Страница 54 из 62
Мама по-прежнему молчала, но перестала раскачиваться в кресле. Теперь она наблюдала за наемниками со странным блеском в глазах.
- Он в сарае. Я скоро вернусь, - я посмотрел на Эллу, но она разглядывала свои ботинки. Я бросилась бежать.
В амбаре отец сидел за верстаком и тщательно смазывал запасной арбалет. Его лицо осунулось, и он выглядел таким старым в слабых лучах света, льющегося через пыльные окна, что у меня заныло сердце. Услышав, как открылась дверь, он поднял глаза, и на его лице тут же расцвела надежда.
- Отец, здесь капитан Эдит. Она говорит, что будет лучше, если ты присоединишься к нам за новостями.
Когда мы вернулись, Эдит стояла, прислонившись к дверному косяку, ведущему на кухню, ее поза была обманчиво небрежной. Элла стояла рядом с матерью, уставившись в пол. Когда дверь в кухню закрылась за нами, мама наконец встала и подошла к мужу.
Прежде чем заговорить, Эдит посмотрела родителям прямо в глаза. Ее низкий голос странно заполнил тишину, и я вздрогнула.
- Винифред, Рейнард, рада снова видеть вас. Мне жаль, что так получилось при таких обстоятельствах. То, что я хочу сказать... не доставляет мне удовольствия. Вы все приветствовали меня и мою дочь.
Родители ничего не сказали. Мое сердце сжалось в груди, а дыхание застряло в горле. Майкл был ранен. Майкл был убит. Майкла похитили или...
- Майкл напал на девушку Бет. У меня есть доказательства этого, а также свидетель… сама жертва. Она проснулась, и наш целитель вылечил ей челюсть, чтобы она могла говорить. Сломать ее и ее пальцы... думаю, его мотивом было отвлечение, чтобы выманить моих наемников из вашего города. Он не рассчитывал, что у нас будет целитель.
Мать издала лай, слишком грубый, чтобы его можно было принять за смех.
- И зачем он это сделал? - отец притянул ее к себе.
- Мы считаем, что это он убивал скот.
Вспыхнул спор. Резкие возражения матери то и дело раздавались между отцом и Эдит. Подробности того, о чем они спорили, доходили до меня через что-то похожее на вату, закрывавшую уши. Мой разум метался от одной мысли к другой, соединяя точки, которые я должна была видеть. Близость и время убийств, время, когда Майкл был один. Цветы, окружающие жертв грифона; цветок, подаренный Бет. Грязные ботинки Майкла, когда он еще не был на улице.
Дело Майкла с незнакомцем в темном углу гостиницы. Майкл возле гостиницы, весь в крови Бет. Большой том Майкла в кожаном переплете, который он, казалось, старался скрыть от меня. Расшатанная половица в его комнате, где он разрешал мне прятать конфеты, но больше не подпускал близко. Как грязно было в его комнате, когда мать приезжала в город стирать почти каждый день последние несколько недель. Расшатанная половица. Грязная одежда. Расшатанная половица. Мои мысли прервались. Я медленно попятилась от разговора. Никто не взглянул в мою сторону. Добежав до коридора, я побежала, громко стуча ногами по полу.
В комнате Майкла царил беспорядок. Его кровать была не застелена, а грязная одежда свалена в кучу в центре комнаты. Как могла его одежда остаться немытой после того, как мама столько убирала? Ногой я сдвинула кучу, обнажив тусклое дерево пола. Я опустилась на колени и начала осторожно нажимать на разные части, внимательно прислушиваясь.
- Что ты делаешь? - я подпрыгнула, но не обернулась к Элле. Последняя панель скрипнула.
Я вытащила нож из сапога и вставила его в щель между панелью и следующим куском. Половица осторожно приподнялась, и из темноты под ней я вытащила дневник и стопку разрозненных бумаг. Я вслепую нащупала книгу, но больше ничего не нашла. Я повернулась и села на пол.
- Они все еще занимаются этим на кухне?
- Твой отец начинает слушать, но твоя мать... - я могла сказать, что она смотрит на меня сверху вниз, но не отвела глаз от своего открытия. - Она плачет. С тобой все в порядке?
- Нет, - сначала я просмотрела свободные страницы, но они не имели смысла. Я начала листать дневник.
