Страница 44 из 46
— Зачем же нам в этом случае убивать несчастного гнома? — спросил Роберт. — Возьмем его в плен, пусть сидит в темнице до конца войны.
— Понимаю твоё дружеское к нему расположение, — ответил Дубогрив. — Но ты не знаешь того, чего знаю я. Вентри, овеянный магический чарами, с каждым днём становится очень силён. Он один уже способен справиться с небольшим войском, только пока этого ещё не знает.
— Может быть, — спросил Леонард. — Есть какая-то возможность его расколдовать?
— Может быть такая возможность есть, — недовольно пробурчал волшебник. — Но пока мы будем разбираться, Вентри приобретёт слишком большую силу. Настолько, что даже мне потом придётся очень трудно с ним.
— Что же мы вдвоём можем с ним сделать, — спросил Роберт, — если он даже сейчас уже достаточно силён, как ты говоришь?
— Нам нужно заманить его в магическую ловушку, — ответил Дубогрив.
— В какую такую ловушку? — спросил Леонард. Он был недоволен тем, что ему, благородному рыцарю, приходится заниматься какими-то подлыми вещами. — Может быть, нам стоит просто вызвать его на поединок и всё решить в честном бою? — спросил он.
— Тебе когда-нибудь доводилось сражаться с боевым гномом? — поинтересовался волшебник.
— Нет, — ответил барон.
— Так я и подумал. В противном случае ты бы понимал, что у тебя почти нет шансов против него.
— С какой это радости? — ухмыльнулся Леонард. — Я повидал много сильных врагов. И большинство из них пали от моей руки! — сказал он самодовольно.
— Ты Вентри никогда не видел, — с полуулыбкой, чтобы не обидеть ненароком графа, заметил Роберт.
— Что в нем такого особенного? Он огромен, как скала и силён, как бык?
— Насчёт первого не сказал бы, — столь же иронично добавил граф. — Насчёт второго, пожалуй, ты прав. Однажды он в одиночку поменял старое мельничное колесо на новое.
— А что в этом такого особенного? — спросил Леонард. — Насколько я понимаю, с этим справится любой мастер.
— Ты, наверное, имел в виду, не сам мастер, а вместе со своими подмастерьями? — спросил барон.
— Ну да, именно это я имел в виду, — недовольно ответил Леонард.
— Так вот, хочу внести важное уточнение, — заметил Роберт. — Дело в том что Вентри силён настолько, что способен мельничное колесо принести из мастерской до мельницы в одиночку, а затем точно так же водрузить на нужное место. А теперь можешь представить, сколько человек понадобилось бы, чтобы всё это сделать.
Леонард задумался поневоле. Да, кажется, его соперник (а другого статуса Роберту он пока давать и не собирался) действительно прав, и этот гном не лыком шит. Просто так его не одолеть. Конечно, фон Стюарт повидал за годы боёв и походов много могучих воинов. Некоторые могли поднять лошадь, другие убить быка одним ударом кулака в лоб. Но поднять мельничное колесо и перенести… Что-то невероятное. Будь Роберт один, Леонард ему бы не поверил. Только рядом был волшебник, а его во лжи никто никогда не подозревал.
— Так вот, — подождав, когда рыцари перестанут спорить, сказал Дубогрив. — Мы заманим гнома в ловушку. Но для этого нам понадобится… Хм… Скажи, Роберт, есть у Вентри слабость? Ну, что он любит больше всего на свете?
Граф задумался. Стал перечислять. Деньги? Но Вентри считал себя наследником гномьего короля, пусть и пропавшего вместе со своим государством, потому не видел смысла в стяжательстве. Женщины? Но обычные его не интересовали, а гномьих не наблюдалось. Вино? Пожалуй, только Вентри мог пить, а мог и забросить это занятие на пару лет. Вспомнил!
— Есть одна вещь, которую гном просто обожает, — сказал рыцарь. — Свой боевой топор.
— Тоже мне новость, — буркнул волшебник. — Я думал, ты что поинтереснее скажешь.
— Вот зря ты так, — заметил Роберт. — Для Вентри его топор — непростая вещь, а средоточие его силы, символ королевской власти. Если его отнять, тогда… Не знаю, что будет.
— А вот теперь понятно, на чём мы его подловим, — вдруг сказал Дубогрив.
