Тленный мир

- Все, все я проснулся. Хорош уже меня дергать Херон! – Не стерпев более такой интенсивной тряски повысил голос.

- Ну вы и испугали меня господин, вас не было нигде уже более десяти часов. – И вправду, только сейчас заметил, что за окном было довольно темно, а Херон сейчас стоит с подсвечником на руках, где вместо привычной свечи из парафина там было какой-то странный светящийся цилиндр. – А, это. Так это ж магическая свеча. – Заметив мой долгий взгляд объяснил тот поглаживая себе затылок. – Мы с моей женой затарились сегодня на славу, даже мебель доставили и уже установили все по своим местам, а вас нигде не было, вот и обыскался вас, а вы оказывается здесь, прямо на полу и задремали.

Осмотрелся по сторонам, но с удивлением заметил, что пентаграммы на полу уже не было видно. Прислушался в свои чувства, все было по-прежнему, ничего особенного не почувствовал, кроме как сильного голода, который сразу же предательски дал о себе вспомнить жалобно и протяжно заурчав в районе живота. В остальном не заметил никаких изменений, все было по-прежнему.

- Господин, моя жена давно приготовила вам ужин, пойдемте господин Витор. – Херон подал мне свое лапище и потянул меня вперед, резво поставив на ноги.

Мой стражник не соврал, они с женой заполнили особняк всем необходимым. Еще утром пустое комнаты и коридоры особняка сейчас были уютно обустроены, красивые занавески закрывали широкие окна, дорогие ковры устилали коридоры и все комнаты, везде горели магические свечи, а шикарная мебель из красного дерева и ореха с дубовыми украшивали все стены особняка, источая чудесный древесный аромат, витающий сейчас везде вокруг меня.

На первом этаже - в трапезной меня ждал просто шикарный ужин, можно сказать даже царский. Жареный поросенок с острым соусом, красная тушеная рыба, мясная похлебка и салаты с неизвестными мне овощами и как вишенка на торте в кувшинчике было очень ароматное красное вино, от чего я никак не мог отказаться, не в моих силах. Да я думал о том, что моему телу пока что не стоит налегать на алкоголь, но вспомнив свои школьные годы быстро откинул такие мысли, ведь в те далекие годы мы со школьными друзами ни то что вино выпивали, а прямо из горлышка хлестали отцовский самого, где было, по-моему, градусов так не меньше пятидесяти, если только не больше.

По правилам этикета, простолюдины не имели право сидеть за одним столом со своим господином, так что мне было сегодня очень вкусно, но как вы уже, наверное, догадались весьма одиноко. Конечно попытался пригласить Херона за стол, но тот покачал головой.

- Сидеть за одним столом со своим господином это не бывалая роскошь для простолюдина, на походе или на дальней дороге это обычное дело, но в доме у своего господина никто не имеет право порочить трапезу своему господину своим недостойным видом. Если вам что-то понадобиться господин Витор, вы можете позвонит колокол. Приятного аппетита господин Витор. – С этими словами мой стражник поклонился в пояс и оставил меня одного.

Само с собой я не смог съесть все угощения на столе и практически все эти яства остались почти не тронутыми, надеюсь жена Херона не выбросит все эти вкусняшки. Подумав немного об этом отрицательно покачал головой. Это же средневековье, а значит вряд ли кто-то в здравом уме выбросит такую прекрасную еду на улицу, будет сущим грехом.

После плотного ужина решил осмотреть хозяйство во дворе, которые вовремя ужина мычали, рычали и всячески заставляли меня невольно прислушаться на непонятные звуки, исходившие со стороны двора.

Выйдя на улицу первым делом заметил, что на конюшне находились две породистые черные кобылки, а на сарае большая корова с неокрепшим еще теленком, видать недавно родила, за коровой бегали несколько коз, два жирных барана, куры и утки естественно были еще в клетках. За всем этим хозяйством сейчас бегали двое красивых девушек в каких-то рваных лохмотьях, а возле дома для прислуг, прямо на земле сидели два мужика, мальчик лет семи-восьми держал руку высокой женщины, которая сейчас с нескрываемой опаской в глазах смотрела в мою сторону, прижав к себе своего ребенка.

