Алхимик 1-5

Глава 22

С невнятным криком я скакнул вперед, удерживая перед собой меч острием вперед. Понимал, промедлю секунду – и пышущий злобой алхимик настругает из бывшего ученичка поленницу дров.

Фехтовальщик из меня аховый, знал, что надо рубить и колоть. Таким незамысловатым набором ограничивались мои познания в сфере владения холодным оружием. Ну и махать еще немного умел. Тут главное – себе что-нибудь не отрезать жизненно важное, стараясь держать блестящее лезвие подальше от собственной тушки. А так основная цель довольно проста – попасть по врагу.

Вот с этим и возникли проблемы.

Добраться до скалящегося волшебника с одного прыжка не удалось. Поганец с какой-то ленцой приподнял правую руку (левая удерживала свиток) и резко повел кистью вниз.

На моем пути вспыхнула ослепительная решетка, сотканная из пучков белого света. Или паутина, трудно понять. В любом случае, летя в эту штуку, я как-то живо представил, что сейчас в ней завязну и опять не смогу шевельнуться.

Однако этого не произошло, клинок легко рассек висящую в воздухе магическую конструкцию, только обрывки полупрозрачных нитей брызнули в стороны.

Пожалуй, впервые физиономия Гренвира украсилась выражением озадаченности. Когда я освободился, он удивился, но вроде не очень сильно, а вот сейчас выглядел действительно ошарашенным.

Не ожидал, падлюка, что призрачный меч разорвет его творение.

Надо отдать старику должное, застывать столбом, изображая памятник изумлению, он не стал. Я уже почти до него дотянулся, уже почти ощущал давление на рукоять, представляя, как вспарываю брюхо бывшему наставнику, как тот вдруг ловко качнулся вбок, уходя от моего разящего выпада.

Хоп. Поворот – и вот уже навстречу мне летит ребро морщинистой ладони, метя в район шеи.

Каратист хренов… Почему-то не возникало сомнений, если попадет, то сломает мне шею, перешибет как тростинку.

Я испуганно отшатнулся назад, не глядя махнул перед собой клинком, вынуждая в свою очередь противника уворачиваться. Следом пригнулся, избегая встречи с выстрелившей вперед сухопарой рукой, нацелившейся на этот раз мне прямо в голову.

Еще один удар наугад, лишь бы отогнать взбесившегося пенсионера-ушуиста.

Как, черт возьми, он умудрялся так быстро двигаться в своем мешковатом балахоне? Прыгал, как молодой козлик, давая фору иным профессиональным бойцам. И все это удерживая в одной руке свиток и старательно следя, чтобы рисунок на полу не повредился.

Наверное, из-за этого снова не рисковал использовать магию, боялся, зараза, что его драгоценная пентаграмма будет нарушена.

Хм-м, а это идея. Достать шустрого старикана так и не удавалось, сколько ни махал мечом, тогда почему бы не помешать ему другим способом? Например, с удовольствием потоптавшись на дурацких рисунках. Авось что-нибудь сотру важное. Что и сделал, логично предположив, что терять мне в общем-то нечего.

Точнее, попытался сделать, мою задумку алхимик раскусил на раз, завертелся юлой, взорвался шквалом ударов и выпадов, вынуждая пятиться задом подальше от центра зала.

Нет, ну это просто уже невозможно. Где он так драться научился, скажите на милость? Я с зачарованным клинком и отступаю, а этот доморощенный Брюс Ли рвет меня буквально голыми руками.

Уточнение – одной рукой, в другой все так же зажат свиток.

Я взмок. Вроде прошло меньше минуты, а упарился так, будто весь день ведрами воду таскал на четвертый этаж. А у Гренвира и капельки пота не видать, морда сухая, лишь приняла крайне сосредоточенное выражение.

Сначала я не понял, что помогало мне практически на равных биться с озверевшим волшебником (конечно, сильно сказано – на равных, не убил пока и ладно, ни о каком равенстве говорить не приходилось, старик полностью доминировал, давил, и давил сильно), но вскоре сообразил, что силы мне давал подарок божка. Он-то меня и освободил из хвата магического кокона.

