Анархист

С утра случилась нелётная погода. Нагнало низких серых туч, слившихся в безликое серое марево, то и дело изливающееся мелким, пакостным дождиком.

После завтрака, когда Антон с Юрием шли к себе, их догнал особист.

– Как отдохнули?

– Спасибо, хорошо. А Вы как будто и не спали?

– Спал, но часа два. Не до того.

– Может чем сможем помочь?

– Да чем вы поможете? Вона какая мерзкая погода! Никакой разведчик не взлетит.

– Что случилось-то, Артём Николаевич?

– А-а-а, семь бед – один ответ. Пошли, расскажу.

Дошли до знакомой уже землянки, но на этот раз особист повёл их внутрь.

– Присаживайтесь, товарищи.

Достал карту, выложил на стол:

– Вот смотрите: вот здесь и здесь германские диверсанты взорвали мосты, за ними организовали погоню, но те, ловкие как бесы, ускользнули и где-то прячутся. А разведчика не поднять. Уйдут ведь сволочи! Слушайте, Антон Петрович, дорогой, а может хоть Вы, своим локатором поищете, а?

– Какое расстояние?

– В том-то и дело, что без малого семьдесят километров.

– С такого расстояния не увижу, надо лететь.

– Да фиг ты полетишь! Даже У-2 прикован к земле!

– Ничего, слетаем на лебеде. Только вот беда: как передавать сведения нашим? Не сбрасывать же записки…

– Могу поработать радистом! – обрадованно встрял Юрий – Я в сороковом году прошел курсы. Вот только увезёт ли лебедь меня, рацию, да ещё аккумулятор?

– А сколько они весят?

– Много. Если вместе, то будет килограммов десять-пятнадцать.

– Увезёт. – уверенно махнул рукой Антон – Вы, Артём Николаевич, договаривайтесь чтобы у группы захвата была рация, согласуйте волны. Я думаю, что сейчас можно работать в разговорном режиме, так проще будет всем.

– В телефонном режиме. – поправил его Юрий.

– Пусть будет в телефонном.

– Значит решили! – расцвёл Серов и схватился за телефон.

– А мы пока подготовимся к полёту.

На отдельной полянке, охраняемой бойцами Особого отдела Антон подготовил лебедя и собрался ожидать решения начальства Серова. Но долго ждать не пришлось: не прошло и десяти минут, как по тропинке гулко застучали сапоги, и слегка взмокший особист в сопровождении двух бойцов, бережно несущих рацию, предстал перед ним.

– Товарищ капитан, включайся, проверяй связь прямо отсюда.

Юрий включил радиостанцию, и пока она грелась, надел шлемофон и подключил гарнитуру, подтянул ларингофон.

– Я Лебедь. – чётко и внятно произнёс он – Я на связи.

– Отлично слышу тебя, Лебедь, я Гнездо. – услышал он в наушниках.

Антон уже занял место впереди и ожидал пассажира. Юрий уже привычно влез в лебедя. Мягкое сиденье бережно обняло его, принимая максимально удобную форму. Сиденье чуть-чуть опустилось, ровно настолько, чтобы Юрию было удобно смотреть по сторонам.

– Держи рацию, капитан! – особист лично подал тяжёленький ящик, и придержал на весу, пока Юрий устраивал его перед собой – Как связь, не пропала?

– Отлично работает, не волнуйся.

Особист отступил на пару шагов, и над головами Антона и Юрия, словно из ниоткуда возник прозрачный колпак. Лебедь расправил крылья, разбежался, и стремительно прянул в небо, легко и стремительно, но ожидаемой перегрузки Юрий не почувствовал.

Диверсантов оказалось не одна группа, а целых три. Все они параллельными маршрутами двигались в сторону фронта, и немецкие войска уже начали мощный артобстрел участка фронта, чтобы облегчить их прорыв. И ушли бы лазутчики, но лебедь, не опускаясь к нижней кромке облаков, занял позицию над диверсионными группами.

