Палочка для Рой

Глава 34. Хэллоуин

— По причинам, которые, уверен, многие из вас поймут, возникла необходимость внести некоторые изменения, которые вступают в силу немедленно, — сказал Дамблдор за завтраком на следующий день.

— Двери, ведущие наружу, равно как и стены, были защищены от нарушителей. Те, кто является учениками Хогвартса, всё ещё смогут войти внутрь, но всем остальным потребуется разрешение на вход. Список включает в себя родителей, представителей Министерства и авроров.

Толпа вокруг меня взорвалась тихими пересудами. Дамблдор немного подождал, пока шепотки не затихнут.

— Ученикам не разрешается нахождение на призамковой территории после наступления темноты, — громко продолжил он. — Ученикам первого и второго годов обучения в целом запрещается нахождение на призамковой территории без сопровождения по крайней мере одного более старшего ученика.

Я понимала причины, стоящие за тем, что он говорил, хотя и слышала сердитое перешёптывание от младших учеников. Старших это, кажется, не так уж сильно беспокоило, хотя многие из них выглядели смущёнными.

— Прошлой ночью неизвестный попытался напасть на ученика Хогвартса на территории возле замка, — сказал Дамблдор. — Он всё ещё на свободе.

Я заметила, как несколько слизеринцев посмотрели на меня. Я тщательно удерживала лицо бесстрастным. Многие знали, что вчера вечером у меня была отработка, и можно было не сомневаться, что некоторые ученики решат задать мне вопросы, едва завтрак закончится, если не раньше.

— Тем не менее, не всё так плохо, — продолжал Дамблдор. — Сегодня вечером Празднование Хэллоуина, и могу подтвердить, что Танцующие Скелеты почтят нас своим присутствием.

Радостно-возбуждённые перешёптывания развернулись вокруг меня. Принимая во внимание, что привидения были здесь повседневным явлением, я не могла понять, почему танцующих скелетов считают таким большим делом. Я всё ещё подозревала, что Дамблдор нанял их в попытке разрядить напряжение в школе. Из того, что я слышала вокруг, может, это была и не худшая его идея.

— Во-вторых, у привидений будет своя вечеринка после нашего праздника. Ученики, желающие поучаствовать в ней, должны получить разрешение от главы своего Дома; думаю, для такого случая они могут проявить снисходительность.

Дамблдор сердечно улыбнулся толпе.

— Если повезёт, это будет лучшее празднование Хэллоуина с прошлого года!

Он махнул рукой и сел.

— Эберт, — требовательно заявил Драко. — Что случилось прошлой ночью?

Между нами сидела Панси. В ходе прошлых нескольких недель, он всегда старался держать по крайней мере одного ученика между мной и собой. Я не знала, было ли это из-за того, что он думал, мол, это даст ему больше времени, чтобы добраться до палочки, или для сохранения иллюзии, что мы не имеем ничего общего друг с другом.

Я пожала плечами.

— Я не слышал, чтобы кто-то умер, — сказал он. — Это же на тебя напали, верно?

— Когда я возвращалась с отработки вчера вечером, то никого не видела, — сказала я, и это было технически верно, хотя и неверно в принципе.

Он шумно выдохнул и поник.

— Не то чтобы была такая уж большая разница, — сказала я. — Всё равно ты, кажется, не проводил массу времени возле озера.

— Я на него со стороны дна насмотрелся, — сказал он безапелляционно. — Зачем бы мне захотелось сидеть на берегу?

— Так что, кто-нибудь знает, что будут подавать сегодня вечером? — спросила я. — Всё утро я ощущала тыквенный запах.

— Ты не поверишь, сколько всего они могут сделать из тыквы, — с энтузиазмом сообщила Милли со своего места по другую сторону от меня.

Драко состроил рожу. Видимо, ему не нравились кое-что из предлагаемого ассортимента.

Панси хрюкнула, и я запустила в неё жалящее проклятие. Палочка покоилась у меня на колене. Она дернулась вперед, и развернулась, сердито уставившись на меня:

— Тебе не следует её поощрять! Она никогда не найдёт себе мужа, если продолжит столько есть!

