСУ-23-4 «Шилка». Служили в отряде, включая офицеров, исключительно коренные жители Средней Азии, поскольку до свержения и убийства Амином афганского лидера Тараки предполагалось, что они, одетые в форму афганской армии, будут охранять последнего. Командовал отрядом майор X. Т. Халабаев, опытныц офицер, узбек по национальности.
Одновременно с «мусульманским батальном» в столицу Афганистана была вновь направлена спец-группа «Зенит», укомплектованная офицерами — «куосовцами» и спецгруппа «Гром», которая полностью состояла из бойцов антитеррористического подразделения «А» 7-го управления КГБ СССР. Командовал обеими группами Григорий Бояринов.
Свидетельствует участник событий.
Алексей Кукушкин, полковник ВДВ в отставке:
«План операции по устранению от власти Амина начал вынашиваться в начале декабря и менялся в зависимости от наличия сил и средств для его выполнения. Первые варианты предусматривали решение его силами одного-двух батальонов десантников 345 отдельного парашютно-десантного полка (опдп) и батальона специального назначения X. Т. Халабаева, который уже к этому времени охранял резиденцию Амина. Однако варианты не были приняты из-за малочисленности сил. Например, десантная рота неполного состава, усиленная несколькими расчетами ПТУР, должна была блокировать две танковые бригады. Вполне понятно, в таком деле следовало действовать наверняка, так как последствия провала операции грозили такими неприятностями, которые трудно было представить»[114].
В середине декабря в Баграм из Ферганы был переброшен 345-й отдельный парашютно-десантный полк. Решался вопрос о направлении в ДРА 103-й воздушно-десантной дивизии. Вскоре «добро» на ее переброску было получено. Прибытие частей в Кабул началось утром 25 декабря. При высадке случилось несчастье: один из военнотранспортных самолетов с подразделением 350-го пдп и техникой на борту потерпел катастрофу, погиб экипаж и 37 десантников.
Свидетельствует участник событий.
Яков Семенов, группа «Зенит»:
«27 декабря на совещании у Ю. И. Дроздова наконец получили приказ на боевые действия. Моей подгруппе и подгруппе “Гром”, которой руководил Михаил Романов, предстояло с двух направлений атаковать дворец и за 45 минут захватить его целиком. Уже непосредственно перед началом штурма Юрий Иванович Дроздов внес некоторые изменения в наш боевой порядок, направления атаки и, главное, во время начала боевых действий»[115].
Свидетельствует участник событий.
Алексей Кукушкин, полковник ВДВ в отставке:
«Операция началась в 19 ч 30 мин по сигналу “Шторм-333”, переданному по радио и обозначенного взрывом большой силы на центральном телеграфе, который разрушил все кабельные линии, в том числе и международные, оставив Кабул без телефонно-телеграфной связи.
Основными очагами боевых действий стали: дворец Амина, комплекс зданий генерального штаба, здания радио и телевидения Кабула, в центре города — штаб армейского корпуса, тюрьма в Пули Чархи, а в Баграме — зенцтный и авиационный гарнизоны. Были сомнения относительно возможности блокирования афганского десантного полка в крепости Бала-Хисар и частей двух пехотных дивизий на окраине Кабула»[116].
Операцией по захвату дворца Амина руководил полковник КГБ Григорий Бояринов. Ему подчинялись: две спецгруппы «Зенит» и «Гром» в количестве 52 человек. И, кроме того, Бояринову были приданы 9-я рота десантников капитана В. А. Во-сторина со взводом ПТУР 345-го опдп и «мусульманский батальон» майора X. Т. Халабаева.
Противостояло советским подразделениям 4 батальона дворцовой охраны и личная гвардия Амина, порядка 1,5 тыс. отъявленных головорезов.
Свидетельствует участник событий.
Яков Семенов, группа «Зенит»:
«В 18.45 за полчаса до сигнала о штурме для всех подгрупп, работавших по другим объектам, наша колонна из трех БТР двинулась к дворцу. Четвертый БТР отстал по непонятным причинам.
112
Там же.
113
Там же. С.39.
114
Кукушкин А. В. Как был взят Кабул // Военноисторический журнал. 1995. № 6. С.57.
115
Вымпел... С.41.
116
Кукушкин А. В. Указ. соч. // Военно-исторический журнал. 1995. № 6.