Страница 45 из 46
Так он узнал, что светлый маг отправился в сторону Макотеррского королевства. На вопрос, что там понадобилось Дубогриву, слуга лишь пожал плечами. Вентри отпустил его и стал собираться в дорогу. Он решил во что бы то ни стало отыскать волшебника и выполнить приказ своего тёмного властелина. Это было странно, думать так о том чёрном маге. Но стоило вспомнить его, как гном почему-то воспринимал его только в качестве своего повелителя. Хотя прежде подобного с ним не случалось. Он считал себя абсолютно независимым, и никто не посмел бы сказать, что Вентри чей-то вассал.
Но, подумав об Онокриме, гном не испытал угрызений совести. Ему было невдомёк, что темный маг наложил на него заклятье, чтобы Вентри всегда был ему послушен. А чтобы контролировать поведение нового тайного вассала, когда восстанавливал рукоять его боевого топора, вложил внутрь особый кристалл, позволяющий влиять на сознание гнома. Так что теперь он был постоянно под действием этой магической вещи, сам того не зная.
Вентри вышел в поход рано утром, и уже к вечеру следующего дня произошла его неожиданная встреча с самим Кольриджем Дубогривом. Волшебник ехал на лошади в сопровождении двух рыцарей и небольшого отряда вооруженных людей. Гном, увидев своего главного врага, остановился от неожиданности, вытащил боевой топор, взял его обеими руками и крикнул:
— Ну здравствуй, Дубогрив! Это я, гном Вентри! Тот самый гном, которого ты жестоко предал, отказавшись помогать!
Процессия остановилась в паре десятков шагов.
— Вентри, здравствуй! — крикнул Роберт с улыбкой. — Ты не узнал меня? Я твой друг, граф фон Эревард! Со мной мои воины, а ещё позволь представить тебе — барон Леонард фон Стюарт и его люди.
— Тебя я узнал, Роберт, — хмуро ответил гном. — До остальных мне дела нет. А вот ты, волшебник, сейчас умрёшь. Я не намерен тебе прощать обиду!
— Вентри! — воскликнул вдруг Дубогрив громовым голосом, так что птицы и звери вокруг с шумом и криками разбежались куда подальше. — Мы едем к тебе с благой вестью!
— Какой это ещё? — сильнее нахмурился гном, из-за чего его блестящие от злости глаза стали едва видны из-под козырьков бровей.
— Мы узнали, где находится гномье королевство, наследником которого ты являешься!
Вентри поднял брови в удивлении. Но тут же нахмурился и сильнее сжал топорище.
— Ты лжёшь, паршивый маг! Ты специально это выдумал, чтобы ослабить моё желание поквитаться с тобой. Зря стараешься! Я никогда не прощу тебе нанесенной обиды! И будь ты умнее, то постарался бы прямо сейчас сбежать отсюда подальше. Ну, а если не хочешь, принимай бой! — и гном твердо зашагал к волшебникам и окружавшим его рыцарям.
Роберт и Леонард посмотрели на Дубогрива.
— Сделаешь что-нибудь? — спросил граф.
Волшебник прошептал заклинание, навершие его посоха засветилось. Он добавил несколько магических слов и направил посох на гнома. От навершия отделился светящийся шар и резко полетел в сторону наступающего Вентри. Но когда до столкновения оставалось полшага, гном упёрся ногами в землю и взмахнул топором. Шар разлетелся на яркие осколки, которые сразу же испарились.
— Ха! — воскликнул он. — Это всё, на что ты способен, Дубогрив? — воскликнул Вентри и пошёл дальше.
— Что, больше ничего? — пораженный, спросил Роберт.
— На нём могущественное заклятие, нам его не одолеть, — вдруг прошептал побледневший Дубогрив. — Отступаем!
Он первым развернул лошадь, рыцари сделали то же самое. Но проехать далеко не удалось: над головами затрещали ветки, и вниз из кроны деревьев опустился дракончик Гюнтер.
— Куда собрались, храбрецы? — насмешливо спросил он. Все трое изумлённо уставились на него. — Что, гнома испугались?
Первым пришёл в себя Дубогрив.
— Не суйся туда, на нём заклятие! Он под чарами тёмного властелина по имени Онокрим!
— Дайте попробовать хотя бы, а то, неровен час, догонит и всех порешит, — ответил он и полетел в сторону Вентри. Так, словно бы новость о чёрных чарах на него вообще не произвела впечатления. Да, в общем, так и было. Гюнтеру прежде не доводилось испытывать на себе их действие.
