Проклятие чёрного единорога. Часть первая

6. Страна вечного лета

И сказал им Единый Создатель: «Во веки веков будете вы здоровы и счастливы, ибо неизменное лето дарую Я вам. И не узнаете вы ни недугов, ни голода, пока силы ваши будут направлены в труд и на благо, но не друг против друга.

Тех же, кто ослушается Моего Закона, настигнет злой рок. Падут на их головы невзгоды и несчастья страшные.

«Легенды Энсолорадо»

Для девочки, ни разу не выходившей за стены города, Леилэ быстро привыкла к странствиям. Она засыпала под открытым небом, мылась и стирала в холодных ручьях. А питалась в основном тем, что удавалось добыть собственными руками.

Мат Яти'Миэ̀ Мертэ̀за — таково было полное имя эльфа — был отнюдь не таким миролюбивым, как говорилось об эльфах в старых сказках. Мужчина частенько приносил к их костру убитых животных.

— В природе есть свои Законы, — объяснял он за приготовлением еды. — Законы Единого распространяются на весь наш мир Сия.

Леилэ держала за ноги крупную заячью тушку, а эльф, аккуратно подрезая ножом места соединения кожи и мяса, стягивал шкурку сверху вниз, будто чулок.

— Закон первый, — сказал он. — Мир наполняет бесчисленное множество рек и ручьёв, по которым течёт сила жизни.

Несколькими ударами ножа Мат Миэ отсёк заячью голову.

— Сила жизни — это кровь? — спросила Леилэ, заворожённо наблюдая за тем, как стекает в чашу густая тёмно-алая жидкость.

— Кровь, но наполняющая не только твоё тело, — мужчина указал остриём ножа ей в грудь, — но и всё вокруг! Это вѝтали. Она, как и кровь, должна беспрепятственно циркулировать: в земле, в воде и в воздухе, от одного существа к другому, от рождения к умиранию…

К тому времени, как эльф закончил с тушкой зайца, подоспели и угли в костре. Мужчина поворошил их и, отодвинув чуть в сторону парочку ещё горящих поленьев, установил вертел с мясом над огнём.

— Витали можно почуять, как запах, — продолжил он. — К примеру, лисы чуют запах плохой витали, поэтому убивают самых слабых зайцев. Кому-то, кто вырос во дворце, — Мат криво усмехнулся, — это может показаться жестоким… Но благодаря жестокости лис заячий род становится сильнее.

— И ты тоже чуешь запах витали, верно? — уточнила Леилэ, с удовольствием вдыхая аромат поджаривающегося мяса.

Эльф лишь хитро прищурился и продолжил:

— Кроме запаха, у витали есть и мелодия. Она различается у эльфов и людей, у лесов и городов. Если петь созвучно этой мелодии, то песня всегда будет радовать слушателя и…

— …А если фальшивить? — взволнованно перебила его Леилэ.

— То попрячутся не только люди и эльфы, но даже грибы и ягоды, — пошутил эльф.

Девочка от души расхохоталась, живо представив себе эту картинку.

— Закон второй, — строго оборвал её веселье Мат Миэ. — Будь ты травоядное животное или хищник, помни: на всех найдётся свой охотник! Эльфы называют его сьѝдам. Или вена̀тор — на древнем языке. Охотник необходим всем живым существам, в том числе и самому охотнику. Сьидам следит за чистотой витали.

— Сьидам чуют как волки? — вновь задала вопрос девочка.

— …Или лисы, или любые другие хищники, — ответил эльф. — Горе тем, кто лишился своего охотника. Род, в котором нарушено естественное течение силы, неизбежно обречён на болезни, вырождение и забвение.

— А я смогу научиться слышать мелодию витали и чуять её запах? — поинтересовалась Леилэ.

— Кое-что ты уже умеешь, — улыбнулся Мат Миэ. — Иначе я бы не стал тратить на тебя своё время…

Девочка не до конца понимала, что именно имеет в виду её наставник. Русла, о которых он говорил, были невидимыми. А охотниками эльф называл не только себя или волков, но и болезни, войну и зиму.

Мат Миэ не носил с собой видимого оружия: ни лука за плечами, ни меча за поясом. Однако его одежда была полна потайных карманов и ремешков, в которых он прятал метательные ножи и дротики для духовой трубки. На виду Мат хранил лишь две флейты, одна из которых предназначалась не для музыки.

«Мы там, где нужны, — любил повторять эльф. — Истинного охотника ведут сами дороги. Куда бы он ни шёл, он всегда оказывается там, где должен быть».

А оказалась девочка в Энсолора̀до — в Стране вечного лета.

И в самом деле, погода здесь почти не менялась. Иногда Мат называл страну Единым королевством. Он рассказывал, что многие столетия назад разрозненные королевства Семи Ветров объединились под властью могучего короля и его жестокого волшебника.

На севере материка, за цепью великих гор А̀ркха, простирающихся от востока и до запада, лежали другие страны. Хребты Аркха и суровые зимы представляли непреодолимую преграду для завоевателей. Никакие короли и волшебники не решались покушаться на Северные земли, и поэтому их называли Свободными королевствами.

Эльф и девочка путешествовали по Энсолорадо. Они шли вдоль Белого моря, лесами и полями, проходили города и деревни, нигде не задерживаясь больше чем на день, никогда не ночуя на постоялых дворах и не питаясь в тавернах. Только один раз Мат Миэ провёл Леилэ по торговым рядам в людских кварталах, чтобы подобрать своей ученице необходимые в пути вещи и заменить её обноски удобной мальчишеской одеждой.

Новый мир завораживал, восхищал и пугал Леилэ. Его жители не были похожи на людей, которых девочка знала по родному миру. Они были злее и одновременно веселее, они много разговаривали и причудливо пахли.

Впрочем, то же самое Леилэ стала замечать и за собой. Хотя её внешность не изменилась — как девочка могла убедиться, добравшись до зеркальца, — чувство свободы повлияло на её характер. Самое главное, чему научилась Леилэ, — это громко смеяться.

Помимо людей Энсолорадо населяли самые разнообразные создания. На большой дороге человека запросто могли ограбить и даже убить, а в лесу — ещё и съесть. Чтобы жить в этом мире, нужно было выучить традиции и повадки его обитателей. Ученица схватывала всё буквально на лету, ведь каждое новое знание приводило Леилэ в восторг.

Мат учил её приёмам, которые позволяли девочке чувствовать себя в безопасности как в диких лесах, так и в шумных городах. Эльф объяснял ей, в какое время суток можно безбоязненно ходить по заповедным пущам, а когда нужно спрятаться; где это сделать — и как поступить, если укрыться негде. Он рассказывал, как не обидеть леших и кикимор, как почтить водяных и полевых, как избежать столкновения с нечистью в полдень или в полночь.