Каким-то странным образом призрачный меч не только порвал оковы, но и впитал всю мощь, что разлилась вокруг после освобождения. Плетение лопнуло и высвободило энергию, которую на манер хорошего пылесоса всосало в себя эфирное оружие.

Именно благодаря ему я еще держался, а не лежал на полу со сломанной шеей. Меч помогал, подсказывал, вливая силу через рукоять, придавая ускорение и серьезно увеличивая выносливость.

Без него я давно бы уже сдох, больно уж разница в боевых навыках оказалась несоразмерна между бывшими учителем и учеником.

И все равно дисбаланс оставался. Не подавляющим, отдавая победу более сильному сразу без боя, но и не таким, что можно надеяться выйти из зала живым.

Гренвир твердо нацелился прикончить меня и принялся осуществлять задуманное на практике с упорством механического бура. Стало ясно, что еще минута-другая, и поединок будет закончен. Надо срочно что-то делать. Вопрос только, что? В голову ничего не приходило.

В какой-то момент мы принялись двигаться по окружности, старик теснил, стараясь прижать прыткого подмастерья к стене, чтобы одним ударом завершить схватку. Я в свою очередь скользил назад, в основном уворачиваясь от мелькавшей перед глазами худощавой конечности, воспринимаемой сейчас не иначе как рассерженной змеей.

Достать верткого старика уже не пытался, отмахивался наугад, опасаясь, что ловкий пенсионер каким-нибудь хитрым приемом ударит по кисти и выбьет мое единственное средство обороны.

Незаметно в мышцах поселилась усталость, двигаться становилось все тяжелее, дыхание сбилось, по лбу градом катился пот.

Вдруг что-то ударило в плечо сзади, тело качнуло, и только после этого вспыхнула боль. Боковым зрением заметил, как из стены выскочил длинный шип, вонзился в плечо и нырнул обратно. Еще два метили в грудь и бедро, к счастью, именно в этот миг я сделал шаг, оказавшись вне досягаемости от ожившей поверхности неровных камней.

Гренвир стоял, приложив к стене руку. Проклятье! Магичит, паршивец. Я резво прыгнул вперед, надеясь поймать его на контратаке.

Не вышло. Алхимик проворно качнулся маятником, уходя из зоны поражения клинком. Чтобы спустя секунды тут же самому перейти в наступление, пытаясь если и не завладеть оружием, то хотя бы сместить фокус атаки против себя.

– Сволочь! – с ненавистью выдохнул я, уже порядком запарившись.

Бойкой резвости старика можно лишь позавидовать. Такая прыть не у всех молодых, не то что разменявшего вторую сотню лет.

Алхимик молчал, не реагируя на оскорбление. Молча давил, стремясь поскорее закончить стычку.

– Безгармараааа! – заорал вдруг позабытый за последними хлопотами божок.

Так уж получилось, что, кружась напротив друг друга, мы подошли слишком близко к его обиталищу. Аквариум очутился за моей спиной в паре метров, около трех с половиной оставалось до плавно скользящего по каменным плитам Гренвира.

Волшебник вздрогнул, левая рука инстинктивно дернулась вверх, трогая лицо. Я как последний кретин проворонил удачно подвернувшуюся возможность и, вместо того чтобы врезать по синей фигуре, усыпанной письменами, остановился, не понимая, что происходит.

Что поделать, воин из меня тот еще.

Оказалось, Йогар-гал решил не оставаться в стороне от схватки и поучаствовать в общем веселье. А так как ограничения по нахождению в аквариуме никуда не делись, то пришлось иномировой сущности использовать что есть по рукой.

Короче говоря, он плюнул в алхимика. Смачно так плюнул. Да что там, харкнул от души, точнехонько попав тому в харю. Вот последний и тормознул, вытирая с лица сгусток прилетевших слюней и соплей.