Страница 109 из 147
— Вы разве трисолярианский адмирал? Что, если зонд и не должен оставаться в Солнечной системе? Может, он и должен пролететь ее насквозь? — фыркнул Кун. И тут он сообразил: — Он же не может маневрировать с выключенным двигателем! Почему бы не рассчитать его траекторию по известному вектору и не направить туда корабль-разведчик?
Генерал покачал головой:
— Мы не настолько точно знаем его вектор. В атмосфере Земли вы можете поднять на поиск звено самолетов-перехватчиков. Но в космосе стоит допустить микроскопическую ошибку — и вы окажетесь в сотнях тысяч, если не в миллионах километров от цели. Корабль-разведчик не найдет крохотный, едва видимый зонд… Надо что-то придумать!
— Да мы-то что можем сделать? Пускай флот ищет решение.
Генерал подобрался и заговорил жестко:
— Доктор, подумайте, что случится. Нашей вины здесь нет, но газетчиков это не волнует. За слежение в глубоком космосе отвечает телескоп Ринье-Фицроя. Достанется всем, но большую часть грязи выльют на наши с вами головы.
Кун молчал, плавая в невесомости под углом к генералу. Затем спросил:
— У нас есть хоть что-нибудь мало-мальски приличное за орбитой Нептуна?
— У флота — скорее всего, ничего. У Земли… — Генерал задал вопрос дежурному и вскоре узнал, что возле Нептуна находятся четыре больших корабля, принадлежащих Организации охраны природы при ООН, экспедиция в рамках проекта «Туманный зонтик». С кораблей уже выслали три челнока следить за зондом.
— Они там масло собирают, что ли? — спросил Кун и получил утвердительный ответ. Кольца Нептуна были богаты уникальной субстанцией — масляной пленкой. При высокой температуре она испарялась, и быстро распространяющийся газ образовывал в космосе наночастицы — «космическую пыль». Ее назвали так потому, что испарения рассеивали свет, и крайне незначительное количество субстанции создавало огромное облако «пыли» — так крошечная капля масла растекается по воде и образует пленку толщиной в одну молекулу на большой площади. «Пыль», образованная из масляной пленки, имела еще одно достоинство: в отличие от других видов космической пыли, она почти не сдувалась солнечным ветром.
Открытие масляной пленки породило идею проекта «Туманный зонтик». Планировалось с помощью ядерных взрывов в космосе испарить масло и распределить получившееся облако «пыли» вдоль орбиты между Солнцем и Землей. Тогда облако поглотит часть солнечного света и умерит глобальное потепление.
— Помнится, где-то возле орбиты Нептуна еще с довоенных времен должна болтаться звездно-водородная бомба, — заметил Кун.
— Так оно и есть. Кроме того, на кораблях «Туманного зонтика» найдется еще несколько — их захватили для геологоразведки Нептуна и его спутников.
— Да и одной хватит! — возбужденно вскрикнул Кун.
Звездно-водородную бомбу разработали два века назад по плану Отвернувшегося Рей Диаса. Как он и предсказал, ведущие страны приняли ее на вооружение не для битвы Судного дня — в космосе это оружие малоэффективно — а для возможных военных действий между людьми, осваивающими планеты Солнечной системы. Всего изготовили более пяти тысяч бомб. Пик производства пришелся на годы Великого раскола, когда международные отношения ухудшились и человечество стояло на грани войны.
Великий раскол закончился, настала эпоха мира. Ужасное оружие прошлого перешло в категорию опасных и не очень нужных предметов. Формально бомбы по-прежнему принадлежали изготовившим их странам, но хранились они в космосе. Несколько штук потратили на терраформирование, а еще несколько отправили на окраину Солнечной системы, рассчитывая использовать содержащееся в них ядерное горючее в качестве топлива для космических кораблей дальнего радиуса действия. Но оказалось, что переработать бомбы на топливо непросто, и от такого их применения отказались.
— Полагаете, сработает? — спросил Робинсон. Его глаза сияли. Он немного огорчился, что такая простая идея не пришла в голову ему самому. Этот никчемный Кун увел у него из-под носа шанс войти в историю!
— Попробуйте. Ничего лучше все равно нет.
— Если ваша идея сработает, доктор, то станция Ринье-Фицроя будет всегда вращаться так быстро, как нужно для создания земного тяготения!
— Это самый большой рукотворный объект человечества, — заметил командир «Синей тени», глядя через иллюминатор в чернильную темноту космоса. Он не видел ничего, но попытался убедить себя, что наблюдает облако «пыли».
— А почему оно не светится в лучах солнца, как хвост кометы? — спросил пилот. Он и командир составляли весь экипаж «Синей тени». Пилот знал, что плотность облака «пыли» так же незначительна, как плотность кометного хвоста — другими словами, мало чем отличается от вакуума, созданного в земной лаборатории.
— Возможно, здесь слишком мало солнечного света. — Командир посмотрел в направлении Солнца. Отсюда, из одинокой точки пространства между орбитой Нептуна и поясом Койпера, Солнце выглядело большой звездой; его диск было трудно разглядеть. Но даже такой слабый свет отбрасывал тени в кабине. — Кроме того, кометный хвост виден только на расстоянии. А мы находимся на краю облака.
Пилот попытался представить себе разреженное, но гигантское облако. Несколько дней назад он и командир собственными глазами видели, насколько малый объем оно занимает в твердом состоянии. Тогда огромный космический корабль «Тихий океан», пришедший от Нептуна, доставил им пять предметов. Первым делом «Синяя тень» механической рукой ухватила звездно-водородную бомбу — цилиндр длиной пять метров и диаметром полтора. Затем манипулятор подобрал четыре сферы, каждая диаметром от тридцати до пятидесяти метров. В них хранилась масляная пленка, добытая в кольцах Нептуна.
Сферы разместили в нескольких заранее выбранных точках, на расстоянии в несколько сотен метров от бомбы. Дождавшись отбытия «Тихого океана», бомбу привели в действие. Вспыхнуло небольшое солнце. Его свет и жар разорвали холодную тьму космоса, и сферы мгновенно испарились. Световое давление созданной человеком звезды раздуло газообразную масляную пленку в облако, а потом частички масла образовали облако «пыли» диаметром два миллиона километров — больше диаметра Солнца.
Облако «пыли» образовалось на пути трисолярианского зонда, насколько вектор его движения удалось вычислить по наблюдениям факела работающего двигателя. Доктор Кун и генерал Робинсон надеялись уточнить траекторию зонда по следу, который он прочертит в сотворенном человеком облаке.
Проследив за созданием облака, «Тихий океан» вернулся на базу возле Нептуна, а три небольших корабля остались, чтобы следить за зондом по следам в «пыли». «Синяя тень» была одним из этих трех. За скорость ее прозвали «космической гончей». Корабль состоял из маленькой кабины, в которой помещалось до пяти человек, и термоядерного двигателя. Такая компоновка позволяла достичь значительного ускорения и маневрировать на высоких перегрузках.
Как только облако сформировалось, «Синяя тень» пролетела сквозь него, чтобы проверить, возникают ли волны. Результат удовлетворил всех. Разумеется, увидеть волны можно было только через телескоп, с расстояния в сто астрономических единиц. Наблюдения с «Синей тени» никаких волн не обнаружили — космос вокруг оставался таким же пустым, как всегда. Тем не менее, пройдя сквозь облако, пилот стал уверять, что Солнце там светит тусклее, а его обычно резко очерченный край немного расплывается. Измерения, сделанные бортовыми приборами, подтвердили его наблюдения.