Страница 38 из 41
— Слушайте, идите вы на пару куда подальше. Я не хочу выбирать между вами, — покачала я головой и всплеснула руками. — К тому же я слишком сильно ненавижу, когда мне указывают. Имейте совесть, выйдите из моего кабинета вон и не отвлекайте меня от работы. Тут еще столько дел, а прощание с кадетами уже не за горами. Мне вот для полного счастья только не хватает сидеть и думать, как мокро в трусиках и как сильно я хочу сейчас встать на колени и отсосать вам.
— Детка, а кто же против? — ласково мурлыкнул Инетер. — В последний раз, так уж и быть, я готов смириться с тем, что придется смотреть на этого голого идиота, если ты того так сильно хочешь.
— Нет, — резко заявила я. — Вы ничего не поняли, кретины! Я не собираюсь выбирать кого-то из вас. Вы и сами знаете, что не сможете мне отказать! Потому я хочу лишь одного, чтобы вы сейчас заткнулись, дали мне доработать оставшиеся полтора часа, а в девять вечера уже сидели в моей квартире, готовые к тому, чтобы исполнить любую мою просьбу. Ясно вам!
— Я смотрю, у кого-то властное настроение, — Инетер медленно оттянул мочку моего уха. — Тогда предлагаю заказать ужин и хорошее вино.
— Выбрать какой-нибудь фильм и провести вечер в домашней обстановке, — язык Тонсли прошелся по моей шее, дойдя до самого ворота блузки.
— А я предлагаю вам сейчас свалить домой и не отвлекать меня. Иначе я так и не доделаю программу чертового мероприятия до самой полуночи, — я тяжело дышала и пыталась взять нервы под контроль. — Потому что мое предложение должно закончиться страстным сексом: сперва в душе, потом на кровати и в теории еще на кухне. Но пока у меня много дел, а вы не даете их закончить!
— Тогда у тебя есть полтора часа, — посмотрел на часы блондин. — Потом либо ты голая ждешь нас у себя дома, либо твоему кабинету придет конец.
Маги синхронно исчезли, а я перевела дыхание. Вот никогда бы не подумала, что глупая фраза, брошенная ради плана, приведет к тому, что они на самом деле найдут какое-то своеобразное извращение в том, чтобы доводить меня до белого каления. Когда это случилось в первый раз, я поперхнулась воздухом. Сейчас же все, о чем я могла думать, это два великолепно сложенных тела, расположившиеся на моем белом диване в гостиной.
Посмотрев на стопку неразобранных документов, я с тяжелым вздохом махнула на все рукой, стащила трусики и, запихнув их в сумочку, переместилась к себе домой, зная, что они и так меня ждут. Работа не волк — в лес не убежит, а вот эти двое, чего доброго, придумают для меня очередное наказание, которое мне дико понравится, но ходить я весь день буду только по стеночке. А подобного я допустить не могла, завтра прием курсовых, так что придется из двух зол выбирать сладкое.
Интерлюдия на годовщину…
— Ты когда-нибудь думала, что причиняешь нам боль своими словами? — тихий шепот ласкал мое ухо. — Доводишь до нервного напряжения. Когда хочется свернуть твою голову, и в то же время заставить тебя кричать.
— Ты неправ, — второй голос, еще более хриплый, растекался по позвоночнику толпой мурашек. — Ее не напугать пытками, ведь она Авгельд, для нее нужен совершенно иной подход… Тот о котором она никогда не задумывалась.
— Пожалуй, вынужден согласиться с твоими доводами, — теплая рука медленно поднимала подол моей преподавательской формы. — Скажи, ты когда-нибудь задумывалась о том, что боль может граничить с удовольствием?
— Инетер! — не выдержала я и пыталась вырвать руки из захвата. — Прекратите оба, это уже не смешно! Я не разрешала вам ко мне прикасаться!
— Чего же ты так испугалась? — его дыхание переместилось на шею. — Кабинет заперт на ключ. Внизу уже вовсю идет церемония награждения. О тебе, дорогая, никто и не вспомнит. Не думал, что тебя можно смутить подобным. Ты разочаровываешь…
— Я не смущена, — попыталась достучаться до разума этой парочки, — а возмущена вашим поведением! Оно нелогично и противоречит здравому смыслу. Я всегда думала, что сходить с ума — это весело, но вы почему-то не кажетесь мне нормальными. Так что прекратите, я не хочу, чтобы вы продолжали.
