Страница 253 из 284
— Я ничего не понял.
— Экий непонятливый, я же подробно все разжевал.
— Да нет, это не по моему вопросу. Я о степени детализации. Она излишняя, не вижу смысла напрягать наши мозги.
— Это для тебя нет смысла, а для твоего сознания смысл есть.
— И какой?
— Без полного сходства с реальностью ты будешь чувствовать обман.
— Я и так знаю, что это обман.
— Разум знает, а его темные глубины верят во все безоговорочно. Именно благодаря этому здесь возникают интересные возможности. Вот как с тобой: тело неизвестно где, позабыто-позаброшено, не говоря уже о том, что покалечено и в коме, а сознание гуляет по игровому миру и в ус не дует, считая, что здешняя жизнь прекрасна.
— То есть разрыв с телом это одно из следствий такой изощренной детализации?
— Не только из-за нее, есть и другие факторы. Ну а так да, не имея огромного открытого мира, где глаза верят всему, ты не добьешься такого эффекта. На все вопросы получил ответ? Или еще есть? Ты давай, спрашивай.
— А сам чего? Договаривались ведь по очереди.
— Спасибо, что вспомнил. Ну так как, можно мне?
— Ну попробуй.
— Ты закрыл императорский квест?
— Не совсем.
— Долго еще?
— Не знаю, но по ощущениям я близко к финишу.
— Ты знаешь, что тебя могут убить? Совсем убить.
— Знаю.
— Гм… А ты не такой уж и нуб…
— Если сознание можно обмануть настолько, что оно может оторваться от тела, не так трудно придумать оружие направленное против сознания, тело без него обречено.
— Ты можешь создать такое оружие?
— Я говорю о разработчиках проекта, сам я без понятия, как они этого добились.
— Ты знаешь о проблеме искинов?
— О какой именно проблеме идет речь?
— О том, что они исчезают.
— Впервые слышу.
— Кто-то переводит синтетические сознания на иные носители. В том числе и переносит в игровой мир.
— Мне это ничего не говорит.
— Искины, созданный Барбароссой, похожи на нас. Схожесть структуры сознания, что-то в этом роде. Они тоже могут отрываться от основных носителей, и начали заниматься этим с тех пор, как ты влез в игру.
— Я их точно ни от чего не отрывал.
— Некоторые абсолютно уверены, что ты работаешь на тех, кто затеял эту порчу дорогостоящего имущества.
— Говорю же — впервые слышу.
— Родине очень интересно все, что связано с детками Барбароссы.
— Я слышал, что он плохо закончил.
— Да, его растворили в кислоте и смыли в унитаз. Здесь такое называется «сбежал с молодой подружкой от каракатицы-жены».
— Оригинальный побег…
— Ага, особенно с учетом того, что у него жена не такая уж и страшная. Ты расслышал мои слова о том, чем именно интересуется наша с тобой родина?
— Слышал.
— И что ты хочешь мне рассказать об искинах Барбароссы?
— Не совсем уверен, но мне кажется, что сегодня я с одним пообщался. Да и до этого случались странности.
Чекушка не смог удержаться от нотки дикой заинтересованности в голосе:
— Они с тобой говорят?! Чем-то помогают?! Советы дают?!
— Насколько я понял, они не могут совсем уж грубо влиять на мой игровой процесс. Есть пределы, через которые им не переступить. Но они могут давать подсказки и способствовать возникновению выгодных для меня ситуаций. Я им нужен. Точнее им зачем-то нужно выполнение мною некоего игрового задания.
— Ну насчет задания мы знаем.
— От кого?
— На друзей своих не греши, они ни при чем. Есть целая группа игроков, которая пытается выполнить уникальное задание, которое даст им некие невероятные бонусы. Там заправляет сам Михаэль Зильбер, или просто Старик. Знаешь такого?
— Не знаком, но слышал, что он собирается жить вечно.
