Страница 7 из 20
— Привет.
— Привет.
Еще несколько секунд Серёжа простоял, как дурак, пялясь на её лицо, но после он опомнился и принялся растирать руки и ноги, законечевшие после такой уморительной прогулки.
— Ты тоже далеко живёшь?
— Да, мне до дома минут сорок идти.
«Если бы ты нормальным темпом шла, могла бы и за 15».
— Долго искала эту беседку?
— Нет, я здесь часто сижу.
— …
— …
— Меня Серёжа зовут.
— Я помню.
— …
— …
— Извини пожалуйста, это может прозвучать, как претензия, но, на самом деле, это просто как бы обычный вопрос, не подумай, что я хочу тебя задеть…
-*ожидающий взгляд*
— Ты всегда такая не разговорчивая, или просто я тебя раздражаю?
— Всегда… Я просто не знаю, о чём разговаривать.
— Да, спасибо, а то. Если честно, мне было очень неуютно.
— …
— Темы для разговора? Ты играешь в игры?
— Нет.
— Смотришь аниме?
— Я же уже говорила, что нет.
— Ютуб.
— Да, иногда смотрю.
— Летсплеи?
— Нет.
— А что тогда?
— Влоги и ток-шоу.
— …
— Что-то не так?
— Нет-нет. Может ты смотрела какие-нибудь сериалы?
— Я посмотрела Игру Престолов.
— Замечательно, я тоже.
Безучастные глаза Ани и сходящие с ума от стыда глаза Серёжи загорелись огнём диалога.
— И как тебе финал, мне вот понрави…
— Худший.
— Что?
— Он ужасен, сценаристы испоганили творение Джорджа Мартина.
— Нормальная концовка, закрытый финал, что тебе там не понравилось?
— Джон Сноу убил Дайнерис, зачем?! Мартин же не просто так строил между ними любовную линию!
Лицо девушки наполнилось жизнью, она энергично махала руками, дёргала маленькими бровками и отрицательно качала головой. Серёжа пребывал в изумлении о того, как быстро можно было сменить её настроение одним спором.
— Так, наоборот, протагонисты были идеализированы, а сценаристы сделали их более реалистичными и создали диссонанс между героями.
— Но Джон Сноу не убил же Игритт, хотя она тоже убивала невинных людей и терроризировала его товарищей. Почему он тогда сделал это с Дайнерис?
— Ну так ведь она сожгла Королевскую Гавань, это очевидно.
— Её родственников жестоко убили Ланнистеры, а народ столицы лишь потешался над Таргариенами, они заслужили это. Джон Сноу же тоже Тарагариен, это и его трагедия.
— Ты прямо сейчас оправдываешь убийства мирных жителей.
— В рамках сериала.
— И что, это всё равно обычные люди, вне зависимости от того, в каких они рамках…
Спор мог бы продолжаться вечно, раззадоривая раскрасневшиеся лицо оппонентов, но вьюга потихоньку стихала, и наконец, и вовсе улеглась.
— Мда, хорошо поболтали, Аня, я пойду домой, вьюга стихла.
— Да, я тоже пойду, приятно было поболтать.
Мгновением маска уныния и безразличности вновь осела на её прекрасном лице.
— И это, — Серёжа ещё раз посмотрел ей в глаза, — Может будем разговаривать почаще?
Прежняя жизнь вновь припала к её чертам, и она незаметно, но очень мило улыбнулась.
— Давай.
— Хорошо, тогда, пока!
— Пока!
Юноша развернулся с довольной улыбкой и зашагал спокойной походкой к дому. Как только, он скрылся из Аниного поля зрения, он помчался со всех ног, бурча себе что-то под нос.
— Это писец, я на протяжении получаса безостановочно нёс какую-ту херню, это ужас. Она, наверно, сказал в конце «давай» из жалости. Твою мать, я ещё и имя своё назвал в начале зачем-то. Зачем?
Серёжа ворвался в квартиру и приземлился на кровать, раскидав свои вещи. Ему было просто жизненно необходимо закрыть своё лицо, словно на него сейчас смотрел с презрением весь мир.
Насладившись мягкостью пуха, юноша спокойно развесил школьную форму и натянул шорты со случайной футболкой. Мысли и воспоминания покинули его голову, он уселся за ноутбук и, непринуждённо распахнув его, запустил «osu!». Тем вечером он всё-таки прошёл непроходимый доселе уровень и заснул в обволакивающем тумане торжества. Так и закончился этот февральский день.
