Кузница смерти

— Я готов принять последствия своих действий, — уверенно заявил Наиль. Он с самого начала понимал, что убивать его, конечно же, не станут, но его поступок не оставят без наказания, так что был готов к этому.

— Сколько всего выжило солдат двенадцатой роты, узнавших твою личность моей темной руки?

Наиль оглянулся. Раньше у него не было времени, но сейчас он заметил, что не было тех двоих раненых, которых парень вытаскивал из-под обстрела. Не было десятника четвертого десятка, а из раненых выжили только ребята с относительно легкими повреждениями, не мешавшими им передвигаться.

«Тот парень без ноги, которому ты обещал помочь, тоже, вероятно, погиб», — вздохнул Зиргрин. Сейчас он без ножен был закреплен на поясе Наиля, что являлось довольно опасным положением. Только одушевленный меч никогда не повредит своему владельцу.

— Всего в двенадцатой роте шестьдесят четыре выживших пехотинца за исключением меня, — тяжело проговорил Наиль.

— Тогда, по возвращении в Восточную Заставу ты под личиной вора Нила прилюдно получишь по удару плети экзекутора за каждого выжившего на тот момент члена двенадцатой роты. Ты сам в этот счет не входишь.

Наиль скрипнул зубами. Плеть экзекутора — это артефакт для наказаний, которого боялись даже ветераны со стальными нервами. Каждый удар этой плети причинял такую боль, что можно было с ума сойти, а содранная с мяса кожа с трудом поддавалась исцелению даже сильными исцеляющими заклинаниями и зельями. И в словах Дарнака таилась крайне опасная ловушка. Чем меньше членов двенадцатой роты выживет, тем меньше ударов получит юноша. Учитывая, что даже после десятка плетей редко кто выживал, приказ генерала был действительно ужасен, так как он вновь поставил Наиля перед выбором, который тот не мог позволить себе сделать.

— Так точно, эр генерал, — ответил согласно уставу Наиль.

— Ты полностью понял мой приказ? Что ты понял?

— По возвращении в Восточную Заставу за нарушение духовного контракта я под личиной вора Нила прилюдно приму шестьдесят четыре удара плети экзекутора.

— Хм… — генерал внутренне улыбнулся, но внешне не проявил никаких эмоций. — Все верно, если уж ты именно так понял мои слова. Теперь вернемся к основной причине, по которой я с тобой связался. Так как ты явно задерживаешь доставку пленника, подготовь его к допросу немедленно. Ты сейчас в безопасности?

— В относительной, эр генерал. Ментальные блоки разрушились, так что я с уверенностью могу сказать, что враг пока далек от нас. Однако рота оставила просеку в болотной растительности, так что нас вскоре найдут. Хальминцы не знают о том, что у нас есть возможность дальней связи, потому сделают все, чтобы информация от пленника не достигла ваших ушей.

— Тогда смените местоположение. Ты сможешь позаботиться о следах. Через пять часов я снова выйду на связь, и к этому времени хальминец должен петь соловьем.

— Так точно, эр генерал. Будет исполнено.

— Сержант! — рявкнул генерал, переместив свое внимание на превратившегося в статую Берка.

— Жду ваших приказаний, эр генерал! — отозвался тот.

— Пока вы находитесь на территории Леса, вы не должны оспаривать команды Фантома. Обеспечь ему условия для допроса военнопленного, это задача наивысшей важности.

— Так точно, эр генерал!

Силуэт Дарнака рассеялся, а статусный жетон потух. Наиль подошел ко все еще удерживавшему в кулаке жетон сержанту.

— Думаю, он вам больше не нужен, так как моя личность была подтверждена.

— Да… Так точно, эр Фантом…

— Бросьте, Берк, — вздохнул юноша, забирая жетон. — Я не выше и не ниже вас по статусу. Королевская разведка — отдельное от армии подразделение.

— Да, но… поверить не могу, Нил.

Юноша тяжело вздохнул, после чего прошел мимо ошарашенных сослуживцев. Он подошел к Трошу и наклонился над ним, проверяя его состояние.

— Нужно удалять осколки и сживлять кости… После этого поднять тебя на ноги будет несложно. Трош, я не могу заняться тобой прямо сейчас. У меня приказ, мне нельзя снова ослушаться. Тебе придется потерпеть.

— Ты сможешь исправить все?

— Профессиональный убийца должен обучаться пыткам… Уметь причинять боль, не позволяя цели потерять сознание или умереть… Я знаю строение человеческого организма не хуже опытных лекарей. Ты мне веришь?

— Какой у меня выбор? — горько усмехнулся вор. — А я ведь знал кто ты… Давно знал, еще с того дня, когда нас перепутали дознаватели, помнишь?

— Ну, по крайней мере, ты оказался умнее Симы, если не подавал виду, — отозвался Наиль, внутренне удивляясь, что столько людей его раскрыло. — Сима мне сразу вывалил свои подозрения.

— Но я даже подумать не мог, что ты — Фантом! — прозвучал рядом голос морта. — Стать темной рукой Дарнака в таком возрасте! Наверное, ты самый талантливый убийца в мире.

Наиль промолчал. Он точно знал, что один разумный был гораздо талантливее его. Он стал королевской тенью в пятнадцать, достиг высоты, которую юный убийца еще даже не мог себе представить.

— Троша нужно будет переносить, но его необходимо зафиксировать. Чудо, что его занесли так далеко без фиксации, у него перелом позвоночника и дыры в кишках. Сима, дай свою глефу.

Наиль извлек из пространственного артефакта тупое тренировочное копье, с которым сам иногда упражнялся. Вместе с Симой они соорудили нечто похожее на носилки, которые устелили сухим тростником. Бережно уложив Троша на это сооружение, юноша взглянул на Берка.

— Я пойду отдельно. Буду поправлять ваш путь и заметать следы. Рик!

— Я! — подскочил бывший вор, с щенячьим обожанием рассматривая своего недавнего десятника.

— Пойдешь со мной. Вор-один тоже.

— Понял, — отозвался несчастный вор, внутри которого все еще находился подчиняющий артефакт.

Наиль быстро распределил обязанности между Риком и Вором-один, после чего на глазах у всех скрылся за иллюзией, словно растворился в воздухе. Рота выдвинулась в путь, следуя указаниям юного убийцы. Тот легко ориентировался в, казалось бы, совершенно одинаковой со всех сторон местности. Периодически он появлялся прямо рядом с Берком, от чего тот едва не подскакивал.

— Ты полностью оправдываешь свое прозвище, — в какой-то момент не выдержал сержант.

— Это не прозвище, а служебное имя. Мои настоящие имя и личность являются государственной тайной.

— Понятно.