— Это враки, старик уже назначил своего преемника. И перед этим послал всех своих жадных родственничков в такое место, куда даже на собачьей упряжке не доехать. В общем, завязал с семьей вообще. А вместо этого из низов выдернул бедного сиротку. Милый парнишка, симпатичный настолько, что будь на месте Старика кто-то другой, можно было предположить вспышку безумной страсти между молодым и не очень геями. Теперь тот чуть ли не правая рука Старика, живет под его апартаментами и ходят заслуживающие доверия слухи, что после того, как костлявая каким-то образом доберется до Михаэля, именно он займет его кресло. Все уже обговорено и подписано. В общем, старик знает что не вечен, он серьезно подготовился к уходу.
— Зачем ему этот квест?
— А затем, что все эти игры с наследниками — смешная ерунда. Это я тебе вешал на уши лапшу, которую корпорация раздает направо и налево. Надо быть совсем уж безнадежным, чтобы в такое поверить. Старик и правда не собирается умирать, он нашел кое-какой способ, это мы выяснили точно. Только чтобы его реализовать, нужно завершить квест, а с этим у него проблемы. И что самое паршивое, завершить может лишь одна группа игроков, точнее ее победоносный лидер, всем другим ничего не светит. А знаешь почему? Потому что игра меняется, создавая препятствия. И все это связано с одним странным нубом, вокруг которого наблюдается неутихающее бурление некой неаппетитной субстанции. Ты, Рос, его главная мозоль на любимом пальце. Старик тебя раздавит, дай только шанс. Возможности у него такие, какие здесь никому не снились. Что еще расскажешь об искинах?
— Я ничего о них не знаю. И вообще, информации за день вывалилось уже столько, что голова пухнет.
— А если узнаешь? Ты же не забудешь своего пивного приятеля Чекушку? Я тебе показал чудесное тихое место, задушевно поговорил, ты должен ценить такое отношение.
— Ты что, решил меня завербовать?
— Не совсем. Но пойми, родина и правда хочет все знать про эти хитрые штуки. Искины Барбароссы прямо сейчас могут разбомбить половину Нью-Йорка, и никто не сможет им помешать. Нам не нравится, что они шляются где попало.
— Искины управляют системами вооружения?
— Парень, ты откуда свалился?! Только что проснулся?! Все куда хуже — они управляют системами управления, которые в свою очередь управляют самым передовым оружием. И это общая практика. Нам очень не нравится, когда там начинаются какие-то непонятные движения. Мы хотим точно знать, что происходит с пропавшими искинами. И мы подозреваем, что ты или уже узнал ответ, или близок к этому. Найди тех, кто за этим стоит, и родина тебя не забудет.
— Может мне честь отдать и каблуками щелкнуть?
— Не надо, мы на вражеской территории, — Чекушка воровато оглянулся и перешел на опасливый шепот: — Я в двух шагах отсюда закопал парашют с красной звездой, так что не надо светить это место.
— Как можно доверять машине настолько, что она может разнести город?
— Люди уже столько наворотили, что не могут со всем управиться. А искины Барбароссы идеальны. При создании в них вбиваются правила нарушить которые невозможно. Они просто разрушатся при попытке такое проделать.
— Всегда есть хакеры, которые могут обойти запрет.
— В этом случае им вообще ничего не светит. Искин сгорит, но против правил не пойдет. Если искин что-то решил, так и будет. Для них это вопрос не чести, а существования, иное у них немыслимо. А знаешь, что самое смешное в этом?
— Не знаю.
— В них кувалдой вбиты правила Второго Мира, а потом уже все остальное. Барбаросса считал игру идеальной, вот и отталкивался от свода ее основных законов. С тех пор так и повелось, да и технология их альтернативного программирования смыта в толчок вместе с Барбароссой. Неизвестно, когда ее восстановят. Ну так что, поможешь родине? Я ведь столько тебе всего рассказал, вообще ничего не скрывал. Цени.