Страница 43 из 65
Белая Молния рухнул на задницу и застонал, спрятав лицо в ладонях.
— Будь мужчиной, Лысая Молния! — Не удержавшись, стебанул его я и вернулся в номер: — Кто-то этой ночью проник в номер Кейташи и хорошенько поработал ножницами над его шевелюрой! — Поделился инфой с лучшей девочкой.
Прикрыв рот ладошками, она залилась веселым смехом.
— Согласен! — С улыбкой кивнул я: — Сейчас быстренько умоюсь и пойду расследовать это дело. Настало время явить миру мои детективные таланты!
— Как много энтузиазма! — Одобрила мой порыв лучшая девочка, и я скрылся в ванной.
Переодевшись в пионерскую форму, заявил продолжающей валяться под одеялом с «Геймбоем» в ручках Хэруки:
— У тебя нет алиби, но есть мотив!
— Эээ?! — Удивилась она
— Вчера, с половины первого до половины второго, я сидел на берегу с Окадой, поэтому ты вполне могла проникнуть в номер напротив, чтобы отомстить за подругу.
— Хооо? — Протянула она: — И чего это вы на берегу делали?
Твою мать!
— Пили «Буратино», смотрели на водичку, разговаривали про судьбу и корпоративные штуки. А еще она попросила для себя игру.
— Вот как! — Успокоившись, покивала лучшая девочка и заявила: — Я этого не делала!
— Я знаю! — Улыбнувшись, подошел, погладил ее по щечке и подмигнул: — Но моя «детективность» — беспристрастна!
— Бака! — Хихикнула Хэруки, чмокнула меня в щечку и пошла в ванную.
В коридоре экспозиция немного изменилась — к Кейташи и успевшему переодеться в униформу подполковнику присоединились Николай Степанович и переводчик Степан — оба тоже в форме пионервожатых.
— Иоши-кун, это… — Начал посольский.
— Наше внутреннее дело, к которому ни граждане СССР, ни работники санатория не имеют никакого отношения! — Заверил его я: — Докладывать никуда не нужно — все мы живы и здоровы, а в детско-юношеских коллективах мелкие проблемы неизбежны. Международный скандал нам совсем не нужен.
— Мелкие?! — Заорал Кейташи.
— Тихо! — Шикнул я не него: — Ты что, хочешь чтобы сюда сбежался весь корпус?
Лысая Молния испуганно прикрыл голову ладонями.
— Степан, пожалуйста, займи позицию в холле и никого в это крыло не пускай, хорошо? — Попросил я переводчика.
Тот дождался подтверждающего кивка от Николая Степановича, поклонился и пошел на пост.
— Нужна лупа! — Добавил я.
— Зачем? — Удивился подполковник.
— Для антуражу! — Хохотнул я.
— Я рад, что вам всем так весело, — Грустно вздохнул Кейташи.
Усевшись на корточки рядом с лучшим (потому что единственный!) другом, положил ему руку на плечо:
— Твоя боль — моя боль, брат!
В глазах Лысой Молнии засветилась благодарность.
— Клянусь тебе, мы найдем того, кто опустился до такой низости, и он понесет заслуженное наказание!
Кейташи с надеждой кивнул.
— И именно поэтому мы не можем себе позволить впасть в отчаяние! — Продолжил я лить «булщит»: — Нужно засучить рукава, превратить свое сердце в камень и хорошенько поработать над этим делом!
— Верно! — Засветился от энтузиазма Кейташи.
— Тогда пошли искать улики! — Встав, символично протянул пацану руку, он оперся на нее и встал.
— Пошли!
И мы зашли в комнату пацанов.
— Что за бардак? — Принялся за воспитание подполковник: — В жилище всегда должен быть порядок!
— Простите, сенсей! — Извинились за раскиданные тут и там шмотки и пустые бутылки из-под газировки ребята.
— Стоп! — Остановил я Хиро-куна, который бросился поднимать носок: — На месте преступления ничего не трогать!
Николай Степанович за моей спиной издал едва слышимый смешок.
— Закрывали дверь на ночь? — Спросил я.
Жильцы покачали головами.
— Тц, это сильно расширяет круг подозреваемых! — Расстроился я и спросил Кейташи: — Где ты спишь?
Он указал на стоящую у правой стены кровать. Культовые персонажи спят на двухярусной, у стены левой. Внимательно глядя под ноги, дошел до кровати блондина.