Рыцари, ехавшие по обе стороны от волшебника, разом повернули к нему головы.
— Мы скажем ему, что нашлось гномье королевство!
Повисла пауза, после которой оба рыцаря одновременно громко расхохотались, распугав мелких птиц в окружающем дорогу лесу.
— Не понимаю, что такого смешного я сказал? — спросил волшебник недовольным голосом.
— Ну как же! — ответил Роберт. — А разве это действительно не смешно? Мы приезжаем к Вентри, говорим ему о том, что обнаружилось гномье королевство. Он естественно требует с нас доказательств, которых у нас нет.
— В самом деле, звучит совершенно глупо, согласился с соперником Леонард.
— Ну, глупо, не глупо, а другой идеи у нас всё равно нет, — подвёл итог волшебник.
Он нахмурил кустистые брови и глубоко задумался. Потом вдруг тряхнул густой бородой, и из неё во все стороны брызнули зелёные дубовые листья.
— Придумал! — воскликнул с улыбкой Дубогрив.
Рыцари снова повернули к нему головы, ожидая интересного рассказа.
— Что вы на меня так уставились? — недовольно пробурчал маг. — Сами ничего придумать не можете, всё лишь бы Дубогрив им помогал. А вот не буду ничего говорить! — он даже бросил поводья и скрестил руки на груди, сделав обиженное лицо. При этом лошадь под ним продолжала идти сама по себе, даже скорости не снизила.
— Просим прощения за нашу невоспитанность, — примирительно сказал Леонард.
— Ладно! Так и быть, — тут же согласился Дубогрив. — Идея проста, как мир. Чтобы убедить Вентри, я вот тебя, — волшебник ткнул барону в грудь пальцем, — превращу в гнома.
Фон Стюарт взметнул ко лбу брови и расширил глаза.
— Меня? В гнома?!
— Ну-ну, спокойно, — поспешил утихомирить его волшебник. — Это всего лишь на несколько часов, а потом станешь собой.
— Уверены, что не на дольше? — недоверчиво спросил Леонард.
— Да, — кивнул Дубогрив, и борода ответила ещё парой листочков.
— Ну хорошо, — нахмурился Леонард. — И что дальше?
Волшебник понизил голос. Если до этого оруженосец Итан, ехавший чуть поодаль, всё слышал, то теперь перестал и разочарованно придержал коня, чтобы ехать дальше.
Глава 42
Дубогрив знал, о чем говорил. Не было другой такой вещи в целом мире, которую бы он не желал столь страстно, как снова оказаться среди своих. Но не людей, живущих в замке Орлиное гнездо, хотя тут к нему все относились с большим почтением, буквально как к брату графа Роберта фон Эреварда. Да и сам владелец поместья постоянно подчеркивал, что уникальный гром для него не просто гость, случайно оказавшийся в его владениях. За годы, проведенные рядом, они стали больше, чем просто друзьями.
Гном Вентри страстно мечтал когда-нибудь оказаться среди таких же гномов, как и он сам. К тому же не давала покоя уверенность, что он — наследник престола. Только вот как его найти? Он за годы жизни прочитал и услышал много людских легенд и знал: входы в гномьи владения никому не открыть без особых заклинаний. Но Кольридж Дубогрив помочь с этим не мог, а другого мага, который бы ещё жил на белом свете, Вентри не встречал.
До недавнего времени. До встречи с тем призраком, который назвался Онокримом, Макидарским королём и тёмным магом. А уж после гном ничего не думал, он только хотел исполнить данное спасителю обещание — убить Дубогрива. Но, просидев около входа в его пещеру трое суток, почти не смыкая глаз, гном был вынужден вернуться в Орлиное гнездо, поскольку исхудал от голода, к тому же купание в холодном болоте дало о себе знать — Вентри чувствовал сильное недомогание.
Оказавшись дома, он первый день только и делал, что постоянно жевал что-нибудь, стараясь утолить чувство голода. Затем, ближе к ночи, скинул с себя одежду и пошёл в баню, где провел несколько часов, отогреваясь. После этого вернулся домой и провалился в глубокий сон, в котором провёл ещё двое суток. Лишь тогда его организм, наконец, почти полностью восстановился. Переодетый в чистое, Вентри призвал слугу и спросил, не слышно ли чего-нибудь о волшебнике Дубогриве.