Страница 4 из 8
Кормит нас до состояния полных животов и желания спать и отправляет домой. Туда едем уже на такси, потому что дорогу в электричке сын не выдержит. Уснёт в ней, тем самым себе сон перебьёт. И не даст спать мне, а мне утром на работу, как-никак.
По пути развлекаю сына разговорами о том, как прошёл его день, что они делали с бабушкой.Понравилось ли ему несколько часов в саду, которые он провёл там, пока бабушка оформляла документы.
Сын, как всегда, рассказывает мне не о воспитателях, не о детях и даже не об игрушках, а о девчонках, которым он понравился и которые подрались за то, чей он будет жених.
М-да, гены берут своё!
Доехав до дома, скармливаю Тимуру кусочек мясного рулета, потому как суп он отказался есть. Попробовал несколько ложек, да сбежал.
Себе завариваю кофе, чтобы выдержать ещё несколько часов до сна, потому как сын раньше десяти не ляжет. Включаю на телефоне серию нового сериала и, попивая кофе с молоком, с неким коварством во взгляде смотрю на часы, представляя то, как Егор меня ждёт на ужин, а я… А я вновь не прихожу. Как тогда, четыре года назад.
– Мам, – тянет Тимур, играющий в машинки на подоконнике. Это его любимая локация для игры. – Там какой-то дядя внизу. И он смотрит на окошки. Можно я ему помахаю ручкой, чтобы и он мне помахал?
– Какой дядя? – спрашиваю и подхожу к окну. И застываю, заметив Громова с корзинкой сладостей в руке. – Тимур, быстро, – оттягиваю сына от окна. – Нельзя ему махать!
– Почему?
– Потому что он…
– Потому что он тебя ищет? – догадывается, и я киваю. – А зачем? Ты ему что-то сделала?
– Ага.
– Не бойся, мама! Я тебя не дам в обиду! Я буду сражаться! – заявляет мне он, вздёрнув подбородок. – Я твой защитник! Я твой герой!
Как же он похож на Егора! Чертовски похож!
Обнявшись с сыном, в таком положении сидим на кухне и ждём, пока дядя уйдёт. Сын гладит меня по руке и ластиться как котёнок, говоря, что не даст меня никому обидеть. Тимур вообще любит понежиться в чьих-либо объятиях. Будь то моя мама, мой отец или я.
«Так бы и обнимал тебя, – шепчет Егор на ухо, подойдя ко мне и обняв, тем самым помешав мне готовить нам блинчики на завтрак. – Но есть я сейчас хочу больше.
– Громов, ты такой неромантичный, – кидаю, переворачивая блин. – Где слова любви? Предложение руки и сердца? Клятвы и обещания?
– Я обещаю тебе, что как только ты накормишь меня, я отблагодарю тебя, – произносит, приложив руку к своей груди.
– Боже, какой ты пошляк! – отвечаю ему и замахиваюсь лопаткой на него.
– Тише, тише, Сара! – выставляет руки перед собой. – Мне только гипс сняли и тутор! Давай не будем мне новых травм наносить?»
– Мам, а ты трубку брать будешь? А вдруг это курьер мне новые машинки привёз? – вырывает меня из воспоминаний сын.
– Чего?
– Телефон звонит, – кивает на мой смартфон, где красуется номер, который я знаю наизусть.
Громов! Откуда он мой новый телефон узнал? В то, что его могла дать Милена, не верю! Она бы меня не сдала никогда! Ведь знает всю нашу историю от и до!
Скидываю звонок. Но телефон вновь начинает трезвонить, а я отключать. И так несколько раз, пока Егор не переключается на домофон.
Как он узнал, где меня искать?! Откуда?!
– Сейчас спущусь, – кидаю в трубку домофона и прошу Тимура тихо посидеть в комнате с мультиками и машинками.
Тот, послушно кивнув, усаживается перед телевизором и, взяв коробку с дорогой, начинает её строить для своих многочисленных машинок. С тяжестью на сердце взглянув на него, выхожу из квартиры. Спускаюсь по лестнице и выхожу на улицу, лишь накинув на себя куртку поверх домашней одежды.
– Чего тебе? – бросаю, выйдя к Егору.
– Ужин! Ты обещала!
– Обмануть хотела, – прищуриваясь признаюсь. – Откуда мой номер и адрес?
– Милена дала.
– Конечно! – всем своим видом показываю, что не верю ни единому слову.
– Я почти ректор, Сара! – сдаётся он, выдав свои источники. – Взглянуть на твоё рабочее дело для меня раз плюнуть!
