Страница 39 из 79
— Да ни за что! — вокруг девушки уже начал сгущаться мрак, формируя из себя несколько черных стержней. — У меня уже есть муж, и жить с другой тварью я не собираюсь!
— Сестра успокойся! Этот мешок с костями всего лишь грязный извращенец, который тебя больше не побеспокоит... — он активно жестикулировал руками и все время сбивался, словно своими словами убеждал одновременно не только девушку, но и себя самого. Однако стоило ему увидеть мои глаза: левый — свисающий из глазницы, и правый — провокационно-подмигивающий, как речь совсем потеряла свой темп... потеряла, но не лишилась его. Ибо даже так эльф собирался закончить свою речь. — Я ведь не смогу вечно тебя оберегать, а Мелвин... на него можно положиться! Ты ведь даже не представляешь, сколько в этом мире опасностей!
— Но из-за тебя я не знаю не только этих опасностей, но и вообще ничего об этом мире!
Однако крик души эльфийки с каждой секундой интересовали ее брата все меньше и меньше. Его голова медленно поворачивалась в мою сторону, и когда наши взгляды столкнулись, я вновь подмигнул гаду.
Тот так и замер от неожиданности. Видимо первый раз он был готов списать на помутнение рассудка или слабые галлюцинации. Все лишь бы не признавать факта моего существования.
Ну, пусть стоит. Я уже успел порядком устать от этих семейных разборок. И если они втягивают в это меня не могут самостоятельно разрешить свои проблемы, то я готов прийти на помощь своим совершенным искусством оратора.
Но для начала было бы неплохо возместить потери...
Под удивленный, наполненный непониманием в помеси со злобой, взгляд эльфа, я обеими руками уперся в его плечо, все еще торчащее из моей глотки...
И хруст костей, поднявшийся в момент отрыва моего позвоночника от прочих органов, заставил пещеру затихнуть. Буквально все в это мгновение наблюдали одновременно чудо насилия и жизни, когда тело само себя разрывает на части, лишь бы высвободиться из захвата врага. Но только оно разделилось, как одна из половин стремительными темпами вновь нарастила себе недостающие ткани.
— Полагаю, нас ждет второй раунд... — кислотный поток вырвался из окошка инвентаря прямо в эльфийскую морду.
Однако прежде чем едкая жидкость достигла цели, монстр взмахнул рукой...
Я и забыл, насколько он силен...
Мое тело буквально разорвало на части от вложенной в удар силы. И если потроха все еще продолжали висеть на когтистой лапе ублюдка, то остальные клочки плоти разлетелись по всей пещере, окропляя собой серые камни. И столь много было крови и плоти, что хватило бы на добрый десяток человек. Даже на потолке не осталось свободного места от моих регенерирующих останков.
Останков из которых уже пробиваются наружу ростки плотоядного растения.
Главное случайно не переусердствовать. Неудобно получится, если отрастив стопку новых тел, я опять смогу управлять у них только отдельными конечностями...
— Теперь точно помер, — утерев с лица пару моих кусочков, самый-мерзкий-эльф осмотрел пещеру в поисках своего крыса-подельника. — Мелвин, заканчивай упаковывать этого шиполапа и выруби Миру. Ей надо немного времени проспаться и успокоиться. Сейчас с ней все равно бесполезно будет разговаривать. Уж я это знаю не понаслышке...
Девушка в это время продолжала стоять неподвижной. В руках она сжимала маленький, красный кусочек и все продолжала звать его по имени, надеясь услышать ответ...
И ведь хрен ей потом объяснишь, что рот в это время был в другом месте...
Да и не только рот. Сейчас каждый кусочек меня задействован в уничтожении крысиного воинства. И если ранее их бесчисленную армаду сдерживала одна непомерно прожорливая киса, то теперь настало время подключиться цветочной артиллерии!
Артиллерии, что превратит эти мясные мешочки в прекрасный плацдарм для своего наступления. Уже сейчас его лозы стремительно оплетают крысиные тушки, дабы взрастить еще большее число лоз. И как бы крысы не сопротивлялись, Бени всегда будет больше, ибо жрать его сочащиеся кислотой стебли занятие крайне неблагодарное...
