Страница 8 из 47
На занятиях я познакомилась с молодой женщиной моих лет. Ее звали Мариной. Мы посещали одного тренера, и после занятий частенько посещали кафетерий на первом этаже здания. Марина говорила, что этот центр в два раза дороже, чем предыдущий, который она посещала раньше, но ровно в два раза ближе к ее работе. Выяснилось, что работает она в том банке, что расположен напротив здания нашей компании. Я обрадовалась этому, посчитав, что знакомство можно и поддержать. Пару раз мы пообедали вместе, когда Алена и Лена были заняты.
У Марины была своя машина, и она частенько звонила мне, чтобы подвезти на занятия. Домой ни я, ни она друг друга не приглашали.
Вскоре после возвращения из Испании произошло незначительное событие, которое повлияло на судьбы близких мне людей.
Вечером, выходя из офиса, мы заметили на другой стороне улицы необычное оживление. Несколько человек стояли под высоким раскидистым деревом и смотрели вверх, задрав головы. Присмотревшись, мы увидели высоко на дереве крошечного котенка. Вцепившись в ветку, он дрожал и отчаянно мяукал.
Стоявший внизу охранник банка жалостливо сказал:
– Вот бедолага, полдня сидит. Слезть боится. И что с ним теперь делать, не ясно.
Ленка спросила:
– А как он туда залез?
Охранник охотно пояснил:
– Собака его туда загнала, здоровенная. Дог, что ли. Я хозяина попросил, чтобы он собаку придержал, да уж поздно было. И как его теперь снять, ума не приложу. Уже звонили спасателям, они сказали, что лестница занята где-то на объекте, и что подъедут завтра утром.
Алена сердито сказала:
– Что ж за люди такие? Он до утра не дотерпит, или замерзнет, или свалится.
В это время к нашей компании присоединились Антон и Павел. Я заметила, что в последнее время они сдружились. Ленка ехидно заметила, что на почве несчастной любви, но, заметив, что мы с Аленой ее не поддержали, только хмыкнула.
Антон остался внизу, а Павел исчез за тяжелой банковской дверью. Через пару минут открылось большое окно на балконе, и Павел появился там. Он деловито перелез через ограждение, что-то промерил и удовлетворенно крикнул:
– Антон, давай. Ты его раскачаешь, а я притяну сюда.
Антон кивнул, стянул куртку и пиджак, оглянувшись, увидел нас троих и сунул мне вещи.
Он довольно ловко забрался на первое разветвление, потом перебрался выше и выше.
Охранник вздохнул:
– Напрасно лезет. Там, где сидит котенок, ветки совсем тонкие.
Алена, зачарованно смотревшая вверх, тихо сказала:
– Мамочка…
Антон, перехватывая руками, повис на все еще довольно толстой ветви и раскачал дерево.
Я встревожено крикнула:
– Павел, осторожно!
Ухватившись одной рукой за перила, он повис на высоте третьего этажа. Казалось, что все напрасно, но в какой-то миг ему удалось ухватить ветку, он притянул ее и через мгновение отпустил. Все радостно завопили: Павел сунул котенка себе за пазуху и спустился к нам как раз в тот момент, как Антон спрыгнул на асфальт.
Я сунула вещи Антона растерявшейся Алене, Павел протянул мне котенка, тот дрожал, отчаянно растопырив лапки, и моргал огромными от страха глазами. Я спрятала его под куртку, малыш замолчал в тепле.
Павел оглядел толпу и махнул рукой:
– Цирк окончен, все по домам. Подвезти тебя? – спросил он.
– Подвези, – согласилась я, неожиданно для самой себя.
Махнула девчонкам рукой, отметив про себя растерянное выражение лица Алены, все еще стоящей с курткой в руках.
По дороге мы молчали. Уже у самого дома я почувствовала какое-то шевеление, расстегнула замок и наружу высунулась забавная всклокоченная мордаха котенка. Он беззвучно мяукнул.
Павел засмеялся:
– Что, голос потерял? Будешь знать, как по деревьям лазать.
Я виновато пояснила:
– Его дог загнал, а потом он уже не мог сам спуститься. Сейчас я его накормлю теплым молочком, голос и вернется.
Я посмотрела Павлу в лицо:
– Зайдешь?
