Страница 6 из 46
Извинить, поблагодарить, расцеловать — я готова на всё в награду за то, что она избавила меня от общества своей подружки. Но... Должна признать, что меня вновь настораживает вся ситуация в целом. С учётом, что Бонни, двигаясь вдоль коридора, склонилась к Додсон и что-то горячо ей выговаривает.
Впрочем, нужно вернуться к работе и, наконец, отобрать единственное фото для статьи Поли, чтобы больше не вспоминать о чёртовом Лейне.
Вот только он сам и не думает прекращать напоминать мне о себе...
Начнём с того, что я нахожу в своём шкафчике романтическую записку. Слащавая цитата неизвестного мне автора и самоуверенная приписка от Лейна. Такая глупость. Но такая милая, что я против воли улыбаюсь.
Дальше, Томи Браун на уроке литературы, на которую мы ходим вместе, передаёт мне плитку шоколада от своего друга. Внутри обёртки я нахожу клочок бумаги с вопросом о свидании. Удручённо качаю головой — это же как нужно было постараться, чтобы оставить записку внутри запакованной шоколадки...
Но, Господи, почему?
С чего вдруг такой интерес ко мне?
Мне не нужно ничего такого. Мне не до свиданий, не до романтических записок и уж тем более, не до отношений. Сейчас мне важно сосредоточится на поступлении в КелАрт*, это моя единственная мечта, цель, сама жизнь!
А прочих волнений и тревог мне и так хватает.
Но откуда это знать несносному Ронни Лейну, верно?
В конце дня он застаёт меня в одиночестве на месте миссис Вонг в приёмной директора. Облокачивается на стойку и широко улыбается. И что-то такое есть в этой его дерзкой улыбке... Что-то, что приятно отзывается в сердце.
Но я не подаю вида.
— Опять нагоняешь интригу, Лейн? — смотрю я на него исподлобья.
— Не угадала, — хмыкает он. — Теперь этим занимаешься ты, Коллинз.
— Что ты имеешь ввиду? — невинно интересуюсь я.
— Шоколад понравился? — сужает он глаза.
— Прости, Лейн, но я не ем шоколад, — нагло вру я и пожимаю плечами. — Аллергия.
— Серьёзно? — вытягивается его лицо, и я едва не прыскаю от смеха — таким растерянным он выглядит.
Впрочем, парень быстро берёт себя в руки и начинает обходить угловую стойку. Что меня, нужно признать, тревожит.
— Я не шутил по поводу свидания, Коллинз, — негромко сообщает он по пути. — Наша сегодняшняя встреча... Ты меня заинтриговала. — Лейн останавливается напротив офисного кресла, на котором я сижу, и, медленно склонившись, обхватывает пальцами подлокотники. Я вытягиваюсь стрункой, вжавшись в спинку стула. Лейн продолжает: — Мне бы хотелось познакомиться с тобой ближе, Мелисса.
Господи, зачем он так произнёс моё имя? Шёпотом, мягко и доверительно. Я ведь вовсе не железная...
— Насколько ближе, Лейн? — так не кстати дрожит мой голос. — Сообщая тебе о том, что я вовсе не святая я имела ввиду не то, что ты подумал.
— Ты знаешь, что я подумал?
Резонно.
— Не трудно догадаться.
— Допустим. Тогда, что ты имела ввиду сегодня утром? — дерзко блестят голубые глаза.
Я дергаю ногой в районе его паха. Немного резковато, но сгодится.
— То, что легко могу врезать тебе между ног, если понадобится.
У Лейна вырывается смешок. Затем ещё один. И ещё. Просмеявшись, он вновь смотрит мне в глаза и обещает на полном серьёзе:
— Не понадобится. Даю слово.
Врёт или нет? Хочу ли я ему поверить?..
Впрочем, мне всё это не нужно. Да.
Я отворачиваюсь в сторону и с усилием разворачиваю кресло к столу, вынуждая Лейна отступить. Сообщаю за плечо чистую правду:
— Я не хожу на свидания, Лейн. Вообще.
— Почему?
А вот здесь приходится соврать, что давно удаётся мне с невероятной лёгкостью:
— Папа запрещает. Он человек старой закалки... набожный, что тебе и так известно. Он совершенно не доверяет нынешним подросткам-мальчикам. Его слова. В общем, тебе и правда стоит держаться от меня подальше.