Понимаете, по ходу повествования я осознал, что до Вики я вообще не общался с девушками. Это, скорее всего, очень жалко. Я думаю, после такого ты сможешь простить мне неосведомлённость в искусстве диалога между мужчиной и женщиной, который вышел ну очень скверно.
Переходя к новостям, я наконец-то познакомился с Аней (или лучше будет сказать: представился ей). Она ещё милее и прекраснее, чем я себе воображал. Рядом с ней у меня сильно начинает биться сердце, всё внимание переключается на её лицо, а разум будто опустошается. Ну да, что за бред, это я такой идиот, что влюбился только в 16 лет, ты уже наверняка ощущал такое и не раз и чувствуешь сейчас превосходство надо мной. Не лги, так и есть — я выгляжу, как идиот. Нет. Ха-ха. Я читаюсь, как идиот, довольно остроумно. Не суть, я думаю герои моей книги уже готовы на сближение, осталось лишь создать для них такие ситуации. Как же жаль, что никто не может создать мне такие ситуации…
Серёжа который раз еле-еле шаркал башмаки по уже слегка тающему снегу, очень медленно мигая своими заспанными глазами.
«Во сколько бы я не ложился, я всё равно не высыпаюсь. В чём тогда смысл ложиться рано?»
Он тут же забыл об этом вопросе и пошёл дальше, еле сдерживаясь от того, чтобы провалиться в сон.
— О, дуб.
Старое и чахлое дерево ни капли не изменилось, его чернявые веточки торчали, будто вырвавшись в экстазе, а корни волнами покрывали не усыпанную снегом почву.
— Привет.
Ему нечего было спросить у мудрого дерева, и он пошёл дальше, приближаясь к двухэтажному зданию.
«Разве в школе было не 3 этажа?»
Кирпичное здание выглядело естественно, его корпус был высотой в 5 метров, что не могло физически составлять нормальные 3 этажа.
«Эффект манделлы походу, или я просто башкой уже тронулся».
Он вошёл внутрь, разулся и забрался на лестницу. Серёжа, не спеша, двигался по ступеням, но они кончились подозрительно быстро.
«Раньше подъём по лестнице казался мне целой вечностью, но теперь она будто стала меньше. Так у меня, несомненно, будет больше времени на перерывах. О, чё за херню я несу, мне просто казалось это долгим».
Он вошёл в класс и окунулся лицом в парту, даже почувствовав от резкого движения небольшую боль.
«А теперь спать».
Прозвенел звонок и Серёжа поднял резко поднял голову, будто кто-то ударил его по затылку. Прямо перед доской стояла Аня, сжимая в руках свой кожаный портфельчик.
«Что она здесь делает?»
— Знакомьтесь, ученики, Миронова Анна, её перевели к нам с параллели, так что прошу относитесь к ней, как к родной. Анна, поздоровайтесь с учениками.
— Здравствуйте.
— Что ж, присаживайся к Савинкову, он один тут в одиночестве сидит. Начинаем урок.
Девушка прошла меж парт и приземлилась на деревянный стул, вытащив свои тетрадки.
— Привет, Аня.
— Привет, Серёжа.
— Ты собираешься учиться.
— Ну… Да, а что мне ещё делать.
«Ну да, это я всегда один сплю на этой парте, ничего не делая. Был бы у меня сосед — постоянно будил бы наверно».
Серёжа внимательно посмотрел на свои руки.
«Спать, как невежа, или зевать каждую секунду с краснющими глазами? Даже не знаю, что из этого лучше».
Юноша вспомнил, что он забыл почистить зубы.
«Йох! У меня изо рта щас наверно пасёт, как из толчка, ну нахер эти зевки».
Он незамедлительно принял прежнее лежачее положение и мгновенно заснул от накатившихся проблем, переживаний и банального недосыпа.
Во сне его преследовал необъяснимо родной, но незнакомый образ. Он ежесекундно приближался к его лицу, но Серёжа не мог ничего разглядеть в его чертах, это был призрак чего-то. Но он не мог знать, чего именно. Может даже это был…
Звонок протрещал в его ушах, и он оторвал свою покрасневшую голову, озираясь по сторонам. Аня сидела на месте, с удивлением взирая на своего соседа.