Страница 72 из 99
Принцесса — ярая собственница, мне это даже льстит. Но её высказывание натолкнуло меня на одну шикарную идею. В марте 2014 молодая и креативная компания из Японии Suntory прорекламила своё виски с микро-ледяными скульптурами. Женская туфелька, акула, гитара, русалка, космонавт, храм Кинкаку-дзи — тая в бокале с виски, миниатюрные скульптуры смотрелись сногсшибательно.
А у нас Новый Год на носу.
— Давай уже своё желание, — милостиво согласился я, — но ты за него поработаешь. И это не моё желание. Его я озвучу, когда буду уезжать из столицы.
Она скорчила моську собаки-подозреваки, но я мужественно встретил её образ покерфейсом Сакамото. Тот вообще непрошибаемый был, японская каллиграфия воспитывает идеальных школьников.
— Син уже в Жутколесье побывала, — жалобно протянула принцесса, — трольда приколола! А я всю неделю получается бездельничаю. Навыки забываются!
Я задумчиво покивал. Про навыки она врет: жить захочешь, наизусть каждую шерстинку на монстре выучишь, ночью разбуди — любой авантюрист назубок расскажет особенности чудищ, своего региона так точно. Потому что авантюрист, который не выучил — в желудке давно у монстра переварился. Но сидеть без дела, особенно, когда Аиша только распробовала на вкус свободу и приключения, ужасно для неё тяжело. В Жутколесье принцессу вряд ли отпустят, по крайней мере точно не сейчас: впереди бал, Новый Год, а это семейный праздник. Вдруг ей ногу в Жутком лесу откусят? Хромоногая принцесса — так себе талисман для удачного Нового Года.
Но куда попроще — могут.
— Поэтому я отпрошусь в Курган гноллов, — продолжила, ободренная моими кивками принцесса. — Уверена, если ты на предстоящем ужине с королевской фамилией заговоришь сам об этом, гарантируя, что всё в порядке будет, проблем с мамкой-папкой не возникнет.
— Да я даже об ужине предстоящем не знал, — для порядка выдал возмущенно, — но с тобой я отправлюсь хоть в подземелья к демонам.
Она засияла словно радуга, заулыбалась, привстала на цыпочки, чмокнула меня в щечку и унеслась вместе с Син. Я остался во дворике, где все уже ушли, и только наряд патруля гвардейцев старательно делал вид, что каждый день видят, как принцесса целует кого-то в щечку.
Но меня их тщательно скрываемое удивление совсем не волновало: главной мыслью было, а вообще, в итоге, кто из нас получился дрессировщик? Не управляет ли наивным укротителем невидимыми нитями сверху одна киска?
Вроде у меня осталось желание в запасе — это победа. Да и по монстрам хотелось пройтись жадными, загребущими лапами. Сто золотых туда, сто золотых сюда — и это в то время, когда люди в одной рубашке всю зиму ходят. В Кургане сапоги с гноллов набьем, продадим и на вырученные монеты, раздадим людям галстуки: ведь манеры — это лицо мужчины!
«Если принцесса с твоей шеи плавно переместится на лицо», — пошло вставил замечание внутренний голос, — «манеры могут изменить.»
«По крайней мере, принцесса никогда не скажет «бро, подогрей мне вареник» в качестве прелюдии», — отбрил я глупый внутренний голос, успокоился и решительно зашагал во дворец.