Лейн хранит молчание, пока я складываю в стопку бланки с успеваемостью старшеклассников, чьи фамилии начинаются на букву «К», а затем задаёт вопрос, который заставляет моё сердце тревожно замереть:
— Но ты же представляла своё идеальное свидание? Какое оно?
Похожее на первое свидание мамы и папы...
Я ловлю себя на том, что тянусь одной рукой к запястью другой, и, взяв себя в руки, снова берусь за бумаги:
— Нет. Не представляла.
— Врёшь, Коллинз, — раздаётся возле уха, отчего я вздрагиваю.
К счастью, в приёмную возвращается миссис Вонг. К несчастью, она видит Лейна, склонившегося возле меня.
— Почему вы находитесь за моей стойкой, молодой человек? — строго спрашивает она с порога, меряет меня обеспокоенным взглядом и приказывает Лейну: — Сейчас же выйди оттуда!
Лейн усмехается, но приказ выполняет, правда, негромко предупреждает меня напоследок:
— Мы не закончили, Коллинз.
Руки так и чешутся снова показать ему средний палец, но я ведь прилежная ученица и хорошая девочка, которая и помыслить не смеет о чём-то настолько оскорбительном.
По крайней мере, в стенах учебного заведения.
Впрочем, что-то мне подсказывает, что я ещё встречу Лейна вне школы.
____________
*КелАрт — калифорнийский институт искусств
Глава 5. Бонни: другая сторона монеты
Совершенно не представляю, как охмурять парней.
Тем более, таких, как Дилан Холд.
Нет, понятно, что он легко со мной переспит — его предложение об отеле говорило именно об этом — но мне-то нужно совсем другое.
Поэтому я должна узнать его получше.
Проблема в том, что в школе к нему не подступиться — пробовала настоять на совместном выполнении его работы по философии, но он и слушать меня не захотел. Лишь окатил меня ледяным взглядом и был таков. Даже про балетную пачку не напомнил.
Я откидываюсь на спинку стула и смотрю в окно. Пресловутый доклад на тему «Философия древнего Китая» авторства Дилана Холда написан. Мистер Флоу не подкопается: всё по правилам, сухо и субъективно, словно писал сам Холд.
Я отправляю документ на печать и начинаю теребить колечко на цепочке.
Есть два места, где я могу якобы случайно встретить Холда. В одном из них так и вышло, но я вовремя спряталась, и Дилан меня не заметил. До сих пор не представляю по какой причине он мог там быть.
Второе — это спортзал, который находится в здании напротив нашего дома.
Дилан стал ходить в него относительно недавно. Я как раз наводила порядок на балконе в комнате-кабинете бабушки, когда услышала рёв мотоцикла, а затем и увидела самого Холда. С тех пор он появляется здесь каждые среду, пятницу и воскресенье.
Он и сейчас там.
Я решительно поднимаюсь на ноги и иду в комнату брата.
Первое, что мне хочется сделать, когда я открываю дверь и захожу внутрь — это прибраться. У Ронни аллергия на порядок, и тот же беспорядок происходит в его жизни и мыслях. Но ему повезло, что у него есть я. Пусть я уже и отчаялась доносить до него мысль, что не всем подряд в его жизни плевать на него.
Впрочем, сейчас я здесь не за этим.
Я прохожу к шкафу, нахожу на его полках чистый спортивный костюм и быстро ретируюсь из комнаты, чтобы не сорваться и не начать уборку.
Посмотрим, каков ты, Дилан Холд, вне школы.
Примерно через десять минут я осторожно захожу в спортзал. Помещение очень светлое и прохладное, а за высокой стойкой мне приветливо улыбается девушка-администратор. Иду к ней, по дороге пытаясь разглядеть за стеклянными стенами огромного спортзала Дилана Холда. Но его там нет.
Я хмурюсь и отвлекаюсь на девушку, которая рассказывает мне что-то о членстве в их фитнес-клубе.
— Скажите, пожалуйста, у вас один зал или несколько? — спрашиваю я, как только она заканчивает.
— Есть первый и второй этажи, — с готовностью поясняет та. — Вы можете заниматься там, где вам удобно — мы заботимся о вашей физической форме и хотим помочь вам достичь целей, предоставив все, что нужно.