Страница 52 из 206
Проект номер семнадцать, пасеки, куда масштабней прочих. Привычного нам мёда здесь нет и естественным путём он появится не скоро. Бортевой с кусочками воска, перги и подвоя на любителя, а цена кусается. Ульи ставить нам сам бог велел, медоносов вдоль реки… Мама не горюй! Не скажу, что крупный специалист, но дюжину ульев до последнего времени содержал. А сосед мой, Антип Петрович, царство ему небесное, вот тот действительно потомственный пчеловод с громадным опытом. Помню, частенько с дедом засиживались. Сам он человек нелюдимый, но за стаканчиком перцовки секретами охотно делился.
В мае, сбили десяток ульев-лежаков для обучения и роеловушки на восемь рамок. Сработали на все сто процентов, потому как знаю верный секрет приманки. А заселить улей элементарно. Переставить рамки из ловушки, да вытряхнуть пчёл оттуда, вот и вся наука. Дымари в слесарном цехе сделали, костюмы пошили. Показал «пчеловодам» основные принципы работы с пчёлами и косяки с роением. У ульев-лежаков вместимость хорошая, работать с такими начинающим одно удовольствие. До конца сезона ребята малость увлеклись. Когда вернулся из Козельска, они сами ловушек наделали и поймали хренову кучу роёв. И что прикажите делать? Чтобы добро не пропало столярный цех поработал ударно и собрал две с лишним сотни многокорпусных ульев Рута.[vii] По два корпуса на семью. Пока хватит, а при необходимости добавим.
Изготовили и вощину, ну не привык я без неё работать. В природных условиях пчелы самостоятельно строят соты и тратят своё время и силы. Подачку воспринимают спокойно и начинают активно строить из воска соты и процесс этот идёт в несколько раз быстрей, чем в природе, что благоприятным образом влияет на развитие семьи и сбор нектара, снижает роение и обеспечивает здоровый приплод. Простая пчела живёт недолго, сколько ей километров надо налетать чтобы набрать столько воска? Для прокатки вощин отлили пчеловодческие валки, поставили сборку рамок на поток.
Места под пасеки в верховьях Неруча нашли отменные: липовые рощи и заливные луга с мелиссой, вереском и донником. В среднем, за сезон, пчелиная семья собирает около тридцати-сорока килограмм. В минус пишем неопытность «пасечников» и молодые семьи. Плюсов куда больше: тёплый сезон и изобилие медоносов. Рамки Гофмана легко превращают обычные ульи в кочующие. Пробуем всякие хитрости, вроде объединения роёв и подсадки двух маток в один корпус. Варим подкормки из хвойного экстракта и белковые, дымы правильные пускаем.
Главный же бонус, отсутствие адского клеща Varroa destructor. Ведь начиная с восьмидесятых каждую пасеку следует априори считать заражённой гадом. Он как у нас в Союзе появился, здорово ударил по популяции этих полезных насекомых. Эдакий пчелиный колорадский жук. И самое гадкое не сам клещ, а вирусы которые он переносит. Их там целая когорта: кашмирский, острого паралича, какуго, мешотчатый и хренова куча не менее гадких. Из-за всего этого ужаса волей-неволей нашим пасечникам пришлось пчёл химией и антибиотиками заливать. А тут его нет вовсе!
Вангую, тонн десять-двенадцать мёда до зимы соберём. Хотя… Не буду загадывать. С моим графиком из косяки проверять времени нет. Технологические карты имеются, но в пчеловодстве ты картинками сыт не будешь. Чем дальше в лес, тем хуже без учебников. Вкчной обязательно плотно учебой батраков займусь. Может при дать второго контролёра? Или заказать Ставру безрамные пчёлопакеты для наглядного обучения? Подумаю.
После выгрузки ульев, осмотрел болота у речки Дернов Колодец. Запасов торфа там изрядно, причём как верхового, так и низового. Обговорили с местными цену добычи, лопат дали, тройку модулей. Справятся, будут их тянуть по канаве, волоком до реки, а мы на обратном пути подхватим. В принципе с местными мы неплохо ладим. Потихоньку к прогрессу будем приучать.
Дальше шли без остановок до самих верховий, где сам Неручь здорово сужается. Извилистое русло то и дело перекрывали завалы из брёвен, перегораживали наносы песка и глины, смываемые с обрывистых берегов. Погостов и в мои времена здесь не густо, а ныне нет вовсе. Глушь полная, а всего то восемь десятков километров от базы отмахали и то, по кривой.
Здорово на стремнинах выручал водоход. На малых глубинах и речках с быстрым течением и массой корней, коряг и мелей классическое гребное колесо работать не будет, от слова совсем, и в итоге, сделал что-то похожее на MARSHRIDER[viii] в варианте гребного полукатамарана. Даже корпус не стали делать, скрученные большие модули формировали нос, а два малых присоединяли сзади. На всё про всё двадцать шесть винтов, а держится всё очень крепко. На задние понтоны можно поставить одну или две дорожки, а по ширине на него свободно умещался и двойной вариант дорожки. В такой конфигурации мы сохраняли все плюсы кормового колеса: короткие цепи от вала конного привода экономили ресурсы и КПД, а удерживать и поднимать раму с колесом легко обычными штифтами. Два руля на корме и один носовой для лучшего руления, стоят блок ролики для разворота и маневрирования, уключины с упорами и волногаситель, четыре якоря.
Из всего «фарша» главное, опускное на цепях кормовое гребное колесо. Оно с лёгкостью преодолевает любое встреченное препятствие, даже по болоту здорово гребёт. Регулируя колесо, добиваемся максимальной упорной силы и увеличиваем скорость. В верховьях то и дело пузом по дну скребём, поэтому колесо стоит так, чтобы лишь краешек воды черпало. Фишка в том, что кормовое колесо в условиях ограниченной осадки создаёт упор в пять раз превышающий упор гребного винта. Большая сила тяги с места, важнейшая вещь для буксировки. Привод стандартный, на четыре скорости. На пониженной тянет и против очень сильного течения. Если не выходит, включаем режим водохода и суда сами себя лебёдкой подтягивют по заведённому якорю.
Тяга одноконного варианта четырнадцать тонн, против течения понятно поменьше. По Неручи если вверх идём, больше десятки не цепляем. В максимальном варианте, с четырьмя быками, водоход развивает мощь порядка шестнадцати лошадиных сил, что уже сравнимо с первыми пароходами. По спокойной воде такой «понтон» потянет тонн триста пятьдесят легко, а для быстрины есть пониженная передачу. То бишь всего три больших водохода легко утянут всю Онежскую экспедицию в полном составе.
О-о-о. Приплыли!