– Нет. Домой поеду. Пока!
Уставший от переживаний котенок наелся молока и уснул. Я устроила его в прихожей.
Сама уселась в кресло рядом и жалостливо наблюдала за кошачьим детенышем.
Грустные мысли прервала трель домофона.
Искаженный мембраной голос Алены пробурчал:
– Я это. Пусти.
Я открыла дверь и испугалась: зареванное лицо, все в потеках туши.
– Что случилось? – только и смогла спросить я.
– Ничего, – пробормотала подруга замерзшими губами.
– Хорошенькое дело. Ты в зеркало на себя смотрела?
Она всхлипнула:
– Нечего мне туда смотреть, чего я там не видела?
Без лишних разговоров я сняла с нее куртку, стянула ботинки и отвела в ванную. Вздохнула об общей несправедливости жизни, и пошла включать чайник.
Из ванной прибрела Алена. Вид у нее был гораздо лучше.
– Я к тебе по делу. Можно, я заберу котенка себе? Он же не породистый, зачем тебе?
Я удивилась.
– Да я и не собиралась заводить котят, ни породистых, ни беспородных. Так получилось, что Павел отдал его мне, я и подумала, пусть живет. Но если ты считаешь, что у тебя ему будет лучше…
Алена обреченно вздохнула:
– Люблю я его.
– Кого, котенка? – изумилась я.
Лицо Алены опять исказилось:
– Антона. Люблю, хоть и понимаю, что ничего хорошего из этого не получится. – Она опять всхлипнула.
Я подсела к ней, погладила по плечу.
– Почему же не получится, глупая? Я давно знаю, что вы любите друг друга, женитесь, нарожаете детей, будешь им песни петь собственного сочинения.
Алена с ужасом посмотрела на меня:
– А про песни ты откуда знаешь? – спросила она. – Я в конторе ни одной живой душе не проговорилась.
Я вздохнула:
– Антон мне и сказал. Говорит, что слышал тебя на концерте, и влюбился сразу. А ты его тогда же отшила.
– А почему он мне не сказал, что слышал, как я пела?
– Он боится, что ты окончательно на него разозлишься, и тогда он тебя насовсем потеряет.
Алена прижала котенка к груди, и он недовольно пискнул.
– Ох, и навертела я, Геля! Сегодня я твердо поняла, что просто не могу без него жить, и все. Стояла, как дура, посреди улицы с его курткой в руках, и все про себя поняла.
Она снова завздыхала и подозрительно засопела носом.
Домофон опять залился колокольчиками. Что же за вечер у меня сегодня? Гости один за другим.
Услышав в трубке голос Антона, я сначала взволновалась, а потом подумала: чему быть, того не миновать.
Я нажала кнопку и велела ему подниматься.
Отворив дверь, я дождалась, когда он выйдет из лифта. В руках Антон держал какую-то забавную плетеную штуку.
– Вот, – сказал он. – Это котенку.
Я поняла, что это кошачья корзина.
Антон помялся и спросил:
– Слушай, давай я его заберу? А тебе породистого подарю, если захочешь.
Я засмеялась:
– Дались вам породистые коты! Сроду у меня их не было. А насчет этого котенка – нет, не могу. Я его уже отдала человеку, которому он очень нужен, даже больше, чем тебе. Раз ты с машиной, можешь их отвезти по месту прописки. Вместе с корзиной.
Антон озадаченно посмотрел на меня. В этот момент в прихожей появилась Алена с котенком на руках.
Антон молча топтался, ничего толком не понимая.
Алена подняла голову и спросила:
– Отвезешь нас?
Он сглотнул, посмотрел на меня и кивнул ей.
Котенка поместили в корзинку, Алена молча оделась. Я открыла дверь, и оба шагнули к лифту.
Аленка быстро обернулась, поцеловала меня куда-то в ухо и вернулась к Антону, доверчиво подняв к нему глаза.
Лицо у парня дрогнуло, он наклонился к ней, и взял ее за руку.
Я закрыла дверь и уселась в кресло, беспричинно улыбаясь.
Как-то чувствовалось, что котенок попал в хорошие руки.
Неотвратимо приближались новогодние праздники, которые грозили растянуться на две недели.