Бездушный

Подход, безусловно, стрёмный, но действенный. Ополченцы под её руководством и вправду учились не за страх, а за совесть. Уверен, когда они вернутся сегодня домой, их жён и подруг ждёт о-о-чень страстная ночка...

Поняв, что у Рейны всё под контролем, я двинулся дальше, к воротам. Последние оказались открыты. Снаружи (мне рассказали об этом ещё вчера), тоже проходили занятия с рекрутами, только уже не с мечниками и копейщиками, а с лучниками.

В городе, ясное дело, учиться стрелять из луков и арбалетов было не слишком удобно, причём, как участникам, так и невольным зрителям. Собственно, из-за этого тренировки и вынесли за городские стены.

Почему конкретно сюда, а не в другое место — на этот вопрос мне ответил Аршаф, тоже вчера, указав пальцем вверх и пояснив: «Птицы». Аргумент убедительный. В зону Пустой горы вражеские соглядатаи действительно не залетали, а искать и нейтрализовывать их во всех ближайших окрестностях никаких магов животных не хватит.

За тренировками лучников я наблюдал из надвратной башни. На верхней площадке дежурили двое стражников, но места хватало всем, в том числе, невидимке. Забравшись на один из каменных зубьев, я с интересом следил за тем, что происходит внизу.

Лика, в отличие от подруги (ещё раз спасибо артефакту «познание»), использовала только один тип магии — обучающий. Оно и понятно. В вопросах любви наша «лучница» придерживалась консервативных воззрений. Тура, по крайней мере, она держала на расстоянии, хотя не заметить её интерес к «охотнику» мог только слепой.

Не знаю, что уж такого произошло с ними в прошлом, но в их отношениях это аукалось до сих пор. Тур, как я видел, постоянно ощущал себя виноватым и при каждом удобном случае пытался загладить свои давнишние промахи, а вот Лика, напротив, никогда не упускала возможность хоть как-то поддеть его. Ну, прямо как кошка с собакой.

Вмешиваться в их разборки, пока они не мешают делу, мне не хотелось. Нравится, пусть собачатся. Временами это даже полезно...

Наблюдая за Ликой и её подопечными, я между делом слушал, о чём говорят дежурные стражники. Что любопытно, новую власть они не то чтоб ругали, а так — поругивали. Зато непосредственное начальство — наоборот, по полной программе. Привычная ситуация для всякого мира, что технического, что магического.

— Жрать охота, сил нет, — говорил один.

— Ага. Маковой росинки с утра во рту не было, — вторил другой. — Хоть бы сменили уже. Сотник, гад, обещал, что три раза будут кормить, а на деле даже одного не допросишься...

— Сам-то небось в трактире харчуется, да с бабой под боком...

— Во-во! А нам что похуже, да ещё всухомятку...

— Сиди тут, пялься цельные сутки на новеньких...

— Их-то на обед строем водят, а про нас и не помнят...

— Это точно. С такой голодухи брюхо вот-вот к спине прирастёт...

— Ну да. А сотнику хоть бы что...

Слушая их, я вдруг подумал: а было б прикольно, если бы прямо сейчас в башню бы заявился тот самый ругаемый сотник.

Только подумал, и — бац!..

— Что за бардак?! Почему пост оставили?! Почему прекратили наблюдение за проходом?!

Сотником, вздумавшим заглянуть во вверенное ему подразделение, оказался не кто иной, как уже знакомый мне Сторис. Тот самый, что встретил нас здесь после победы возле Пустой горы и первым сориентировался, кому теперь присягать, а от кого открещиваться. Правда, тогда он, по-моему, числился обычным десятником...

Проштрафившиеся вояки, вытянувшись во фрунт, внимали недовольству начальства. А то, в свою очередь, распалялось всё больше и больше. Хотя, как по мне, так попусту и совершенно излишне. Следить за проходом к Пустой горе, пока там тренируются лучники, смысла не было. А вот обеспечить нормальный режим питания своим подчинённым, наоборот, был.

Процесс вразумления стражников прервался так же внезапно, как и появление их командира. На сцене материализовались новые персонажи. Сам комендант Пустограда и сопровождающая его охрана. На верхней площадке башни сразу же стало тесно, и я мысленно похвалил себя за предусмотрительность. Не влез бы заранее на гребень стены, ноги оттоптали бы, сто пудов.

— Что здесь происходит? — грозно вопросил Тур, глянув на съёжившихся под его взглядом дежурных и повернувшись затем к их начальнику.

— Господин комендант! Согласно распоряжения совета городской обороны провожу внеплановую проверку внешних постов, — бодро отрапортовал сотник.

— А плановую почему не проводите? — буркнул «герцог», снова окинув взглядом осунувшихся караульных.

— Эээ... решил совместить, господин комендант.

— Ели давно? — не глядя на сотника, спросил Тур у стражников.

— Вчерась, — осторожно ответил левый.

— Понятно, — кивнул комендант и вновь повернулся к Сторису. — Пойдёмте, сотник. О результатах проверки доло́жите в караульной.

Сказал и молча направился к выходу. За ним двинулись трое охранников. Сотник, показав подчинённым кулак, поспешил следом.

Немного подумав, я тоже отправился вниз. Спектакль следовало досмотреть до конца.

Пробраться внутрь караульной не получилось. У дверей толпилась охрана, протиснуться мимо я не рискнул, устроился возле окна, снаружи. Видеть, что там внутри, не видел, но слышал неплохо. Голоса через приоткрытую створку доносились вполне отчётливо.

Разнос Сторису «охотник» устроил знатный. Я аж заслушался. Чувствовалось, строить своих подчинённых моему приятелю не впервой. Недаром, выходит, «герцогом» его обозвал. Жаль только, не помню, из-за чего. «Погонщик» из-под горы память подтёр филигранно: эмоции сохранил, факты вычистил...

Следующие пару часов я мотался за Туром по всему городу. Смотрел, как он справляется с обязанностями военкома.

Справляется, оказалось, нормально. Не хуже какого-нибудь генерала-комдива из моего прежнего мира. Профессиональный начальник, как большинство военных. Поставили задачу — выполнит без рефлексий. Главное, чтобы в полномочиях не ограничивали, и дело пойдёт.

За стены я, правда, за нашим командующим не последовал. Перед воротами он и охрана оседлали лошадей, угнаться за ними у меня всё равно бы не получилось. Хочешь не хочешь, пришлось возвращаться «домой», в резиденцию бывшего бургомистра.

Шапку-невидимку снял, только когда очутился у себя в комнате. После чего, нарочито зевая, спустился в приёмную. Наши пока не вернулись, а что до слуг, то пусть лучше думают, что «мессир» просто дрых без просыпу до самого вечера, а не делами насущными занимался. Аршаф, он конечно всех их трижды проверил и перепроверил, но, чем чёрт не шутит, вдруг пропустил кого...