— Я бы спросила, какое твоё дело, — холодно отозвалась я. — Но что, если она хочет чего-то большего, чем просто быть женой какого-то чистокровного?

— Ну, для тебя это всё равно не вариант, — сказала Панси. — Чтобы жениться на тебе, следует вначале сойти с ума. В конечном итоге, у тебя будет больше мужей, чем у мамы Блейза, и все они будут мертвы, потому что забыли подобрать свои носки.

Я отметила, она не сказала, что мне никогда не выйти замуж из-за того, что я грязнокровка. От Панси это был немалый прогресс. Или, может быть, до неё наконец дошло, что я не наказываю, когда в критике содержится правда.

Не то чтобы я собиралась много раз выходить замуж. Прямо сейчас мысль о свиданиях была… непривлекательной по множеству причин. Я не могла встречаться ни с кем из этих детей, даже если бы у меня было моё настоящее тело, потому что даже те из них, кто практически достиг того возраста, в котором я была однажды, всё равно оставались детьми в смысле жизненного опыта.

Я также не собиралась рассматривать кого-то из взрослых, кто стал бы встречаться со мной, пока я несовершеннолетняя.

Даже когда я стану старше, в складе ума волшебников имелись вещи, которые указывали на то, что вряд ли они станут хорошими партнёрами. Мне нужен равный, прежде чем появится интерес, и в этом мире было не так уж много людей, которых я ощущала таковыми.

Никого, на самом деле.

— Могу податься в правительство, — сказала я. — И возьму Милли с собой.

— Магглорожденная никогда никуда не пробьется, — авторитетно заявила Панси. — Тебе нужно знать правильных людей, чтобы прибиться хоть куда-то в Министерстве, и магглорожденные… не знают.

— Думаешь, это меня остановит? — спросила я.

— Тебе придется убить половину Министерства, и затем они отправят тебя в Азкабан, — ответила она. — От такого Директор тебя защитить не сможет.

— Посмотрим, — сказала я, больше, чтобы заставить Панси выйти из себя, нежели по какой-либо другой причине.

Я заметила, что Драко кидает на меня встревоженные взгляды.

Проигнорировав его, я дождалась окончания завтрака, встала и последовала за Гермионой, которая торопливо двигалась к выходу. Она делала так со времён явления моего боггарта, и изобретала всевозможные оправдания, чтобы не разговаривать со мной. Она даже начала пропускать тренировочные занятия.

Тем не менее, при помощи насекомых, я точно знала, куда она направляется, и скользнула за ней в толпе.

Она выбежала во внутренний двор. Я последовала за ней и сумела опередить. Выступила ей наперерез, и, прежде чем Гермиона успела что-то сказать, утащила её за одну из колонн.

— Ты избегаешь меня, — сказала я.

— Не избегаю, — ответила она, при этом не глядя мне в глаза, словно считала, что я способна на легилименцию.

Может, она и правда так думала. Также, она выглядела так, словно готова была в любой момент дать дёру.

— Избегаешь, — сказала я. — Невилл и Милдред всё ещё появляются на тренировках, но тебя мы не видели уже довольно давно.

— Я была занята учёбой, — ответила она.

Очевидное оправдание, и я видела, как краска залила её щеки. Она знала, что я знаю, что она лжёт, и не могла придумать оправдания лучше?

— Я не стала бы тебе вредить, — сказала я. — Я знаю, что увидеть моего боггарта было травматично, но…

Вот что меня беспокоило. Увидев, кто я на самом деле, она напугалась до такого состояния, что больше не хочет быть моей подругой?

Она торопливо подняла взгляд:

— Не в этом дело!

За исключением моего боггарта, я не видела в своих поступках ничего, что могло бы оттолкнуть её прочь. Я не слышала никаких намёков на то, чтобы её впрямую травили, пусть даже Гермиону, как правило, игнорировали одноклассники. Стали бы её травить без связи со мной? Я никак не могла этого знать.