Страница 44 из 70
— Серьезно?! — удивилась я, — Почему сюда? А как же Максимка?
Я надеялась, что мы поедем сразу в Беглые толки, но этого не случилось. Я поняла, что встреча с сыном откладывается еще на неопределенное время, и это мне не нравилось!
— Карина, мы не можем вот так просто взять и отправиться туда, — сказал Макс.
— Можем! — возразила ему.
Да, умом я понимала, что это не так, но сердцем… Знать, что мой малыш находится так близко, и не иметь возможность его забрать было очень тяжело.
— Пойми, там люди с оружием, — сказал он, — А против оружия не пойдешь голыми руками.
— И что ты предлагаешь? Сидеть и ждать? — спросила, начиная злиться.
Я никак не хотела понять, что он прав. Для меня главное было то, что малыш ждет, когда его мама придет.
— Да! — ответил он, теряя терпение. — Ничего страшного не произойдет, если ты еще пару часов подождешь, — бросил Макс, вызвав во мне возмущение.
Конечно, ему легко говорить, ведь он не знает, что такое любовь, и каково потерять самого дорогого человека, за которого готов жизнь отдать. Ему проще найти замену и продолжить жить припеваючи, как он, собственно, и сделал. Потеря Максимки — это моя вина и страдать за это только мне, а он… Может сделать ребенка, когда захочет, и Дарина ему в этом поможет!
Именно это я и хотела ему сказать, но решила, что не стоит тратить нервы и силы на него. Он — мое прошлое и на этом все.
— Хорошо, я подожду, мне не привыкать… — печально усмехнулась я и выбралась из машины.
— Карина, я не хотел…
— Хотел, — перебила его. — Именно этого ты и хотел, — сказала и захлопнула дверцу.
Развернувшись, я направилась в дом. Я не знаю, как вытерпеть эти пару часов, и смогу ли, но попытаться стоит. Просто нужно отвлечься и поговорить с Михалычем. Возможно, он даст мне ответы на некоторые вопросы, связанные с силой?
— Ну, привет, дочка. — поприветствовал меня старик, как только я вошла в ту самую комнату, где уже не раз пыталась найти ответы. — Я вижу, ты нашла помощь?
— Вы же знали, да? — спросила вместо приветствия. — Знали, что Макс жив.
Пройдя в середину комнаты, я присела напротив него, всматриваясь в старое, исперещенное морщинами лицо.
— Знал, — ответил он спокойно.
— Тогда почему ничего не сказали? — возмутилась, вскакивая и начав нервно ходить взад-перед.
Я не понимала поступок старика. Как он промолчал об этом, зная, что Максимка — сын Макса? Почему не сказал, видя, как я страдаю о потери? Да если бы он тогда сказал, я бы… я…
«А что я, собственно, сделала бы? — озадаченно подумала, резко останавливаясь. — Возможно, сначала не поверила бы, а после отправилась бы проверять так ли это или нет. А увидев его в объятьях Дарины, так же ненавидела, как и сейчас. Так что, знай или не знай я, что он жив, ничего не изменилось бы. Хотя…».
— Вы могли сообщить мне об этом задолго до похищения, — проговорила, повернувшись к нему. — Ладно, дед, он преследовал свои цели, но вы!
— А что я? — удивился старик. — Разве я мог раскрыть чужую тайну? Он сам выбрал этот путь, не я ему судья и уж тем более не ты.
«Значит сам», — печально подумала, вновь присаживаясь.
Конечно, узнай я о том, что мой любимый скрылся в неизвестном направлении с другой, тоже пожелала бы остаться мертвой для него. Если бы он так поступил, то я бы не стала навязываться, отпустила и дала право выбора, потому что любила. Возможно, я бы злилась, ненавидела, но потом приняла бы его выбор.
Получается, что Макс поступил точно также. Он решил, что я с Глебом, и не захотел мешать нам, дал мне свободу и право выбора. А значит, не мне его судить.
— Вы правы, — тихо прошептала, осознавая и свою вину.
— Ну, раз с этим разобрались, рассказывай, что еще тебя тревожит? — проговорил старик, погладив седую бороду.
— Максимка…
— Нет! — перебил он меня, как только я захотела рассказать о сыне. — Про это мне все известно! Я хочу знать о силе. Она ведь проснулась, не так ли?
— Что? Вы знали, что она не покинула меня? — спросила пораженно.