Волшебник и рыцари отъехали ещё на тридцать шагов и снова развернулись.
— Приветствую, гном! — крикнул Гюнтер, зависнув над дорогой на пути Вентри. — Говорят, ты с тёмным властелином теперь дружбу водишь?
— А, и ты здесь, драконишко, — невежливо ответил гном. — Тоже решил защитить своего друга Дубогрива? Интересно, зачем? Он ведь не смог тебя сделать большим и сильным, как ты того хотел. Или я не прав?
— Прав, конечно. Я хотел. И до сих пор мечтаю. Но не такой ценой.
— Ты о чём?
— Ну, как же! Ведь ты — сильный, независимый, единственный в своём роде, пока другие не нашлись, конечно. А ещё говорят, наследник гномьего короля. И вот теперь, получается, продался какому-то тёмному магу? Стал его верным псом?
Вентри скрипнул зубами.
— Не тебе об этом судить, недомерок!
— Вот как раз мне и судить, — гордо выкрикнул дракончик. — Во всём этом мире только два существа, не принадлежащих к роду людскому: ты да я. Так что имею право. И вот что скажу: противно смотреть, как ты пресмыкаешься!
— Он мне жизнь спас! — выкрикнул с обидой Вентри, чувствуя, как ярость закипела внутри.
— Да лучше смерть, чем быть комнатной собачкой!
— На себя посмотри! — выкрикнул гном и, перестав сдерживать себя, коротко размахнулся и швырнул в дракончика топор.
Огромный, он полетел прямо в голову Гюнтера. Все, кто наблюдал за этим, ощутили: всё. Сейчас дракончику смерть придёт. Разрубит его напополам острый, как бритва, топор. Ведь Гюнтер даже не попытался улететь в сторону! Вместо этого он набрал воздуха побольше и что было сил выдохнул в сторону топора. Тот мгновенно превратился в огненный шар, продолжавший свой полёт.
Но когда до дракончика осталось буквально руку протянуть, топор неожиданно изменил траекторию и упал на землю, охваченный пламенем. Оно сразу стало гаснуть, и всё, что осталось от оружия, — это раскалённое докрасна лезвие и какой-то небольшой черный камень, лежащий рядом.
Вентри смотрел на случившееся широко распахнутыми глазами. Второй раз за всю жизнь он видел, как его боевой топор превратился в ничто. Только на этот раз подобное сотворил с ним не могущественный волшебник, а дракон-недомерок. Гюнтер, убедившись, что всё получилось (он не надеялся даже) тайком перевёл дыхание. Самому показалось, что ещё чуть-чуть, и всё, раздвоится он не по доброй воле.
— Может быть, теперь поговорим по-хорошему? — спросил Гюнтер гнома.
Вентри всё ещё стоял изумлённый, но теперь вдруг почувствовал, как его сознание просветляется. Словно чёрная повязка стала понемногу опускаться с глаз. Он уже не ощущал внутри себя бешеной ярости, которая вела его прежде в путь.
— Давай попробуем, — неожиданно для самого себя ответил гном.
Гюнтер сделал остальным, кто наблюдал за происходящим, знак крылом, чтобы оставались на своих местах, и приблизился к Вентри. Завис над ним, но так, чтобы гном не сумел до него допрыгнуть, и заговорил.
— Вентри, дружище, я тебя давно знаю. И хотя мы никогда прежде не общались, ты обо мне наслышан, верно? Так вот. Я некоторое время назад был в нашей столице. Узнавал последние новости. Этот Онокрим, как мне рассказали, редкий подлец и мерзавец. Если ты думаешь, что он жизнь тебе спас, то это лишь потому, что сам тебя столкнул в болото.
— Как это? — недоверчиво спросил гном. — Кто тебе сказал?
— Я никому прежде не говорил этого, ты будешь первым. Готов сохранить мою тайну?
Вентри кивнул.
— Я понимаю язык птиц. Не знаю, как это получается. Но могу с ними общаться. Так вот, одна сойка напела мне, что видела случившееся на том болоте. Волшебник спихнул тебя в трясину, чтобы завладеть твоим разумом и твоими руками устранить Дубогрива — единственного, кто может ему противостоять.
— Почему он выбрал меня?
— Потому что ты гном, и никто из людей не способен с тобой справиться. А чтобы ты послушен был, вон, смотри. Видишь тот черный кристалл? Он был в рукояти твоего топора. Той самой, которую Онокрим сотворил специально. Эта вещь воздействовала на твой разум, превращая в послушного исполнителя чужой воли. Теперь понимаешь?