Юрий не видел ничего кроме серой мути, но чётко передавал наземным войскам всё, что говорил ему Антон. Получилось очень удачно: навстречу диверсантам вышли волкодавы НКВД, и последовательно, одну группу за другой, скрутили всех диверсантов. Обошлось почти без стрельбы – позиции для захвата были выбраны с большим знанием дела.

А лебедь со своим экипажем вернулся обратно, Юрий и Антон даже успели на традиционные посиделки.

Вечерами в палатке, которую выделили для проживания Антона и Юрия, собиралась компания, включающая кроме Инны и Ларисы начальника медсанчасти Бориса Ивановича и его жену, хирургическую медсестру Ольгу Адольфовну.

– Как ты себя чувствуешь, Юра? Восстанавливаются ли силы? – спрашивал, входя Борис Иванович.

– Благодарю, чувствую себя отлично, сегодня начал физические упражнения, удалось трижды подтянуться на турнике, но выход силой не дался. – сообщил Юрий

– Дай-ка я тебя послушаю, голубчик. Такие нагрузки после тяжёлого ранения не могут быть полезны. Ну, куда вы все торопитесь, куда спешите? Эх, молодёжь! – ворчал совсем не старый врач.

Юрий только улыбался и «дышал – не дышал» по команде. Наконец Борис Иванович удовлетворился осмотром.

– Всё как будто неплохо, только напрасно ты, голубчик, рьяно рвёшься давать себе физические нагрузки. Когда придёт пора, я сам разрешу тягать тяжести, а пока можно качать только одну мышцу – умственную. Ты уж, голубчик, займись математикой, физикой, можешь уставы поучить. Понял ли, юный безумец?

– Ясно, Борис Иванович. – покаянно свесил голову Юрий – Но очень уж тело движения просит.

– Полегоньку можно. Вон молодёжь по вечерам в волейбол играет, это можно, но тоже не больше десяти минут. Очень хорошо плавать, благо есть где, но опять же не чрезмерно.

– Борис Иванович, прекратите терзать юношу. – снисходит до страданий Юрия Ольга Адольфовна – Присаживайтесь, я для Вас выбрала местечко.

Доктор оставляет жертву и важно шествует к своей благоверной.

– Я слышал, что Вы, Борис Иванович, обладаете отличным баритоном. Гитара имеется, не могли бы Вы продемонстрировать своё искусство? – попросил Антон – Разумеется, после угощения. Мы с Юрием сегодня, как Старик из пушкинской сказки, трижды забросили бредень в речку у болота. Золотую рыбку не изловили, зато взяли два десятка щучек, и несметное количество лещей, карасей и прочих рыбок, и даже судачка, двух налимов и сома.

– И что же вы сделали с этаким-то уловом?

– Себе взяли налима и судачка, а всё остальное отдали в столовую медсанчасти. Как обещали повара, завтра у вас будет уха. У меня с собой оказались кое-какие специи, да и поварские умения меня не покинули, прошу отведать. Картошечка и зелень отменные, мы с Юрием их, уж простите за откровенность, стибрили у немцев.

Так уж получилось: во время разведки за линией фронта, Антон и Юрий опустились на лесной поляне, пардон, по большой нужде. Когда дела были сделаны, локатор показал, что по ближней дороге едут два грузовика, причём один из них с прицепом.

– Юра, там две машины практически без охраны, что будем делать?

– А давай их пощиплем?

– Давай.

Вышли на дорогу в том месте, где кусты позволяли скрыться от нескромных взглядов тех, кто ходит и ездит по дороге, и увидели прелюбопытную картину: на поляну выехали два грузовика. Один был загружен какими-то ящиками, другой был с тентованным кузовом, а прицепом вёз полевую кухню, с дымящейся трубой.

– Нашу ротную кухню используют, суки! – злобно шепнул Юрий.

Встречные машины остановились, из кабин вылезли солдаты и сошлись посредине. За шелестом листвы не было слышно о чём они там лопотали, но и так всё было понятно: мешок из которого торчала свиная нога, был передан в обмен на объёмистую бутыль с понятным содержимым.