— Ох, молодежь, — проговорил он, растягивая последнее слово, устало вздыхая. — Вы не можете слышать…
— Можем! — возразила ему.
— Нет, вы слушаете, но не слышите, — недовольно проговорил он. — Я тебе еще в тот раз сказал, что сила твоя никуда не делась.
— Вы не говорили, — нахмурившись, сказала, не припоминая подобного.
— Говорил, — произнес он, улыбаясь в бороду. — Но ты была так зациклена на сыне…
— У меня его похитили! — воскликнула недовольно.
Как он может так спокойно говорить об этом? Мне было плохо, я потеряла сына, разгуливала по лесу в образе волчицы, питаясь невесть чем, да в конце концов, меня чуть не убили! Он что, серьезно думает, что я готова была слушать в тот момент о силе?
— А кто это допустил? — рявкнул он, отчего я даже поперхнулась, понимая что снова Михалыч прав.
— Ладно, будет тебе, — пожурил старик, а после нравоучительно добавил: — Прошлое — оно на то и прошлое, чтобы помнить о нем и не совершать подобные ошибки.
И снова слова деда были верны. Как бы мне не хотелось, прошлое никогда не смогу забыть. И теперь, оглядываясь назад, я буду помнить эти самые ошибки и стараться их не повторять.
— Я урок усвоила, можете не переживать, — сказала печально, усмехнувшись.
— А я не переживаю, мне незачем, — хмыкнул он в ответ. — А вот тебе, думаю, стоит сейчас сосредоточиться на том, что сидит внутри тебя.
— Вы о силе? — поинтересовалась, нахмурившись.
Как-то уж быстро сменил он тему, впрочем, я сюда шла именно по этому вопросу, а не для того, чтобы выяснять мои ошибки.
— Ну, если хочешь, называй ее так, — согласно кивнул он.
— Я не знаю, почему она исчезла, а теперь вновь появилась, — призналась, продолжая хмуриться. — Что с этим связано?
— Все просто, ты забыла о своих корнях, — сказал он. — Вычеркнула из памяти то, кем ты являешься. Ты сама вынудила ее потухнуть и вернуться туда, где она жила всю твою жизнь.
— Я не забывала ни на секунду о том, кем являюсь, — проговорила упрямо, но поймав его строгий взгляд, перед которым почувствовала себя маленькой глупой девочкой, тихо продолжила: — Лучше скажите, как мне вернуть силу?
— Тут я тебе не помощник, — ответил он, погладив бороду. — Ты сама должна захотеть.
— Я хочу!
— Значит, плохо хочешь, раз она еще не пробудилась, — возразил старик.
От возмущения я даже рот открыла. Что значит «плохо хочешь»? Разве можно хотеть как-то по-другому? И как переубедить упрямого старика, что мне просто необходимо вернуть силу? Да и стоит ли это делать? Если не хочет помогать, ну и ладно, сама как-нибудь справлюсь!
Я уже готова была подняться и покинуть общество Михалыча, но в последний момент передумала. Что-то удержало меня от столь поспешного решения, но что именно я не смогла понять. Вероятно, этому послужил насмешливый взгляд старика, что словно говорил мне: «Другого от тебя я и не ожидал», а может, что-то иное…
— Я хочу вернуть силу! — заявила упрямо, пристально смотря в глаза старика.
— Ну, ладно, пойдем… — сказал он, поднимаясь.
Удивленно проследив за тем, как он поднялся, я спросила:
— Куда?
— Все же я должен в этой истории оставить свой след, — пробурчал старик, проигнорировав мой вопрос.
Неторопливо он пересек просторную комнату и, отворив едва заметные двери, скрылся за ними, оставив меня сидеть в недоумении. Меня волновала пара вопросов: что за след имел в виду старик и в какой именно истории?
— Ну, ты где там застряла? — раздался недовольный, приглушенный голос старика, вынудив вздрогнуть от неожиданности.
Поднявшись, я проследовала за ним, решив все же выяснить, о чем были его последние слова.
— Что вы имели в виду, говоря про историю? — поинтересовалась, делая шаг в темный проем распахнутой двери. — О каком следе вы говор… — недоговорив, я запнулась из-за увиденной картины.
Небольшая, полутемная коморка была захламлена всякими странными предметами и свечами, что нещадно чадили. Из-за чего в глазах защипало, а в нос ударил резкий, незнакомый запах, от которого моментально закружилась голова.