- Я знаю, что это неожиданно. Если бы у меня была хоть малейшая зацепка прошлой ночью, я бы сказала тебе. Я рассказала маме о наших планах. Сегодня утром Бет проснулась рано. Все просто рухнуло. Мы не знаем, зачем он это сделал. Вот что не имеет смысла.
Я чувствовала себя больной. Я протянула ей бумаги, пролистывая до конца дневника. Страницы были забиты каракулями Майкла. Диаграммы и маркированные списки перемежались абзацами заметок. Я поднесла книгу к лицу, чтобы лучше читать.
Элла что-то пробормотала себе под нос, читая то, что я ей дала, и вдруг остановилась. Рука, держащая бумаги, опустилась.
- Я не могу читать это правильно, - она помахала передо мной бумагами. - Это безумие.
- Да, - я согласилась, во рту пересохло. Это было так. В записях Майкла подробно описывалась процедура. Мастер Ноланд дал ему книгу, в которой перечислялись методы, необходимые для обуздания разума другого существа. В частности, Майкл изменил его, чтобы применить к грифону. Мастер Ноланд намекал, что это возможно. Посредством кровавых жертвоприношений и жертвоприношений намеченной цели, Майкл верил, что сможет командовать одним из великих зверей гор. Его последние записи в журнале ссылаются на конкретного зверя, он вызвал Зеха. Это была самка грифона с телом снежного барса, крыльями и головой снежной совы. Она молода, податлива, отметил Майкл. За последние пять месяцев он заманил Зеха вниз по горе сердцами животных. Сначала с приношениями диких зверей, потом домашних… кур, потом свиней, потом крупного рогатого скота и овец.
Я чувствовала себя опустошенной. Где была моя голова? Были моменты, которые должны были меня просветить. В то утро, когда овцы пропали без вести, сапоги Майкла были уже в грязи, когда он вышел на улицу. Мне казалось странным, сколько крови было на нем в ночь нападения на Бет, но я не хотела этого видеть. Я знала, что Майкл что-то скрывает от меня в последнее время. Я знала, что что-то не так, но не следовала своим инстинктам. Я слишком боялась, если буду давить на него слишком сильно, то потеряю.
Элла присела рядом и положила руку мне на плечо.
- Мы должны отдать их моей матери и твоим родителям. Твой брат опасен, Тайрин.
- Мой брат в опасности, - возразила я резким шепотом. - Если грифон не съест его, деревня сожжет его. Этот список... - я указала дрожащим пальцем на правую сторону дневника. - В нем говорится, что грифон должен поглотить человеческое сердце и часть его, чтобы ритуал был завершен.
Сидя среди беспорядка в комнате Майкла, я дала носу время привыкнуть к нему; наконец, я уловила медный запах, который пронизывал все вокруг. Отложив дневник, я потянулась влево и перевернула стопку одежды Майкла. Я задохнулась от собственного шока. Быстрый вдох Эллы перешел в шипение. Нижний слой одежды был заляпан коричневой засохшей кровью.
Я перевернула стопку, подтянула колени к груди и на мгновение прижалась к ним лбом. Я медленно вдохнула через нос и выдохнула через рот. Как Най, когда пыталась успокоиться. Было трудно дышать. Думать было трудно. Теплая рука Эллы, как якорь, не давала мне уплыть.
Когда я подняла глаза, Элла убрала волосы с моего лица.
- Что ты хочешь, чтобы мы сделали?
Мое сердце остановилось, а затем ударилось о грудь, и я всмотрелась в ее лицо. Ее выражение было свирепым и вызывающим. Она была моей подругой, и она не разделяла веру города в то, что несчастье нужно спалить дотла. Возможно ли, что она сделает то, о чем я хочу ее попросить?
- Я должна спасти его. От него самого и от города. С ним что-то не так.
- Но... - Элла прикусила губу. - Он все равно это сделал, Тайрин. Он должен предстать перед судом. Именно поэтому я здесь.
- Это я знаю, - я быстро накрыла ее руки своими. - Думаю, что человек, который проезжал через город несколько месяцев назад, каким-то образом отравил его разум. Город не захочет вылечить его от того, что его мучает. Они захотят сжечь его. Они будут правы, - поспешно сказала я. - Но я не могу позволить этому случиться. Если я доберусь до него первой, возможно, я смогу заставить его понять причину. Мы можем отвезти его в столицу, чтобы там его судили, а не сожгли. Может быть, мы даже сможем свершить правосудие над человеком, действительно ответственным за все это.