Страница 60 из 77
— В видении я только что видела одного человека в порту Саутгемптона, — сказала Жаклин. — Думаю, неспроста его видела. Это наверняка был Уильямс.
— Как он хоть выглядит? — спросил Эд.
— Да вот же. — Эдит нашла фотографию и повернула монитор компьютера так, чтобы всем было видно. — Это Уильямс.
На черно-белом фото был изображен обросший щетиной мужчина лет тридцати пяти. Он был закован в наручники и в сопровождении толпы полицейских спускался с борта только причалившего «Титаника». Он явно был доволен собой и ничуть не переживал по поводу своего ареста.
— Твою же мать… — Эдвард даже побледнел.
— Что? — нахмурилась Эдит.
— Этот тип… Это он тот третий человек с фотографии, где изображены Невё и Жан. Это его я тогда поймал в катакомбах в 1927 году! Ну, помните, еще в прошлом году. Это был первый приспешник Жана, который сбежал у меня из-под носа.
— Да ладно… — пробормотал Гюстав. — Тот тип, который убил Пьера, когда мы отвлеклись на девочку и её неадекватного ухажера?
— О чем вы? — спросила Эдит.
— Долгая история, — бросил Эд.
— Выходит, он не был связан с Жаном? — в замешательстве спросила Жаклин.
— Я не знаю, — пробормотал Эдвард. — Но я был уверен, что рано или поздно этот тип снова покажется. И вот он показался! И теперь мы знаем, как его зовут.
— Мы схватим его в Саутгемптоне? — спросил Гюстав.
— Мне в Саутгемптон нельзя, — ответил Эд. — Когда я писал диплом, то был в порту и наблюдал отплытие «Титаника».
Эдвард писал о больших кораблях начала двадцатого века и о соперничестве судоходных компаний. В своей работе он, конечно, не мог не затронуть «Титаник» и то, что с ним произошло.
Он начал главу о «Титанике» с его неудачного отплытия из гавани Саутгемптона. Чтобы написать как можно правдоподобнее, Эдвард отправился посмотреть на это памятное событие.
Тысячи людей в порту наблюдали за отплытием самого большого в мире корабля. Все радовались, кидали в воздух шляпы и махали на прощание пассажирам. Но тут стоявший в гавани небольшой пароход «Нью-Йорк» неожиданно стал будто бы притягиваться к лайнеру. Стальные тросы, которыми «Нью-Йорк» был пришвартован, натянулись и лопнули, и судно пошло на столкновение с «Титаником». На счастье буксиру и матросам удалось спасти суда от столкновения, и «Титаник» двинулся дальше. На этом сложности выхода «Титаника» из гавани не закончились. Когда величественный лайнер проходил рядом с еще одним небольшим пароходом под названием «Оушеник», ситуация практически повторилась. Тросы, которыми «Оушеник» крепился к месту стоянки, натянулись и едва не лопнули. «Оушеник» опасно накренился и едва не столкнулся с «Титаником», однако тросы выдержали, и плавучему дворцу-таки удалось покинуть гавань. После этого случая некоторые суеверные пассажиры посчитали лучшим сойти с борта «Титаника» в Шербуре, о чем после наверняка нисколько не жалели.
Примечательно, что похожая ситуация случилась с собратом «Титаника», «Олимпиком», за полгода до того, как «Титаник» отправлялся в путь. «Олимпик» столкнулся с крейсером «Хок», в результате чего на правом борту лайнера появилась большая пробоина. Избежать столкновения было невозможно — «Хок» притягивался к «Олимпику», точно магнитом, и не реагировал на действия офицеров.
Это была проблема огромных судов — а «Олимпик» и «Титаник» на тот момент были самыми большими в мире — они притягивали к себе маленькие суда в результате всасывающего эффекта, который появлялся от движения огромных винтов. Эту проблему должны были изучить, прежде чем отправлять лайнеры в плавание, ведь в открытом море все могло привести к трагическим последствиям.
И может, «Титаник» не смог обойти айсберг, потому что тот к нему притянулся?..
— Ну ладно, — проговорил Гюстав. — Что тогда будем делать? Схватим Уильямса на «Титанике»? Или пристрелим? Он точно нужен нам живым? Он убил Пьера, не забывайте.
— Нам нужен хоть кто-то, у кого есть информация о Невё, — сказал Эдвард. — Поэтому желательно, чтобы Уильямс был живым. Схватим его и наденем «Наручник», если он на нем сработает.