— Волосы наш убийца собирать не стал! — Сделал я первый вывод, глядя на усеивающие кровать и пол волосы.
— Убийца? — Удивился Хиро-кун.
— Он же убил часть личности Кейташи! — Развел я руками.
Мужики безжалостно гоготнули.
— Если будете мешать работать детективу, я буду вынужден удалить вас с места преступления! — Укоризненно заявил им я.
Мужики извинились и пообещали быть человечнее.
— Можешь немного расслабиться! — Хлопнул друга по плечу: — Проклинать тебя никто не собирается!
— Слава богу! — Облегченно выдохнул он.
Ржака!
— Во сколько вы вчера легли спать? — Спросил я жильцов, присев на корточки около кровати.
— Примерно в полночь, — Ответил за всех Эйитиро-кун.
— В 11.45! — Поправил его мой верный Хиро-кун, продемонстрировав блестящие «Касио» на руке.
— Николай Степанович, могу я попросить вас поассистировать? — Попросил я МИДовца.
— Конечно, Иоши-кун! — Явно получающий от происходящего удовольствие мужик достал из кармана шорт блокнот и записал: — Жертва уснула в 11.45.
Подобрав с пола чью-то футболку, с ее помощью аккуратно достал из-под кровати советские канцелярские ножницы.
— А вот и орудие преступления! — Радостно заявил я.
— Наш убийца на удивление беспечен! — Сделал промежуточный вывод проникшийся атмосферой подполковник.
— У нас в палате есть такие же, — Аккуратно завернув орудие преступления в футболку, передал ассистенту.
— Мои тоже на месте! — Кивнул подполковник.
— Тимофей, можешь найти кого-нибудь, кто побреет Кейташи? Боюсь, в таком виде мы не можем показать его общественности, — Попросил я его.
— Хорошо! — Кивнул он и покинул помещение.
Для очистки совести подергал балконную дверь, указал на задвинутый шпингалет:
— Так было всю ночь?
— Да, мы туда не ходили, — Подтвердил понурый Кейташи.
— Значит картина преступления ясна! Дождавшись, пока жертва беззаботно уснет, наш убийца вооружился казенными ножницами, прокрался по коридору, вошел и надругался над великолепной прической моего дорогого друга! — Выкатил я промежуточный вывод.
— Записал, Иоши-кун! — Отчитался посольский.
— Ваши ножницы на месте! — Осмотрев стол, удовлетворенно кивнул я и поведал Хиро— и Эйитиро-кунам: — Но вы — все еще под подозрением! Вы вполне могли спереть чужие ножницы ради подставы!
— Аники! — Жалобно протянул Хиро-кун.
— Мое сердце твердо, как камень! — Пафосно выдал я: — Сидите здесь!
Подобрав посольского, вышел в коридор, столкнувшись там с одетой в белый халат улыбающейся тетенькой лет тридцати с машинкой в руках.
— Спасибо, что прибыли так быстро в такую рань! — Поблагодарил я ее.
— Здесь такое не редкость, — Хихикнула она и прошла в комнату в компании подполковника.
— Сначала, для очистки совести, зайдем ко мне! — Поведал я Николаю Степановичу и постучал в свою дверь.
Открыла нам мокренькая после душа Хэруки, целомудренно укутанная в халатик.
— Мы нашли орудие преступления! — Похвастался я ей, подошел к столу: — Наши ножницы на месте, что несколько снимает с тебя подозрения! — Поведал лучшей девочке.
Она сложила ручки на груди и фыркнула.
— Побудь здесь, хорошо? Нам нужно продолжать распутывать это дельце!
— Иди, веселись! — Отмахнулась она, и мы вышли в коридор, где подобрали подполковника.
— Моя невеста точно ничего не делала, — Заявил я мужикам.
— Мы и не сомневались, Иоши-кун, — Ответил за обоих Николай Степанович.
Совершив обход, нашли ножницы у всех, кроме Нанако с Кохэку.
— Твой мотив — самый сильный! — Заявил я насупившейся (разбудили же!) янтарноволосой подруге.
— Если бы я хотела испортить ему жизнь, я бы сделала это сразу! — Фыркнула она, поправив волосики.
— Иоши-сама, я абсолютно уверена, что Кохарун этого не делала! — Встала на защиту девушки Нанако.
— Я тоже уверен, — Кивнул я.
— Что ты тогда здесь делаешь? — Зевнула Кохэку.
— Веду это дело! — Заявил я, подошел к балконной двери: — С открытой спали?