И часть тварей уже успели осознать свою ошибку. Ибо цветик растет, а крыски дохнут. И только он оплетет стеблями всю пещеру, настанет время вновь объявиться единым телом. Уж в таких-то условиях эльфийская морда не сможет отмахнуться от второго раунда.
— Так, может, поможешь избавиться от этих проклятых лоз, а не будешь выделываться силой перед сестрой?! — орудуя парой фиолетовых сабель, воспылавших алым огнем, крыс ловко отбивался от наседающих отовсюду терновых плетей.
Но на каждую срубленную тут же вырастал десяток новых, менее плотных и крепких, но куда более изворотливых. Все равно их сил не хватало, чтобы пробиться сквозь толстую шкуру грызуна-попаданца и его ближайших сподвижников. И потому они всего лишь отвлекали его внимание, пока основная копна лоз продолжала пожирать несметные полчища крыс...
Пожирать и множиться.
— Не можешь захватить разум овоща? — на раскинутой ладони у эльфа начали формироваться скопления огненных шаров.
— А ты видишь у растения мозги? Я уже раз пять воспользовался способностью и все без толку. Остальные лозы тут же поражают захваченную конечность и пожирают ее. Я только впустую силы трачу... — на мгновение крыс замер. От увиденного пылающая сабля едва не выпала из его крошечных лапок. — Йонес, твою мать, сделай что-нибудь! У этой твари нет чести! Посмотри, что оно сделало с моим любимым развед отрядом? От капрала осталась одна голова!
Что есть, то есть. При наличии должного стимула и еды Беня способен творить чудеса. То что до недавнего считалось армией монстров, сейчас больше напоминало собой шведский стол одного плотоядного растения. И он даже не думал останавливаться...
И за всем этим хаосом из всеобщего внимания совершенно выпала одна маленькая, склонившаяся в слезах над куском плоти, девушка...
— Достаточно, — Мира практически шептала, и все же ее слова привлекли к себе более чем достаточно внимания. — Я долго терпела, долго твердила себе, что все твои действия идут из благих намерений, но это... — месиво, некогда бывшее моим телом, кровавыми ошметками проскользило сквозь ее пальцы. — Хватит с меня такой заботы. И ни ты, ни кто другой больше не сможете распоряжаться моей жизнью.
Черная дымка вокруг нее тут же развеялась...
Развеялась и обратилась пламенем, темнее самой глубокой бездны.
— Властью, данной мне по праву единого предка...
Внезапно, эльф замер. На его искаженном лице проступила гримаса боли. Казалось, будто неведомая сила сдавила все его тело в мучительной судороге, не позволяя даже пошевелиться. И кожа, что все еще принадлежала самому эльфу и не успела обрасти чешуей монстра, покрылась ужасающими ожогами. Волдыри даже не успевали появляться на ней, как обгорали до состояния углей, наполняя грот вонью паленой плоти...
И с каждым произносимым девушкой словом состояние эльфа становилось все хуже.
— Плевать на твоих крысят! Еще призовешь! — с криком из глотки эльфа вылетали капельки крови. Впервые за все это время можно было увидеть, как он действительно паникует. — Останови Миру, пока она в конец себя не убила!
— ... связью, пронесенной через миры... — бледная эльфийка продолжала читать чрезвычайно длинную фразу-активатор способности, игнорируя несколько струек крови, с брызгами вырвавшиеся из ее носа.
Перехватившись обеими лапками за эфес клинка, крыс с размаху запустил его в девушку...
И как бы Беня не старался остановить меч, его пылающее лезвие с легкостью проходило сквозь терновую поросль...
Однако побледневшая девушка даже не обращала внимания на эту угрозу, сосредоточившись на использовании способности...
Сука.
— «Захват разума»! — лапки крысы указывали вслед за летящим клинком в Миру клинком...
Или почти...
Ибо валяющийся в ногах эльфийки кровавый комочек, от огромного выплеска целительной силы практически мгновенно вырос до состояния взрослого, лишенного кожи и половины внутренностей, но все-таки тела.