Страница 15 из 33
– Классно вошла, Джес! – крикнул Том Маккей.
Том не принадлежал к компании из театральной студии. Он заглянул сюда, возвращаясь с соревнований по теннису. Билл завидовал его легкости и уверенности в общении с Джессикой. Как бы ему хотелось избавиться от ощущения, что он связан по рукам и ногам, которое всегда возникало при разговоре с нею.
Оказавшись в воде рядом с Джессикой, Том схватил ее за талию, а она визжала от смеха и пыталась брызнуть водой ему в лицо. Увидев это, Билл ощутил прилив ревности. Сначала Джессика вела себя так, будто действительно хотела, чтобы он пришел, но как только появился Том, она просто перестала его замечать.
«А ты сам как вел себя с Диди», – напомнил ему внутренний голос.
При мысли о Диди Билл тут же почувствовал себя виноватым. Нельзя было оставлять ее, хотя она сама на этом настаивала. Она – хороший друг, и он обещал, что они будут заниматься серфингом вместе. Он действительно гордился ее успехами. Она оказалась отличной ученицей и просто классной спортсменкой. Кроме того, с ней он мог по-настоящему общаться, держаться естественно и откровенно, совсем как с Джулианной.
Тут Билл даже вздрогнул от неожиданности. Конечно, Диди не то, что Джессика – внешне вовсе не похожа на Джулианну – и все же сходство было. Диди так же часто и звонко смеялась, так же внимательно и сочувственно слушала и была такой же способной в занятиях серфингом.
Однако он запретил себе размышлять на эту тему. Как можно думать о Диди, если интересует его только Джессика?
Джессика брызнула водой в Тома, а тот в отместку окунул ее с головой.
«Развлекаются вовсю, – мрачно подумал Билл. – И ее можно понять. Почему Джессика должна привязаться к одному, когда можно выбрать из миллиона других?»
Но в том-то и загвоздка, что Билл не создан ни для массовок, ни для очередей. Вот почему он проводил столько времени в воде. Там было по-настоящему спокойно и тихо, слышались только плеск волн; да крики чаек. Он как-то объяснял это Диди, и она, кажется, поняла.
А вот Джессика вряд ли поняла бы. Он смотрел, как она вместе с Томом, смеясь, выходит из бассейна, и чувствовал, что его охватывает отчаяние.
«Влюбиться – все равно что оказаться накрытым волной», – подумал он.
Подъезжая к дому на небольшом красном «фиате», Элизабет услышала доносящиеся со двора всплески воды и смех. День был такой жаркий, что ей пришлось опустить верх машины, хотя библиотека была совсем недалеко. Она провела несколько утомительных часов, собирая материал для семестровой работы по гражданскому праву.
Войдя в дом, она увидела отца. Он сидел на диване в гостиной, склонившись над развалом газет на журнальном столике. И снова, в который уже раз, Элизабет подумала о том, как удается ее отцу, столько времени проводящему за письменным столом, в размышлениях над судебными делами, сохранить такую спортивную форму. По росту он вполне сойдет за баскетболиста, а такие бицепсы могут быть у пловца или чемпиона по легкой атлетике.
– Привет, – сказала она, плюхнувшись рядом с ним на диван. – Что ты здесь делаешь в такую великолепную погоду?
– Прячусь, – признался он, посмеиваясь. – Возможно, я ошибаюсь, но, судя по звукам, на наш двор устроило налет племя апачей.
– Джес со всей театральной компанией?
– Угу, – Нед Уэйкфилд подмигнул. – И одно из двух – либо Джессику взяли в плен, либо как раз наоборот. Я голосую за второе.
Элизабет сделала удивленные глаза, но потом не выдержала и хихикнула:
– Ой, папа, ну хватит смеяться!
– А тебе не кажется, что я имею право немного посмеяться в выходные дни, после того, как всю неделю просидел в суде с самым серьезным видом? – И он старательно изобразил возмущение.
В дверях кухни показалась Элис Уэйкфилд – она готовила там напитки.
– Твоя сестра привела всю компанию, – пояснила она. Снаружи раздался вопль, потом последовал всплеск. – По-моему, это похоже на репетицию сцены в Перл-Харбор из «Отныне и навсегда».
– Пойду-ка надену купальник, пока еще всю воду не выплеснули, – сказала Элизабет, взбегая по лестнице.
– Тодд тоже здесь! – крикнула мать ей вслед.
Тодд! Во рту у Элизабет пересохло, и сердце заколотилось. Последние несколько дней они редко виделись – и у нее, и у него было много дел – и она по-настоящему соскучилась.
Ее подозрения казались ей теперь просто глупыми. Ну стоило ли так переживать из-за того, что Тодд хорошо относится к девчонке, с которой когда-то дружил?
Она представила, как поделится с ним своими опасениями. А Тодд рассмеется и скажет, что она совсем сошла с ума, если подумала, что он мог влюбиться в кого-нибудь еще – даже если этот кто-нибудь такой же ослепительный, как Пэтси. Потом он обнимет ее, и поцелуй перечеркнет все несчастья этой недели.
Элизабет торопливо натянула свой полосатый купальник и схватила полотенце, висевшее в ванной, которая была у них с сестрой общей. Выходя из ванной, она бросила быстрый взгляд на свое отражение в зеркале и сдернула круглую резинку, стягивавшую волосы в хвостик. Вот так. Теперь, когда волосы рассыпались по плечам, она выглядела более соблазнительно.
«Больше похожа на Джессику», – решила она, и в ее глазах вспыхнули искры какого-то тайного оживления.
Когда она открыла стеклянную раздвижную дверь во внутренний дворик, ее встретили дикие вопли и шумный плеск воды. На мгновение она ослепла от солнечного блеска, но затем открывшаяся перед ней сцена сфокусировалась достаточно четко.
Она даже слегка вскрикнула. В шезлонге во всем своем ослепительном, королевском великолепии растянулась Пэтси, а над ней, согнувшись, стоял Тодд. Она лежала на животе, и лифчик ее купальника был расстегнут. Медленными круговыми движениями Тодд втирал ей в спину крем для загара.
Вдруг он поднял глаза и встретился взглядом с Элизабет. Он выпрямился, как бы собираясь поздороваться с ней, но она уже убежала обратно в дом.