— Мы могли бы усовершенствовать «Наручник», — намекнул Гюстав.
— И тогда к нам бы пришёл марсианин и исправил историю. Хочешь иметь с ним дело?
— Как знаешь. Ну что, тогда на «Титаник»?
ТИТАНИК, 1912 ГОД
Эдвард и Гюстав нарядились в джентльменов и отправились на борт «Титаника». Местом своего появления они выбрали шлюпочную палубу, потому что в тот вечер на ней практически никого не было. Воздух оказался очень холодным; ход судна создавал морозный ветер, отчего становилось еще холоднее. Небо было именно таким, каким его описывали выжившие — безоблачное, темное, с яркими и будто бы выпуклыми звёздами.
— Как будем действовать? — спросил Гюстав, выпустив слова белым паром.
— Если Уильямс пойдёт предупреждать офицеров, то нужно быть рядом с ходовым мостиком. Пойдем с разных сторон: я по правому борту, ты по левому.
— Понял.
Для того чтобы попасть на левый борт, Гюставу нужно было преодолеть многочисленные ограждения, но он не стал утруждаться — он просто туда телепортировался.
Эдвард уже был на правом борту, поэтому, не мешкая, отправился в переднюю часть корабля. Проходя мимо беленьких шлюпок, подвешенных на шлюпбалках, он тут же подумал, что места было предостаточно, чтобы прикрепить дополнительные шлюпки. Как могло получиться так, что для 2208 человек было приготовлено только 1178 спасательных мест? Конечно, жертв «Титаника» было очень жаль — они доверили свои жизни судоходной компании, а та должным образом не соизволила о них позаботиться. Несправедливо, подло, особенно в отношении третьего класса, который во время эвакуации оказался заперт за железными решетками, дабы для начала дать занять все свободные места «слишком важным» людям из первого класса. Но как бы ни было их жаль, нельзя было позволить Уильямсу спасти «Титаник» — это слишком сильно изменит историю.
— Что странно, — раздался из наушника голос Гюстава. — В последнее время эти типы заделались в спасатели.
— Наверняка не просто так, — ответил Эдвард.
— Интересно, для чего им понадобилось спасать «Титаник»?
— Без понятия.
Эдвард добрался до ограждения, которое отделяло ходовой мостик от основной части палубы, и услышал разговоры офицеров. Впереди был внушительный нос корабля, который стремительно рассекал воду. «Титаник» и вправду двигался очень быстро; его скорость на участке, где была большая вероятность наткнуться на льды, всегда вызывала у Эдварда вопросы.
Кто-то вышел из рубки и прошёлся по открытой части мостика. Эдвард прижался к белой стене, молясь, чтобы его не заметили. Офицер в синей форме и фуражке лишь поглядел немного вперёд и вернулся обратно.
Эдвард облегченно выдохнул и стал озираться по сторонам, чтобы не проглядеть Уильямса.
А он точно придет сюда? — тут же засомневался Эд. — Хотя в принципе, куда же еще?..
— Я вижу Уильямса! — неожиданно выдал Гюстав.
— Что?!
Эдвард сорвался с места и побежал в обратную сторону, чтобы как-то попасть на левый борт, но из-за угла возник человек с пистолетом в руке и преградил ему дорогу.
— А я тебя ждал, — сказал человек.
Это был Дэнни Готтфрид.
Ну конечно, Уильямс тут не один! Вряд ли одному человеку было под силу спасти «Титаник».
— Вот же сволочь, — проговорил Эдвард.
— Кто? — спросил в наушнике Гюстав.
— Демосфен Жан Готтфрид, — объявил Эдвард. — Засада.
— Откуда ты знаешь моё полное имя?! — возмутился Дэнни.
— Вот черт, — проговорил Гюстав. — Я тебя вытащу.
— Лови Уильямса.
Дэнни в мгновение переместился Эдварду за спину, выдернул из его уха наушник и швырнул за борт.
— Черт, — выругался Эдвард. — Ты хоть знаешь, сколько он стоит?
— Вперед. — Дэнни упёр пистолет ему в затылок, схватил за шкирку и потащил к двери, за которой находился гимнастический зал.
Когда они вошли внутрь, Дэнни запер дверь изнутри и приставил пистолет к лицу Эдварда.