— Вот только мы всегда делали все, чего ты хотела, — усмехнулся Тонсли и потерся головой о мое бедро. — Не пора ли поменять правила игры? Холодная и циничная королева всегда могла постоять за себя. Тебе же по вкусу запугивать людей и контролировать их жизни?
— Все это нужно для того, чтобы держать жалких идиотов, наподобие вас, под контролем, — тихо возразила я. — Только я могу правильно просчитывать все действия. Не зря же я была лучшей в разведке своей страны. Ведь любовь проявляется в том, чего мы хотим от человека.
— Вот и прими нашу любовь, — Инетер тихо рассмеялся мне на ухо и расправился с последней пуговицей на блузке. — Такую же, как и та, которая была в юности у твоих родителей. Разве мы делаем что-то неправильно? Не так как должны? Почему же ты пытаешься сбежать и выставить нас дураками? Малышка, ты такая забавная… Сама манипулировала нами, пыталась играть на чувствах и использовала ради собственных интересов. А теперь, когда мы берем свою награду, так сильно кусаешь губы, что вот-вот пойдет кровь.
— Но так даже лучше, — Тонсли с силой прикусил бедро около кромки трусиков. — Красный цвет на твоей бледной коже выглядит таким сексуальным, таким ярким. Ты ведь выбрала это прекрасное белье только для порадовать нас? Может, хочешь чуть более жесткой игры?
— Что ты… — договорить я не успела и лишь испуганно пискнула.
— Тебе задали вопрос, — Стиверс медленно отпустил сосок и вернул руку мне на горло. — Девочка должна быть послушной и отвечать на заданные ей вопросы. Иначе будет наказана и не получит десерт. А мы ведь оба так и жаждем снова увидеть тебя голой, возбужденной и текущей.
— Я не собираюсь… — и вновь слова застряли у меня в горле.
— Отвечай, — край лифчика был ловко сдвинут в сторону, и парень жестко терзал напрягшуюся вершинку. — Ты готова к новым рискованным экспериментам?
— Наверное, — тихо выдохнула я.
— Нет, так не пойдет. Ответ твой не засчитывается, — Тонсли нащупал молнию юбки и начал медленно стягивать ткань. — Говори конкретнее, а то мы можем неправильно понять тебя.
— Вы, вообще, в своем уме? — выдохнула я сквозь плотно сжатые зубы. — Что за ролевые игры вы тут устроили? Мы находимся в кабинете ректора, а внизу выпускники, которые жаждут покинуть эти стены.
— Но ты же у нас умничка, — погладили меня по груди проворные длинные и изящные пальцы аристократа. — Приподними бедра, помоги Тонсли раздеть тебя. Иначе из обычной ролевушки это перетечет в реальное наказание. Не зли нас, детка. Ты же не хочешь неделю сидеть на подушке?
— Что вы задумали? — нервы были напряжены до предела, но как бы я ни пыталась сопротивляться, их было двое, а я зажата между ними.
— Наказать тебя за все, что ты с нами сделала? — брюнет расправился с одеждой и вклинился между моих ног. — Помнишь, как ты пыталась сбежать от нас? Так вот, я решил, что деньги — это слишком меркантильно, а ты очень сладкая и привлекательная, тебя так и хочется съесть. Потому наказывать мы тебя будем в своем стиле, который понравится всем.
— Я сейчас отпущу твои руки, — Инетер медленно вырисовывал непонятные символы на моей груди и шее. — Сниму с тебя одежду, а потом этот чертов лифчик, который мешает любоваться тобой. Если будешь вести себя хорошо, то получишь награду. А попытаешься удрать — отшлепаю так, что твоя очаровательная белоснежная задница станет алой и горячей от моих ладоней. Поняла меня?
— Да, — прищурившись, я попыталась уловить момент для побега и, когда он настал, рванула.
— Ты сама сделала этот выбор, — блузка разлетелась на ошметки, а горло сдавила тяжелая ладонь Тонсли. — Не знал, что ты так очаровательно бледнеешь.
— Давай начнем обещанное наказание, — усмехнулся блондин.
Не успела я опомниться, как оказалась лежащей на коленях парня с задранной кверху попкой и полностью обнаженной. Каким образом они умудрились меня раздеть, я бы не вспомнила даже под страхом смерти. Но все мысли оборвались в тот момент, как тяжелая ладонь с оттяжкой опустилась на ягодицы. Удар был не настолько больным, насколько унизительным. Он на самом деле собирался меня отшлепать, как нашкодившего ребенка. Меня даже родители ни разу в жизни не били по заднице, считая это неправильным.