Страница 127 из 370
— Конечно же, вы не поверили этому, — отозвалась я. — Взгляните на меня; разве я выгляжу как человек, способный убить тролля?
Она замялась в нерешительности; словно бы увидела меня в первый раз.
— И помимо этого, если бы вы и правда верили, что я какая-то психопатка, которая убивает любого, причинившего ей боль, вы, вне всякого сомнения, не стали бы просить ваше перо написать то, что оно сейчас пишет.
Я даже не смотрела на перо, но могла видеть, что оно пишет, и написанное не было приятным.
— Что ты имеешь в виду, дорогая? — спросила она.
— Вы вообще меня не боитесь, — ответила я. — И это означает, что вы не верите ни во что из той ахинеи, которую пишете. Это ведь должна была быть статья о новой медицинской технологии, или вы просто пытаетесь написать ещё одну статью о том, насколько опасны магглорожденные?
— Не имеет значения, во что я верю, — сказала она. — Имеет значение то, во что поверят читатели.
— Мне кажется, будет лучше, если вы напишете что-нибудь более уравновешенное, — сказала я.
И сделала маленький шаг к ней.
— Ты угрожаешь мне? — спросила она почти восхищённо.
— Конечно нет! — ответила я, приложив усилия, чтобы звучать шокированно. — Мне просто было интересно, нет ли... у определенных людей симпатий к врагам Министерства. Вы, конечно же, знаете, о ком я говорю.
Впервые она выглядела действительно поражённой.
— О чём ты говоришь?
— Все знают, какова его программа, — ответила я. — И может настать момент, когда людям придётся выбирать сторону. Если вы выберете слишком рано, то впоследствии можете пожалеть о том.
— Я не на стороне Сама-Знаешь-Кого, — быстро сказала она.
Странно, но я ей верила.
— Разве не вы только что сказали, что не имеет значения, какова на самом деле правда? — спросила я. — Это то, что люди воспринимают как таковую. Если люди сочтут, что вы на стороне Волд...
— Не произноси этого! — сказала она.
— На его стороне, разве не потеряете вы половину своих читателей?
— Но людей на самом деле не интересует всё это, — сказала она, делая жест в нашу сторону. — Они хотят знать о настоящей сенсации, об опасной магглорожденной.
— Если я опасна сейчас, насколько опаснее я стану в будущем?
— Я постоянно имею дело с опасными людьми, — безапелляционно отозвалась она. Встала, по-видимому вернув себе самообладание. — Так ты не хочешь говорить о том, что ты попала под Круциатус. Как насчёт тайны твоего происхождения? Кажется, никто ничего о тебе не знает?
— Я сирота, — сказала я. — Что тут ещё знать?
— А почему нет записей об убийстве твоих родителей? — ответила она. — И почему в маггловских документах за последний год нет записи о семье Эберт, переехавшей в Британию. Откуда ты, и кто ты на самом деле? Я собираюсь опубликовать что-нибудь, и разве не будет лучше, если ты сама расскажешь эту часть истории?
Я бросила взгляд на Флитвика, ощущая желание скорчить рожу. Последнее, что мне требовалось, чтобы члены персонала начали задавать такие вопросы. Если она разместит их в газете, то у меня будут серьезные проблемы.