Страница 74 из 137
3 Возвращение Дженны
Новый день радовал хорошей погодой. Ночные песни лягушек смолкали, и в кустарниках черёмухи, усыпанных белыми бутонами, уже заливались птицы. В утреннем свете воды Кенаш стали изумрудно-синими — под цвет буйно цветущих в них водорослей альба̀стри. Между широкими листьями кувшинок плескалась рыба, взбивая на волнах солнечные блики.
Весеннее половодье залило пересохшие протоки и мели, щедро напоило старицы реки. Сюда же, сторонясь разбушевавшегося теченья и мутной воды, устремилась и самая разнообразная рыба. Как известно, весенняя рыба — самая вкусная. Хорошо клевали карповые: жирная Abramis brama, а иногда попадалась и зубастая Esox lucius[7].
За невозможностью охотиться в Эльмха'рамейдской пущи путники довольствовались тем, что посылала река. В ожидании Дженны они успели накоптить добрый запас речного мяса и насквозь пропахнуть рыбой да синими водорослями, которые кашевар Трох Картриф добавлял без разбору: и в каши, и в супы, и даже в чай.
Тролль пристально оглядел физиономию в маленьком зеркальце. Держа его в одной руке, а в другой — острую бритву, он поджал верхнюю губу, натягивая кожу над ней, и, поставив лезвие под углом, аккуратно провёл от центра к краю. Когда последние рыжие волоски щетины на щеках и под носом исчезли, на лице Гвирдра Драйгра осталась лишь треугольная бородка. Мужчина плеснул на голову и на плечи холодной водицы и довольно рыкнул.
Последнее время его спутники стали пренебрегать утренними процедурами: ожидание и бездействие угнетало их, делая рассеянными и ленивыми, но тролль сдаваться не собирался. «Дисциплина — прежде всего», как говорил его знаменитый предок — ка-пакайский купец и мореплаватель Я̀лка Ѝза Драйгр Красная Борода, избороздивший на своём «Лихом Ветре» все пять океанов, включая Бескрайние воды. Тролльский капитан бо̀льшую часть жизни проводил на палубе корабля, но неизменно его голова и лицо были чисто выбриты[8], а клыки не уступали в блеске снегам на пиках Ва̀лькольн Койр.
Аккуратность и чистоплотность — неделимые части хороших манер. Эти манеры, наряду с чувством юмора, помогли Ялке Иза укрепить торговые связи между Северным и Южным материками.
Даже жестокосердечные жители Добура были рады заключить союз с королевством троллей. Их страна славилась не только благодаря питательной Solánum tuberósum[9] и сладкому Theobroma cacao[10], но и тому, что на её территориях до сих времён зверствовали работорговцы. Хотя их и объявили вне закона, но монеты вирджи в Добуре сохранили своё название с древнейших дней, когда официальной высшей ценностью было не золото, а вирджинии — девственницы.
— Я нашёл нам корабль! — раздался за спиной тролля голос Григо Вага. — Его капитан согласился перевезти вашу телегу до гиатайнских земель.
— Угу, — безразлично кивнул тролль.
— Или вы собираетесь сделать из неё плот, сменять сухопутных коней на водяных и плыть через запретные леса к проливу Снов? — язвительно поинтересовался мракоборец.
— Это всё хорошо, но мы обещали Дженне не уходить без неё, — напомнил ему книжник. — Идея же моего коллеги по поводу плота и пролива Снов имеет в основе своей сомнительные умозаключения. Боюсь, что Трох всё чаще бредит наяву…
— После нашествия кадаверов бо̀льшая часть кораблей Кривхайна покинула Сиях, — настойчиво произнёс Григо Вага. — А тех немногих, что ещё остались, прочь гонит смрад… Это может быть наша последняя возможность уплыть по реке, а не тащиться обратно через Каахьель!
— Тоже мне напасть, — усмехнулся Гвирдр Драйгр, покосившись на мракоборца. — Да твоя небритая физиономия, юноша, будет куда страшнее…
— Ну хорошо, — понурился Григо, смущённо поправляя очки на носу. — Есть ещё одна причина плыть именно на этом корабле. Но о ней я хотел бы сообщить вам обоим…
— Заинтриговал… — книжник зевнул.
— Тебе и Троху — вам, как учёным, это будет интересно! — заверил его мракоборец.
— В таком случае дождёмся моего коллегу, — ответил тролль. — Трох обещал принести на завтрак что-то кроме рыбы…
Он последний раз глянул в зеркало и, сложив бритву, убрал туалетные принадлежности в мешочек. Выпрямившись во весь рост, наследник семьи Драйгр улыбнулся утреннему солнышку, продемонстрировав блистательные клыки, и потёр зелёное пузо. В его недрах что-то взвыло, словно голодный волк.
Мракоборец на всякий случай сделал шаг в сторону. В детстве нянечка пугала его сказками, где тролли ели непослушных ребятишек на завтрак. Последнее время те страшные истории всплывали в его памяти всё чаще. Книготорговцы постоянно ссорились друг с другом. Рыкающий тролль выглядел чуть менее жутко, чем рассвирепевший медведь.
Григо стал плохо спать, пугался каждого шороха и уже всерьёз подумывал оставить нелюдей. Причин тому было немало. С тех пор как на лагерь кривхайнцев напали кадаверы, страшные картины не покидали воображения юноши.
Происходящее книжники наблюдали издалека. Их защищал ручей да монашеские ауры. Но ничто не могло оградить их от звона стали и истошных воплей. К Сиях пришли не только мертвецы Каахьеля. Неведомая сила подняла на ноги и тех убитых, что ждали часа ритуального сожжения на границе леса. Живым пришлось сражаться со своими недавними соратниками.
Люди одержали победу. Но на следующий же день в лагере начались сборы в обратный путь. Кривхайнцы предали огню павших — спешно и всех одним махом. Воняло так, что мракоборец пообещал себе никогда больше не употреблять в пищу жареного мяса. Затем они уплыли восвояси. На плато остались лишь самые отчаянные золотоискатели да свободные воины с Дальнего Севера. Они перешли Смрадную реку и обосновались у подножия горы Туй.
Григо Вага, интересовавшийся жизнью северян, иногда наведывался в их лагерь. Некоторые воины видели его вместе с «принцессой драконов», как они прозвали Дженну, и им не терпелось узнать о таинственной деве. Благодаря таланту рассказчика, мракоборец быстро подружился с наёмниками. Воинам нравилось слушать его истории. В отличие от учёных они не перебивали и не заканчивали фразы за Григо Вага, не критиковали стиль изложения и не смеялись над поучительными моралями.