– Точно! – чертыхаюсь. – Подловил.
– Едем? – указывает на свою машину, что стоит в нескольких метрах от нас. – Я уже забронировал столик в ресторане.
– Я не могу!
– Сара, хватит этих отмазок! Обещала – будь готова исполнить! – возмущается и вручает мне корзинку со сладостями.
– Не могу я, Егор! Не могу! У меня дела!
– Какие дела?! – ругается со мной, недовольный тем, что всё не по его плану идёт. – Детка, тебя проректор зовёт в ресторан! Как бы боссу надо угождать. Не думаешь?
– А иначе что?
– А иначе я твой рабочий график сделаю невыносимым, – угрожает с улыбкой, но я знаю, что он может это сделать с лёгкостью. Он ведь сумасшедший и до ужаса непредсказуемый.
– Я уволюсь и другую работу найду, – фыркаю с безразличным видом.
– Не найдёшь, – обещает он. – Сар, всего один вечер! Давай! Ничего такого! Просто посидим и поболтаем. Даже напрашиваться на кофе не буду. И на завтрак тоже!
– Я не могу!
– Да почему?! – не понимает он, и я сдаюсь.
Прикрыв глаза, признаюсь:
– У меня ребёнок в квартире, – цежу сквозь зубы. – Понимаешь? Не могу я сына оставить одного!
– Подожди? Сына?!
– Ага.
– Он у тебя сейчас один? В квартире?
– Ну да, – растерянно отвечаю, не понимая, к чему он клонит.
– У тебя сейчас маленький сын в квартире один? А ты тут со мной? Ты что, дура?! – впервые до оскорблений опускается. – Марш обратно! – разворачивает меня и заталкивает обратно в подъезд. – А если нож схватит? Или в розетку что-то засунет? Или ещё что? А если он в тебя невезучий? – отчитывает меня, вызывая лифт. – Сара, я знал, что ты тот ещё кадр, но оставить ребёнка в квартире одного! Как он до сих пор живой у тебя? Сколько ему? Когда ты уехала, у тебя ещё не было его. Значит, где-то до трёх лет. Ну, реально безответственно, Сара! Разочаровываешь!
– Эм-м…
– Сейчас оденешься сама и малого оденешь, и поедем в кафешку детскую. Так и быть, – словно одолжение мне делает. – Ты не кипишуй. Я с племянницами часто гуляю, поэтому знаю лучшие места с детской зоной. У тебя же не младенец? Да?
– Нет. Уже взрослый, – растерянно отвечаю, не понимая, когда он стал таким. Заботливым и ответственным, что ли. Но в то же время остался таким же бестолковым.
– Ну крутяк! Самое то для нас, – продолжает он как ни в чём не бывало. – Он пока поиграет, а мы поболтаем. У нас ещё как минимум два часа до его девяти есть. Потом положишь спать и все дела сделаете.
– Зачем тебе это? – прищуриваюсь.
Может, у него это новый метод, чтобы девушку склеить?
– Ну, просто давно не виделись, – пожимает плечами и дёргает ручку моей двери.
Зайдя в квартиру, Егор первым делом отправляется в ванную комнату и моет руки. Я же направляюсь в комнату, застав сына на прежнем месте перед телевизором и уже с почти полностью построенной дорогой.
– Дядя ушёл? – спрашивает малыш, подняв на меня взгляд.
– Дядя пришёл, – отвечает Егор, отодвинув меня и войдя в комнату. – А ты, Сар, давай не тяни! Собирайся и пошли! Мы пока по-мужски поболтаем, – опускается рядом с Тимуром на ковёр и берёт одну из машинок. Затем вторую. Третью… Двенадцатую. – У тебя что, вся коллекция этих спортивных тачек? – удивлённо тянет, обратившись к Тимуру. – У меня такая же дома! Полностью собранная за этот год, – показывает ему какую-то машинку. – И за те года тоже!
– У меня тоже вся! Мне бабушка с мамой купили, – отвечает ему Тимур нахмурено и забирает свою игрушку. – Не трогай мои машинки сам! Надо говорить: дай, пожалуйста, посмотреть машинку. И тогда я дам. Надо спрашивать разрешения!
– Ого! – кидает взгляд на меня, и я развожу руками. И ухожу. А Тимур, взяв Егора за бороду, заставляет повернуться к нему.
– Играй со мной, а не пробку создавай! Оставь маму! Ей надо покраситься, чтобы быть самой красивой.
Твою мать! Что происходит? Как он оказался в моей квартире?! Как я это допустила? Чтобы он вошёл в мой дом и начал играть с МОИМ сыном?!