- Господин, это ваши новые рабы. – Те услышав слова Херона встали на обе колени.

Мне, как к представителю развитого и свободного демократического мира такое поведение людей этого мира было, честно говоря не приятно, и я истинно всей душой презирал рабовладельчество и самих этих гнусных работорговцев, но в то же время осознавал, что я чужак на этом мире и должен приспосабливаться к местным реалиям. Если в будущем увижу в них толк, то обязательно освобожу от бремени рабства и пристрою куда ни будь в более достойное место.

- Добрый вечер господа, меня зовут Витор, Витор Гаррисон. Надеюсь вы послужите мне верную службу верой и правдой. А теперь представьте себя, расскажите кем вы были раньше, где жили и как попали в рабство. – Присел в заботливо предоставленный Хероном стул и внимательно начал слушать историю жизни рабов.

Две пятнадцатилетние девушки Ханза и Дона оказалось попали в рабство всего две недели назад, когда на их селение напали магические звери и убили почти всех жителей, а этих двух выживших захватили работорговцы и продали сегодня на невольничьем рынке. Естественно девушки были подавлены чем-то, а синяки и ушиби на их бедрах говорило, что ими хорошенько попользовались работорговцы.

Девушки были ладные, если помыть и продеть они возможно даже дадут фору любой красавице из моего прошлого мира. Даже с уверенностью сказал бы, что они заняли бы призовые места в конкурсах красоты.

Выслушав их рассказ подумав неладное посмотрел на Херона, тот будто ничего не заметив сделал вид, что чем-то сильно занят. Однако я понял почему он купил этих рабынь. Видать подумал о моих забитых трубах, за что конечно ему спасибо, но я пока что не нуждаюсь в женской ласке.

Семья Криса - одного из сидевших на земле мужчин, мальчишки Олафа и женщины Риолы были родом из королевства Гастония. Они попали под кабалу своего хозяина, после чего за неуплату долгов их господин продал всю семью в рабство примерно полгода назад. Было прекрасно видно, как эти люди были измотаны, кости на их телах так и выпирали наружу, словно грозясь порвать туго обтянутые кожи, а от недоедания кожа на их телах имела странный синевато-нездоровый свет, напомнив мне людей, болеющих анорексией.

Самый последний из рабов был похож на маленького китайца, однако среди всех рабов он был самым собранным и мне показалось, что его не смогли сломить все тяготы его несчастной невольничьей судьбы.

- Я Цзянь Ы, попал в рабство два года назад. – С характерным акцентом в конце представился этот мужчина. – Я из далеких земель, что находится за великим восточным морем, попал в плен к имперцам, потом те продали меня гастонцам, а теперь я здесь, стою перед вами. – Цзянь говорил спокойно, даже с неким нескрываемым достоинством, но и не хамил, поймав золотую линию между достоинством и вежливостью.

- Ты не выглядишь как раб. – Захотел проверить этого азиата или как их называют.

- Я был рожден благородным, но мой клан был уничтожен нашими кровными врагами, а меня с позором превратили в этого, - он обвел свои раскинутые руки брезгливым взглядом. – Но я не сломлен, ибо я владею внутренним чи и мой разум всегда будет свободен от мирских забот смертного тела. Хотя мое тело сейчас и находится в рабстве, но мой разум всегда свободен, ибо рожденный в достоинстве никогда не уподобиться ничтожеству. – Все в словах, да и в поведении Цзяня импонировали мне. Он был действительно достойным мужем.

В прошлом мире, в Китае имелись различные мастера, которые твердили о внутренней энергии «Ци», которое на деле оказалось обычной гимнастикой, но мне стало любопытно, что именно подразумевает этот псевдокитаец, когда говорит о «чи», ведь чем черт не шутит, может в этом магическом мире этот «чи» нечто особенное.